Элвис жив - Николай Михайлович Романецкий

Ознакомительный фрагмент

и погода этим чувствам совершенно не мешала.

Максим включил радио.

У неведомой хозяйки машины оно было настроено на какую-то местную радиостанцию, поскольку дикторша как раз рассказывала о вчерашнем концерте модной столичной группы «Бэдлам». Сообщение было окрашено в восторженные тона. Не забыла она упомянуть и о том, что световым оформлением «бэдламовских» концертов занимается уроженец Предгорного края Максим Коробов.

А потом дикторша с энтузиазмом напомнила, что к побережью приближается ураган и силы МЧС приведены в состояние повышенной готовности. Что южноморский аэропорт уже закрыт и что всем гражданам города лучше всего не находиться рядом с немолодыми деревьями и большими рекламными баннерами.

Настроения Максиму это сообщение не испортило. Все неприятности на сегодня закончились, впереди его ждала сплошная радость. Во всяком случае, думать ни о чем другом не хотелось…

Он открыл бардачок и обнаружил там несколько компакт-дисков. На секунду отрывая глаза от дороги, просмотрел, какой подарок ему на сей раз послала судьба.

И удивленно присвистнул. Похоже, баба у Барда кое в чем разбиралась. Сплошная классика рока. «Зеппелины», «флойды», Хенсли, Маккартни… С такой девицей, наверное, и потрындеть есть о чем. Тогда старого приятеля вполне можно понять. Такие подруги жизни – абсолютная редкость в наше время! Большинство любят поговорить совсем о другом – если не о деньгах, то о тряпках.

Он открыл коробочку с Wild Life и вставил диск в щель проигрывателя.

Через несколько мгновений салон машины заполнили звуки композиции Mumbo.

Уже много лет он любил водить машину именно под этот диск, музыка Маккартни наполняла его каким-то умиротворением. И никогда не возникало знакомое каждому водиле желание непременно совершить на дороге какую-нибудь глупость.

Ну да, лет пятнадцать назад подобное выглядело бы откровенным занудством, но мы давно уже не дети. И глупо было бы угодить в аварию, будучи за рулем чужой машины в нескольких тысячах километров от своей.

Далеко на горизонте появились горы.

Максим посмотрел на часы.

Всего-то без пяти одиннадцать.

Нормалек, если ничто не случится, он доберется до родного города уже часа через три, тьфу-тьфу-тьфу… А там будет еще целых полдня, многое можно успеть.

Лишь бы не помешал обещанный синоптиками шторм.

В отличие от многих людей, запросто удовлетворяющихся наличием смартфона в кармане, Максим любил обычные котлы, с браслетом, слегка оттягивающие руку.

Однако вид знакомого циферблата почему-то вызвал в душе раздражение. Как будто часы совершенно не монтировались с царившим в душе еще пару мгновений назад настроением. Как будто скачущая по кругу секундная стрелка намекала на сиюминутность умиротворения и непременные изменения к худшему.

Типа не раскатывай губу, Француз! Думаешь, поддался нахлынувшему минутному желанию, и судьба тебя простила? Не, старик, отдуваться тебе, отдуваться и отдуваться.

Максим приопустил боковое стекло, снял котлы с руки и хотел было выбросить. Типа попрощаемся с прошлой жизнью…

Однако передумал – часы стоили немалых денег. Нет, у него не «ролекс субмаринер», конечно: на эти кишка тонка – но вполне добротный «атлантик».

Такие нормальными людьми не выбрасываются.

Браслет и боковое стекло вернулись на свои места.

Впрочем, с былым умиротворением он попрощался точно – раздражение не уходило. Не помогла даже зазвучавшая в этот момент заглавная композиция диска.

И Максим выключил проигрыватель.

Природа словно ждала тишины, наступившей в салоне машины. Небо быстро начало сереть. Солнце, сиявшее на небе еще минуту назад, скрылось за стремительно набегающими тучами. А потом и вовсе пошел дождь, унылый, обложной, осенний. То ли предвестье надвигавшегося шторма, то ли напоминание радующимся идиотам, что солнце не вечно.

Максим включил дворники и слегка отпустил педаль газа, сбрасывая скорость. Момент перемены погоды на шоссе самый опасный – это известно любому водиле со стажем.

Деревья лесополосы, тянущейся по бокам дороги, обрели грустный и какой-то нахохленный вид. Наверное, они тоже привыкли к солнцу, теплу и пыли.

Далеко впереди на правой обочине появилось какое-то пятно.

Странно, вроде бы секунду назад ничего там не было. Из канавы, что ли, выскочили, господа продавцы полосатых палочек? А машину припрятали. Вот только где?

Да и радар-детектор помалкивает в тряпочку.

Тем не менее Максим еще больше снизил скорость.

Может, останавливать не станут? Как ни крути, а время терять даже на проверку документов не хочется.

Однако вскоре опасения развеялись – на обочине торчали вовсе не гаишники. Два мужика надеялись на спасение от внезапной непогоды. Один – высокий, худой и сутулый, другой – толстый и круглый. Оба в черных костюмах, при галстуках, наверняка уже изрядно промокшие и явно голосующие без особой надежды.

Вообще-то, когда путешествуешь один, лучше случайных попутчиков не брать. Тем более двоих мужиков на пустой дороге. Каждый водила со стажем это прекрасно знает. Осторожность еще никому не вредила.

И тем не менее он, как часто бывало, пошел наперекор здравой мысли. В конце концов, не ночь на дворе. А люди мокнут.

Еще больше снизив скорость, он остановил машину рядом с мужиками.

Худой подошел к правой задней двери и дернул за ручку. Тщетно: все еще сомневающийся Максим пока не разблокировал замок – последний оплот обороны своей крепости.

Тогда мужик постучал по крыше костяшками пальцев. Звук показался Максиму неожиданно гулким и громким. Как будто кто-то ломится в ворота большого металлического ангара.

Ладно, сказав «а», надо говорить «б». Раз уж остановился. Не трогаться же теперь с места…

Максим соорудил на физиономии извиняющееся выражение и разблокировал замки.

Худой обошел машину и, не произнеся ни слова, сел на заднее сиденье слева; толстый устроился справа.

Максим вдруг успокоился.

Кабы планировали напасть, один бы наверняка занял переднее пассажирское сиденье, готовый в случае необходимости схватиться за руль и выдернуть ключ зажигания…

Что-то ты, Француз, похоже, страхом от Зямы заразился, с его боязнью взлетов и посадок.

Он глянул в зеркало заднего вида.

Оба неожиданных пассажира сидели с самым мрачным выражением на физиономиях и молча смотрели прямо перед собой.

На похороны, что ли, едут?

Ладно, бог не выдаст – свинья не съест.

Он тронул машину и набрал скорость. Снова покосился в зеркало.

Типы по-прежнему непроницаемо смотрели прямо перед собой. Их явно не интересовали ни окрестности, ни удачно подвернувшийся спаситель от непогоды. Более того, Максим был готов дать голову на отсечение, что их и дорога впереди совершенно не интересовала. Смотрят будто в никуда…

Прошла еще пара минут, и он снова бросил взгляд в зеркало.

На заднем сиденье ничего не изменилось.

– Согрелись, мужики? – благожелательно спросил Максим, потому что молчать дальше становилось невыносимо.

Ответа не последовало.

– Я не поинтересовался, извините… Вам, вообще,