Простая речь о мудреных вещах - Михаил Петрович Погодин

По окончании богослужения, инок отказывался от архиерейства, после усиленных убеждений получил время на размышление, и впоследствии обратился к единоверию.

Он же рассказывал мне, что видел во сне одного пропагандиста со связкою книг на спине и, проснувшись, узнал, что действительно этот его заграничный знакомец (Кельсиев) приехал тогда в Москву, приходил к нему и хотел его видеть.

Исторические заметки

На месте Бородинского сражения встречаются собственные имена, исконно принадлежавшие этой местности, которые именно относятся к войне: речка Колоча, на которой стоит и монастырь, получивший от нее название Колоцкого; ручей Стонец, ручей Огник, ручей Война[101]. Это примечательное совпадение замечено было давно.

Но вот что узнал я недавно от архимандрита Ново-Иерусалимского Леонида: крайний предел похода французского в Калужской губернии, от которой поворотили они назад к Смоленску, называется Спас-Прогнан. (Дней через пять, как я услышал это, прочел я нечаянно в газетах известие о продаже сельца Акатова – Спас-что-на-Прогнани, Боровского уезда, Калужской губернии).

2 сентября 1854 года, союзники высадились в Крыме, и 2 сентября 1812 года вступили французы в Москву. В нашей реляции сказано было глухо, что они показались у берегов 1 сентября, и вскоре начали высадку, а в иностранных телеграфических известиях везде сказано, что они высадились 14 сентября по новому стилю, то есть второго по нашему.

P.S. По последним известиям иностранным видно, что 1 сентября вышли на берег три полка, а общая высадка совершилась 2 сентября.

26 августа есть примечательный день в русской истории:

26 августа 1381 года – взятие Москвы Тохтамышем.

26 августа 1395 года Тамерлан, шедший на Москву, внезапно повернул назад со своей дороги домой, а в Москве в то самое время великий князь Василий Дмитриевич встречал образ Владимирской Божией Матери на Кучкове поле. (В память события построен был на поле монастырь Сретенский и учрежден крестный ход, совершаемый доныне).

26 августа 1612 года войско гетмана Хоткевича, приходившее на помощь к осажденным полякам в Кремль, и разбитое князем Пожарским и Мининым, принуждено было бежать, и освобождение Москвы от поляков было обеспечено.

26 августа 1812 года – сражение Бородинское.

26 августа 1831 года – взятие Варшавы Паскевичем в заключение Польского восстания.

26 августа 1855 года пал Севастополь.

* * *

В известной зале во Франкфурте-на-Майне, Romer, по стенам, писались портреты немецких императоров, немедленно по их коронации. Они заняли два ряда по всем стенам, и оставалось в последнее время только одно место, которое занял император Франц II. Он действительно был последним императором Германии, принужденный Наполеоном I принять титул императора Австрийского.

(Прусский король должен начать новый ряд, если хочет сохранить старый обычай).

* * *

Наполеон I читал Оссиана. В это время у товарища его маршала Бернадотта родился сын, которого окрестить и просил отец генерала Бонапарте. Занятый Оссианом, тот дал имя Оскара, и этому Оскару судьба привела сделаться королем Шведским.

* * *

«Не раз были распускаемы толки», – говорит Hamburgischer Correspondent от 6 сентября о каких-то опасениях, будто бы беспрестанно тревоживших, несколько лет сряду, ум Наполеона III под влиянием воспоминания о случайно найденном им предсказании. Действительно при настоящей роковой обстановке его судеб, получают особенное значение следующие стихи из Ronces et chardons par le chevalier de Chatelain[102], ст.181.

Quand le second empire en Lutece reviendra

(Ceci n’est pas, las, une facetie).

Dix-huit ans, moins un quart, pas plus ne vivra.

Ainsi le dit dans son grimoire

En termes clairs le grand Nostradamus.

«Dix-huit ans moins un quart – et pas un jour de plus»

Vive Nostradamus! Vive son repertoire![103]

И так, по предсказанию Нострадамуса, Вторая империя должна была жить без трех месяцев 18 лет, и вот почему Наполеон опасался быть сверженным с престола 2 сентября 1870. Действительно, провозглашен он императором 2 декабря 1852 года, ровно год после приготовившего это событие государственного переворота, а сдался он в плен 2 сент. 1870 г., т. е. ровно через 18 лет без трех месяцев, ни одним днем более!

* * *

Рим основан Ромулом, империя началась с Августом, последний римский император – Ромул Августул.

Из моих записок

* * *

В 1840 году, ноября 7, отобедав у Аксаковых, живших на Смоленском бульваре, в доме Требинова, пошел я пешком домой. На дворе уже очень стемнело. Лишь только повернул я в Оружейный переулок, соединяющий бульварную улицу с Плющихой, как увидел вдали перед собою женщину, бегущую ко мне на встречу с криком: «Михаил Петрович! Михаил Петрович!» Я удивился, кому знать меня в этом переулке? Она кричит: «Идите скорее, священники пришли, в гроб кладут». Между тем мы сходимся. «Извините, – сказала она, приблизившись ко мне и всмотревшись, – я ошиблась». – «Но я тоже Михаил Петрович». – «Да не наш», – отвечала она и пробежала мимо.

Я имею обыкновение, со студенчества, вести поденную записку своих занятий, разговоров, встреч и т. п. Иногда в то время записывал сам, иногда диктовал жене. Этот день, 7 ноября, записан ею, и после слов: «священники пришли, в гроб кладут», прибавлено ее же рукою: «не предзнаменование ли это?» Министр Уваров, с которым находился я в близких отношениях, лежал тогда больной в Киеве. Мы подумали, не он ли там умирает.

Но через четыре года, именно в этот день и час, 7 ноября 1844 года, сама она, писавшая, была положена во гроб.

Я совершенно забыл о бывшей встрече, и уже несколько лет после кончины, перебирая зачем-то свой журнал, нечаянно увидел предсказание, которое исполнилось роковым для меня образом.

Скажут, это был случай, но нельзя не согласиться, что это был случай примечательный: он произвел на меня впечатление, так как производил и на других, которым я рассказывал его после и показывал строки, написанные покойную женою.

* * *

Лишившись жены, я остался с четырьмя малолетними детьми: младшей дочери не было года, младшему сыну меньше трех лет. Года через два я решился жениться. Выбор пал на одну знакомую вдову. Было, по моему мнению, несколько препятствий с обеих сторон. Долго я думал о том, не говоря ни с кем, и наконец решился посоветоваться с ней самой, не будет ли ей противно мое предложение. О намерении моем никто, разумеется, не знал. Объясниться я решился 11 января, так как 10 января, (день рождения моего брата, когда у меня обыкновенно бывал семейный обед), оканчивались после