Точка невозврата - Николай Валентинович Куценко

– Конечно, – ответил Денис, хотя мало вникал в вопросы Джона. Ему просто жутко хотелось отлить, и плевать где.

На входе Джона и Дениса действительно остановили охранники – они ответили, как условились. Но их задержали и внутри отеля, где бедолаги снова рассказали о важной встрече и остались в холле в ожидании вымышленных партнеров. Джон поглядывал на часы, а на него, в свою очередь, поглядывали охранники отеля, подмигивая друг другу и что-то нашептывая в свои рации. Но Джон не сдавался. Он нервно ходил по холлу и что-то бубнил себе под нос, иногда размахивая руками. Денис же с трудом сдерживался, чтобы не нассать прямо на пол. Ему уже было все равно, что о нем подумают.

– Черт, ну где же эти ребята? Опять задерживаются, как всегда! – закричал Джон на весь холл, чтобы его услышали. – Где эти гребаные, мать их, партнеры!

Затем он бросился к одному из швейцаров и спросил:

– Дружище, а где у вас тут сортир? А то пока мы дождемся своих коллег… ну, сам понимаешь, можем наделать прямо тут!

Швейцар указал ему на зал, начинающийся сразу после лобби, и стал что-то объяснять. Джон, не дослушав его, схватил Дениса за рукав и потянул за собой в сторону предполагаемого туалета.

Зал был забит людьми: женщины в длинных вечерних платьях, мужчины в смокингах, красивые дети, похожие на ангелочков. В джинсах не оказалось никого, кроме, конечно, Дениса и Джона. Тонколицый еврей-пианист меланхолично играл на рояле, стоящем в самом центре зала, какую-то красивую мелодию. Денис слышал ее много раз, но не мог вспомнить автора.

Не обращая внимания на взгляды присутствующих и возмущения некоторых женщин, Джон и не думал останавливаться. Он продолжал тащить Дениса за собой так быстро, что не сумел сориентироваться в пространстве и со всего маху врезался в блестящий бок рояля. Опешивший пианист заиграл быстрее, чем надо. Многие из присутствующих с осуждением посмотрели в сторону возмутителей спокойствия. Денис, сконфузившись, развел руками и замотал головой, словно прося прощения за свое вторжение. Вскоре они с Джоном зашли в туалет.

– Как же это круто, вот оно, настоящее счастье! – кричал Джон из своей кабинки. – Блаженство…

Он вышел, зачем-то прихватив рулон туалетной бумаги. Она была розовой, с желтой тесьмой по краям, и больше напоминала маленький рулон обоев.

– Зачем ты ее взял? – поинтересовался Денис.

– Не знаю, пусть будет. Может, нам за это дело начислят еще очков! Надо мыслить вперед, Денис! Надо собирать очки!

– Да на хрен нам эти очки, – не выдержал Денис, – я чуть в штаны не нассал.

– Но не нассал же! – Джон помахал перед его носом туалетной бумагой. – Главное, что мы справились! Мы молодцы!

Затем было еще множество заданий. В одном им предлагалось обклеить себя газетами и сфотографироваться с двумя японками. Газеты они отыскали без проблем, а вот с японками пришлось сложнее. Последние попались им на одной из известных лондонских площадей, где всю компанию чуть не загребли в кутузку, так как приняли странно ведущих себя людей за сумасшедших. В другом – им потребовалось построить букву «H» из «самых оригинальных материалов». Джон однозначно решил, что самыми оригинальными будут их собственные тела. Спорить с ним оказалось бесполезно. Денису выпало быть горизонтальной составляющей буквы. Джон выполнял роль фотографа, а англичанин и индус стали основанием буквы. Когда они поднимали на руки Дениса, его новый айфон выпал и разбился, ударившись об асфальт.

– Черт с ним, закажешь себе новый! – успокоил приятеля Джон. – Я одобряю. Твой телефон погиб ради благого дела – выигрыша нашей команды!

– Джон, он был совсем новый! Я купил его на днях!

– Повторяю, он пострадал за дело! – выкрикнул Джон и побежал к такси, виляя тощим задом.

Ближе к вечеру стало понятно, где же все-таки планируется встреча команд: это был «BigEye», с которого виден весь Лондон. Несмотря на то, что этот аттракцион являлся основным в городе, Денису никогда не приходилось там бывать. Через сорок минут они приехали на место. Но оказались там не первыми – одна из команд уже ждала их.

– Такого не может быть! – заорал Джон. – Это мы должны были стать первыми! Дерьмо!

Денис знал, что Джон будет в бешенстве. И другие знали. Джон привык быть первым во всем, а сегодня проиграл. Все решили, что в данной ситуации безопаснее промолчать. Все, кроме Дениса.

– Это всего лишь игра, Джон, – сказал Денис, – не стоит злиться.

– Да! Это игра. Но мы, черт возьми, вторые!

– Ну и пусть! Что это меняет?

– Не пойму, как они нас опередили, не пойму, ей-богу, мы же нигде не теряли время. – Джон стал крутиться словно волчок. – Есть объяснение, должно быть… – Он бил воздух перед собой маленькими кулачками.

И объяснение нашлось: водитель такси первой команды оказался очень болтливым типом и сразу раскрыл все карты, подробно разъяснив игрокам, что и где искать, где будет место встречи и как лучше набирать очки. Шансов против такого инсайда у Дениса и его команды не было. Джон расстроился невероятно и твердо решил залить свое горе спасительной дозой алкоголя.

– Денис, давай сегодня нажремся, а? – предложил он Денису, дружески беря его под локоть. – Нас жутко поимели!

– Тут такое дело, Джон…

– Однозначно, надо нажраться. Будь все это проклято! Мы так старались и все равно проиграли. Лучше бы мы с тобой обосрались в этом отеле. Было бы хоть что вспомнить.

– Ладно, Джон, успокойся, – хлопнул его по плечу Денис.

– Лучше бы я им насрал на входе! – продолжал причитать Джон.

Аттракцион “BigEye” состоял из огромного колеса и множества кабинок, развешенных по всей длине окружности. Несмотря на то, что со стороны кабинки казались маленькими, в реальности они были огромными. В каждой их них с легкостью помещалось человек двадцать. Подчиненных Джона насчитывалось примерно столько. В их кабинке был накрыт стол – легкие закуски и вино.

Едва только компания загрузилась в кабинку, та начала медленно двигаться вверх. Как выяснилось, полный оборот колеса обычно длился минут двадцать или даже тридцать.

Войдя в кабинку, Джон взял два бокала с вином и протянул один из них Денису.

– Пей, мой друг, залечим боевые раны. – Не дожидаясь ответа, он осушил бокал до дна. Сразу же взял второй и отпил его добрую половину.

– Джон, мне надо тебе кое-что сказать… – начал Денис.

– Что стряслось? Ты хочешь водки? Не пьешь эту мочу? Я понимаю, давай возьмем лучшей водки!

– Нет, Джон, тут другое. Можно мы… отойдем?

Он взял Джона под локоть