Девоньки мои - Людмила Лаврова

– Чем мне тебе помочь, Поля? Ты же знаешь, у меня даже копейки нет, чтобы помочь тебе хотя бы на первых порах, пока в городе устроишься. Ну, сбежишь ты, а дальше что? Представляешь, что с тобой отец сделает, если найдет потом?! Надо оно тебе? Покорись воле отцовской. Не самая плохая доля – замуж выйти. А Егор этот… Он, конечно, старше тебя, но, может, оно и к лучшему? У него дом свой, хозяйство. Со свекровью жить не придется. Я слыхала, что мать он где-то с год назад потерял. Будешь сама себе хозяйка! Да и красивый он. Видала, небось, его-то?

– Видала… – Полина чувствовала, как холодеют руки.

Никто ей не поможет. Никому до нее дела нет! Была бы мама жива, а так…

Не хватило у Полины характера. Не пошла она против отца. Согласилась замуж за Егора выйти.

А тот и рад стараться! Свадьбу организовал так скоро, что Поля опомниться не успела, как прошло положенное время и она уже стояла в ЗАГСе в белой фате и свадебном платье мачехи. Тратиться на новое отец не пожелал.

Первое время жили хорошо. Егор был работящим, с хозяйством управлялся споро, не позволяя молодой жене прикладывать руки там, где требовалась грубая сила. Жалел или берег до поры до времени, Поле сказать потом было сложно. Она перебирала свою жизнь по капельке и понять не могла, где и когда случилось страшное. Она только-только начала думать, что мужа все-таки любит и судьбе благодарна за то, что она свела ее с Егором, как в одночасье лишилась всего – и мужа, и сына.

О том, что у Егора есть вторая семья, Полина, конечно, не знала. Откуда?! Никакого повода думать об этом муж Поле не давал. Исчезал, правда, из дома бывало на пару дней, объясняя это тем, что у него дела в городе или рыбалка с друзьями, но Поле даже в голову прийти не могло, муж ей изменяет. Хотя, как потом выяснилось, не очень-то и понятно было, кому именно он изменял. Ведь Нина, любовница Егора, появилась в его жизни гораздо раньше Полины.

О подробностях их отношений Поля узнала от самой Нины. Та приехала как-то в поселок, прошла по улицам, гордо неся свою красивую голову с уложенной в городской парикмахерской модной прической, и по-хозяйски вошла в дом Поли.

– Ну, здравствуй, соперница моя! Как мужа нашего делить будем?

Полина, сонная оттого, что ночь прошла под плач сынишки, у которого резались зубки, не сразу поняла, кто эта женщина и чего от нее хочет.

– Здравствуйте…

– И тебе не хворать! – усмехнулась Нина. – Сама отступишься? Или воевать будем?

Как Полина не вцепилась сразу ей в волосы? Как не устроила скандал?! Она и сама понять не могла. Хныкнул в спальне Петя, пропустило удар сердце, и Полина кивнула на табурет незваной гостье:

– Садитесь. Я сейчас.

Егора дома не было. Он еще с вечера уехал на рыбалку с другом и планировал вернуться не раньше полудня. Качая малыша, Поля думала о том, как построить разговор с незнакомкой.

Ругаться? Не узнаешь ничего. Оставалось одно – беседовать, даже если душа воет так, что и волкам бы ее жалко стало.

– Ты вот что, Полина… – не дожидаясь расспросов, сама начала Нина, когда Поля прикрыла дверь в спальню, прислушиваясь к дыханию уснувшего сынишки. – Зла на меня не держи. Мы с Егором познакомились еще тогда, когда ты с портфеликом в школу бегала и знать его не знала. Отношения у нас сложные. Тебе не понять. Но я люблю его. А он так ко мне присох, что уже и не оторвать. Ругаемся мы, миримся, и снова вместе. А ты… Ты была его местью мне. Мы с Егором тогда здорово повздорили, и я взяла, да и выскочила замуж за своего бывшего одноклассника. Он давно за мной бегал и счастлив был меня женой назвать. Егор-то с женитьбой все тянул, а мне замуж хотелось. Из-за того и поссорились. Он тогда на свадьбу ко мне приехал. Подкараулил меня у ресторана, где мы гуляли, и сказал, что тоже женится. Что найдет себе самую лучшую. Не мне чета! Нашел… Да только уже через месяц после вашей свадьбы снова ко мне вернулся. Уговорил от мужа уйти. Обещал жениться. Теперь уже твердо.

– И вы согласились?

– А что ты мне выкаешь? Чай, не чужие! – горько усмехнулась Нина. – Ты, Полина, не серчай. Не хотела я тебе дорогу переходить. Да и нет ее у тебя. Есть только наша с Егором. Никуда он от меня не денется. А я от него. Любовь это… Единственное, о чем прошу – сына ему отдай. У меня детей, скорее всего, не будет. Потеряла я ребенка нашего… А теперь врачи говорят, что пустая… Я Петю твоего как сына воспитаю. Обещаю тебе!

Вот тут-то Полина и очнулась.

– Сына? Тебе?!

А дальше она почти ничего и не помнила. Очнулась на руках у соседок, которые держали ее, растрепанную и страшную в гневе.

– Полинка, да ты ураган просто! Правильно говорят, что в тихом омуте черти хороводы водят! Ишь, как разлучницу отметелила! Только пятки сверкали!

– Где она? – прохрипела Поля, брезгливо стряхивая с пальцев светлые волоски.

– В город умелась! Еле отбили ее от тебя! Ты, Полина, последи за собой. Не ровен час, оставишь сына сиротой при живой матери! Нельзя такую волю себе давать!

Егору о случившемся Поля рассказать даже не успела. Как и ответа потребовать. Он вернулся домой только ближе к вечеру. Злой, как сто чертей, прошел, не разуваясь по чистым половицам, и с размаху приложил Полю о косяк двери.

– Ты! Как посмела?! Тебя не спросили, как нам жить! Ребенок где?

Полина метнулась в спальню и, выхватив из колыбели сына, прижала к себе:

– Не отдам!

– Да кто тебя спрашивать будет?!

Петю своего Поля искала долгих семнадцать лет…

Егор с Ниной сразу после того, как забрали ребенка, скрылись в неизвестном направлении. И как ни билась Полина, валяясь в ногах у участкового и его коллег в городе, ничего поделать не смогла. В розыск Петю и Егора объявлять не стали.

– Отец же забрал. Чего вы хотите от нас? – отвечали Полине на ее стон материнский и слезы. – Договаривайтесь между собой. Это дела семейные!

А с кем ей было договариваться? Ни адреса, ни весточки за долгие годы… Поля разыскала всех соседок и подруг Нины, обошла родственников, но никто не знал, куда