Прийти, увидеть, покорить

17

Слушая рассказ Ники о доме, я начинал сомневаться что ее мир, это мир моих предков. Даже несмотря на схожесть девушки с нашими женщинами. Слишком мы отличались во всем. В мировоззрении, быте, построении общества и особенно сильно в развитии. Если все же предположить, что Боги наших предков спасли именно с Земли, то почему мы так сильно отстаем от них во всем? В науке, медицине, в строительстве. Рассказ об огромных зданиях, в которых живут люди на далекой планете, о транспорте, с помощью которого они передвигаются, да много всего, произвел на меня огромное впечатление. А чего стоят только их возможности полетов среди звезд. Чем больше Ника рассказывала, а я сравнивал уровень их жизни с тем, что она столкнулась у нас, тем лучше понимал ее отношение ко всему происходящему здесь. Она считала нас дикарями и имела на это право. Нет, прямо этого девушка не говорила, но это проскальзывало в ее пренебрежительно поджатых губах и хмуром взгляде, когда ей открывалась новая сторона моего мира. Можно было бы предположить, что это все выдумка, но то, как она себя уверенно держала, ее техника боя и незнание элементарных вещей все же подтверждали слова Ники. Да и невозможно придумать такой невероятно сложный мир, кардинально отличающийся от того, в котором живешь, продуманный до самых мелочей ежедневного быта. Я специально задавал каверзные вопросы и уточнял детали услышанного, пытаясь поймать девушку на несоответствии. Но нет, речь ее текла плавно и спокойно. Она вспоминала, а не придумывала.

   Сообщение Ману, о том, что с западной сторожевой башни заметили перебежчиков, прервало наш совместный приятный завтрак. Можно было бы приказать, чтобы в крепость привезли нарушителей границы, и уже здесь их допросить, но не хотелось терять время. Взяв небольшой отряд, я отправился в указанном направлении. Пуржирвистамская крепость хорошо охраняла проход на территорию нашего кабинафси, но через горный хребет проходило множество троп, по которым, пусть и с трудом, но могла проскользнуть небольшая группа людей. Именно для этого на склонах и вершинах гор были построены сторожевые башни. В случае, если с одной из них замечали непрошеных гостей, там разводился сигнальный огонь. И как только его замечали в крепости, в направлении возможных лазутчиков или контрабандистов отправлялся отряд воинов. Именно такой отряд я сейчас и вел. До границы с Зикалуром уже не так далеко, поэтому я лично хотел пообщаться с нелегалами и узнать от них последние новости. Если это, конечно же, не шпионы. Хотя... именно последние, чаще всего, в курсе всех последних новостей. Так как от этого зависит не только их доход, но и часто, жизнь.

   Спустя пять часов мы нашла тех кого искали. Это были не лазутчики и даже не контрабандисты. Это оказалась семья уважаемого в Пуджаре ювелира. Мастер, вместе с двумя сыновьями, юной дочерью и пятью слугами бежал от гнева служителей Мэндэ.

   Пуджаре разместился с обратной стороны Итских гор. Там имелось несколько шахт по добыче драгоценного металла и камней, поэтому в городе процветало ювелирное искусство. Изделия, изготовленные в мастерских семьи Алуру, ценились довольно высоко. Поэтому у мастера должна была быть веская причина, чтобы все бросить и пуститься в бега. И этой причиной была юная и прекрасная дочь пожилого вайшью. За несколько часов до рассвета старому ювелиру сообщили, что его единственная дочь и отрада выбрана служителями Мэндэ как невеста вернувшимся Богам. Семья Алуру уважает спасителей наших предков, вот только поклоняются они Агни, Куберу и Лакшми. Поэтому отдавать свою единственную дочь чужому покровителю не хотели. Вот и пришлось им уходить из города под покровом ночи. А перебирались они через Итские горы обходными путями, потому что служители Мэндэ сейчас несут благую весть о возвращении Богов на всех главных дорогах их княжества. И если бы им пришлось столкнуться с ними, то, чтобы не навлечь гнев Богов открытым неповиновением, пришлось бы расстаться с дочерью. А она обещана старшему сыну из рода Шеной из варны кшатриев и Джийотиши уже выбрал дату и время для проведения брачного обряда.

   Я отлично понимал старого пройдоху - терять дочь и становиться должником семьи из кшатриев смертельно опасно. Только мужчины из варны кшатриев могли брать невесту из любого другого сословия, и отказать им или не уберечь выбранную девушку, это все равно, что обречь свой род на вымирание. Какова бы ни была причина, месть будет неизбежной, жестокой и найдет всех членов семьи. Мужчины будут убиты, дети и женщины проданы, а все имущество перейдет роду воина. Так что пришлось главе семьи выбирать из двух зол меньшее. Если от жрецов еще можно скрыться, то вот от возмездия кшатриев за нанесенное оскорбление - нет.

   Отпустив беженцев, я поспешил в обратный путь. Каково же мое удивление, когда, вернувшись, увидел танцующую Нику. Несмотря на допускаемые ею ошибки и не совсем правильные движения, оторвать взгляд от фигурки девушки было невозможно. Но не только это меня поразило. Я первый раз слышал, как она смеялась. Веселый смех наложницы зачаровывал. Он сливался с перезвоном браслетов на ее руках и ногах. Было приятно видеть ее радостной и улыбающейся. Значит, привыкает к нашему миру. И это хорошо. Не хотелось бы, чтобы она сломалась.

   Расспросив Ману о том, как прошел день женщин, я узнал, что Ника хотела осмотреть крепость. Несмотря на усталость, решил все же порадовать девушку. Кроме того, это будет еще одним шагом к нашему сближению. Я чувствовал себя рядом с необычной наложницей голодным хищником, следящим за своей жертвой. Очень опасной жертвой. Эта охота меня заводила и возбуждала. Ничего похожего я никогда и чувствовал. Да и не делал. Мне еще никто никогда не отказывал. Наоборот, любая выбранная мной девушка всегда старалась мне угодить. А тут... Предвкушающе улыбаясь, я готовился к приятному ужину, а потом и не менее приятной прогулке.

   Как только мы поднялись на верхнюю площадку, Ника с жадностью принялась все вокруг рассматривать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍