Антон Чехов - Том 27. Письма 1900-1901

17 ноября 1900 г.

Печатается по автографу (ГБЛ). Впервые опубликовано: ПССП, т. XVIII, стр. 415.

Секретка.

Ответ на письмо П. И. Стефановского от 16 ноября 1900 г. Стефановский ответил 17 ноября (ГБЛ).

…дома застать меня трудно… — Отклик на просьбу Стефановского: «Очень желаю я видеть Вас, а тем более отдать следует Вам 30-ть рублей. Уведомьте меня на днях, когда Вы можете принять меня, хотя на несколько минут?» Получив письмо Чехова, Стефановский писал на следующий день: «Очень рад видеть Вас! Но только, если можно, примите меня завтра, в субботу, к 5 ч. дня, т. к. письмо Ваше я получил сегодня позже 5 ч., которые Вы назначили для свидания».

3195. М. П. БАТУРЕ

22 ноября 1900 г.

Печатается по автографу (ТМЧ). Впервые опубликовано: «Литературная мысль», Альманах II, Пг., 1923, стр. 220.

Открытка. Год устанавливается по почтовому штемпелю: Москва. 22 XI.1900.

Ответ на недатированную записку М. П. Батуры, с пометой Чехова: «1900, XI», написанную на визитной карточке «Михаил Петрович Батура».

…прошу Вас пожаловать ко мне завтра… — Батура привез из Таганрога Чехову письмо П. Ф. Иорданова от 15 ноября 1900 г., в котором говорилось: «Податель этого письма — Михаил Петрович Батура, будущий юрист, заявил столь крепкое желание с Вами познакомиться, что я, несмотря на то, что знаю, как Вам тяжелы новые знакомства, вынужден дать ему это письмо. Он принимает участие в устроении нашей библиотеки и расскажет Вам, как она теперь идет». Вместе с письмом Иорданова Батура оставил Чехову и вышеупомянутую записку: «Михаил Петрович Батура просит глубокоуважаемого Антона Павловича назначить ему время для краткого разговора по делам Таганрогской городской библиотеки. Адрес: Лубянка, №№ „Империал“, 19».

3196. А. Ф. КОНИ

22 ноября 1900 г.

Печатается по автографу (ГБЛ). Впервые опубликовано: «Русская мысль», 1906, кн. XI, стр. 96–97.

А. Ф. Кони ответил 24 ноября 1900 г. (ГБЛ).

Сегодня я получил письмо от члена таганрогской управы… — В письме от 15 ноября 1900 г. (ГБЛ) П. Ф. Иорданов просил Чехова прислать в Таганрогскую городскую библиотеку фотографию А. Ф. Кони. Фотография была послана с автографом: «Анатолий Федорович Кони. 1900, 24.XI» (см. заметку «В комнате А. П. Чехова» — «Приазовская речь», 1910, № 44, 19 января). Хранится в ТМЧ.

…не откажите выслать мне фотографию с Вашей подписью (на лицевой стороне)… — В ответном письме Кони откликнулся на просьбу Чехова: «Спешу исполнить Ваше желание, надеясь, что письмо Вас еще застанет в Москве. Как нарочно, у меня осталась лишь одна карточка, негатив которой погиб при пожаре фотографии Шапиро». Далее в этом письме Кони пишет о впечатлении, которое произвел на него рассказ Чехова «В овраге». «Надеюсь получить от Вас весточку. Так иногда тревожат слухи о Вашем здоровье… Нужно ли говорить Вам, что я читал и перечитывал „В овраге“ с восхищением. Мне кажется, что это лучше всего, что Вы написали, что это одно из глубочайших произведений русской литературы. Как бы хотелось мне когда-нибудь повидаться с Вами на свободе, вдали от суеты и наговориться „всласть“». В конце письма Кони писал о Художественном театре: «Как Вы счастливы, что в Вашем распоряжении (т. е. к Вашим услугам) такой театр, как Художественный. Приезжая из Тамбовской губернии чрез Москву, я был просто поражен Алексеевым в „Докторе Штокмане“. Если Вы его увидите — не откажитесь передать ему мою дань удивления. Для того, чтобы из такой ходульной фигуры сделать живого, глубокопонятного человека — нужен не только талант, а то, что Достоевский назвал бы „проникновенностью“».

3197. П. Ф. ИОРДАНОВУ

23 ноября 1900 г.

Печатается по автографу (ГБЛ). Впервые опубликовано: Письма, т. VI, стр. 108, 110.

Год устанавливается по почтовым штемпелям на конверте: Москва. 23 XI.1900; Таганрог. 26 XI.1900.

Ответ на письмо П. Ф. Иорданова от 15 ноября 1900 г. (ГБЛ).

…врачебного диплома у меня нет… — В своем письме Иорданов обращался к Чехову с просьбой: «Пожалуйста, пришлите мне копию (нотариальную) Вашего врачебного диплома и копию документа на звание академика. Ведомство приютов настоятельно просит у нас эти документы». Документы требовались ведомству приютов в связи с намерением Чехова вступить в члены благотворительного общества, содержавшего приют в Таганроге.

Кони вчера написал ~ от него фотографию… — Отклик на просьбу Иорданова: «Если Вы еще в Москве, при случае не откажите добыть хорошую фотографию Кони».

Грязи и вони в Ялте совсем нет… — Отклик на следующее место письма Иорданова: «Рад и завидую Вам, что Вы поедете за границу: мои обстоятельства так сложились, что я и в Париж не попал, и даже в Ялту не поехал, а собирался. О вашей Ялте очень неодобрительно отзываются: говорят, грязи и вони хоть отбавляй, неужели это правда, неужели и там завелись наши обычаи?»

Тараховского я ждал к себе, но он не приехал… — О своем желании посетить Ялту Тараховский писал Чехову 10 сентября 1900 г.: «Мы приедем туда <в Ялту> только в начале октября, чтобы показать детям прославленный Крым, но пробудем в самой Ялте не больше суток, столько же и в других местах. Полагаю, что на одни сутки нас пустят переночевать в гостинице <…> Если позволите, проезжая через Ялту, я заеду к Вам на полчаса, но не для интервью и не для каких бы то ни было публицистических целей, а только чтобы видеть Вас» (ГБЛ).

Он был обеспокоен болезнью жены… — См. примечания к письму 3136*.

…как Вы пишете… — Чехов имеет в виду следующие строки письма Иорданова: «Рассказывал мне о Вас Тараховский. Чувствуется, что Вы не уделили ему столько внимания, сколько ему хотелось, так что о том, как Вы себя чувствовали и как жилось Вам в Ялте, я ничего не узнал».

Насчет Антокольского пока ничего не могу сказать. — См. письмо 3112*. В своем письме Иорданов сообщал о судьбе памятника Петру I для Таганрога: «Из-за границы никаких вестей нет. Антокольский уже сдал Петра, но он лежит в Марселе, так как море у нас замерзло и раньше весны его нельзя доставить сюда. О голове Христа ни слуху ни духу, о Павловском — тоже. О том, что Петр лежит в Марселе, — не сожалею, так как до сих пор пьедестал не заказан: русские мастера просят неимоверные деньги, а заграничных я не знаю. Я уж думаю совсем отказаться от гранитного пьедестала и сделал запрос о том, нельзя ли будет сделать простой каменный пьедестал и обшить его бронзой, такой же темной, как и фигура. Это, вероятно, обойдется дешевле: ведь у нас на пьедестал осталось всего 8000 р.»

…я бы мог посмотреть Александра I… — Возможно, описка: в письме Иорданова речь идет о статуе Петра I.

3198. А. Ф. МАРКСУ

24 ноября 1900 г.

Печатается по автографу (ИРЛИ). Впервые опубликовано: «Коммунист», Саратов, 1944, № 139, 15 июля.

В конце письма, после подписи, Чехов пишет: «См. на обороте». Написано на обороте письма редактора «Архангельских губ. ведомостей» А. П. Ивановского, на официальном бланке. Ивановский писал: «Милостивый государь Антон Павлович!

В здешней больнице Приюта общественного призрения ужасные беспорядки, а по отделенью умалишенных даже истязания и полнейшее отсутствие какого-либо медицинского присмотра и ухода. Доктора не обращают на душевнобольных ни малейшего внимания или участия. Единственное средство обратить их внимание — пропечатать в местном органе Ваш, точно снятый с действительности, рассказ „Палата № 6“, на что почтительнейше испрашиваю Вашего благосклонного разрешения.

Прошу верить в глубокое к Вам уважение Вашего преданного слуги Александра Васильева Ивановского.

P. S. Не зная Вашего адреса, пробую послать через Александра П. Чехова, адрес которого нашел в книге „Весь Петербург“. А. Ивановский».

А. Ф. Маркс ответил 5 декабря 1900 г. (ГБЛ).

Если Вы найдете возможным согласиться на его просьбу, то благоволите написать мне… — В письме от 5 декабря 1900 г. Маркс отказал Чехову в его просьбе: «К сожалению, я не могу дать редактору „Архангельских губернских ведомостей“ просимого им разрешения на перепечатку Вашего рассказа „Палата № 6“, несмотря на все мое желание исполнить просьбу, которая была прислана Вами. Такое разрешение, розданное часто, вызывает впоследствии, как я могу судить по опыту, нежелательные и неприятные для обеих сторон недоразумения. Затем, мне казалось бы, что редактор мог бы достигнуть цели простым изобличением, в той или другой форме, существующих в местной больнице беспорядков».