Евгений Онегин. Роман с разбором психолога и литературоведа - Александр Сергеевич Пушкин

из «Евгения Онегина» мы узнаем об идейной, социальной и культурной жизни русских дворян начала XIX века. Мы видим, как живет светский молодой человек в столице, как устроен деревенский быт, какие книги читали в то время, на какие театральные постановки ходили, как люди проводили свободное время и отмечали праздники.

Но это лишь одна сторона. Параллельно автор рассказывает историю своей духовной и творческой биографии. Квинтэссенцией этого становится начало восьмой главы, где Пушкин в нескольких строфах описывает эволюцию своего творчества, завершая ее романом «Евгений Онегин» как вершиной пути.

Вообще отношения реальности и вымысла в тексте удивительны. Граница между ними проницаема. Вот Пушкин называет Онегина «своим героем», подчеркивая его вымышленность, а вот они уже в одном пространстве, например когда встречаются на набережной Невы или в Одессе. Автор то рассказывает историю, то становится ее участником, создавая сложный образ, в котором сливаются творец и персонаж.

Онегин и Татьяна пересекаются с людьми, которых знал сам Александр Сергеевич. В текст также введены якобы реальные документы: письмо Татьяны, песня девушек и письмо Онегина. Да и сам финал романа открыт в реальную действительность. Это подчеркивается двумя моментами. Во-первых, фразой: «И вдруг умел расстаться с ним, / Как я с Онегиным моим», то есть текст завершается не планом героев, но планом автора. Во-вторых, отрывками из «Путешествия Онегина», которые, будучи размещены уже после основного сюжета, нарушают замкнутую форму романа и расширяют границы повествования.

Еще один любопытный момент, связанный со взаимоотношениями реальности и вымысла, исследовал филолог Сергей Бочаров. Он писал о «возможном сюжете» «Евгения Онегина». В романе присутствуют несколько точек, в которых развитие сюжета могло пойти разными путями. Самый наглядный пример – момент гибели Ленского и размышления о том, как сложилась бы его судьба, останься он в живых. Эта разветвленность сюжета аналогична тому, как в жизни мы сталкиваемся с моментами выбора. Пока мы не пойдем по одному пути, другие варианты существуют параллельно. Но если в жизни, выбирая один путь, мы отсекаем другие, то в художественном произведении возможно сосуществование разных вариантов.

В этом смысле мир «Евгения Онегина» напоминает комиксовую метавселенную. Три Ленских в какой-то момент встречаются в тексте, как три Человека-паука в фильме. Это делает роман не просто произведением о конкретных героях, а многомерной вселенной, где реальность и вымысел переплетаются, создавая уникальный художественный космос.

Итак, «Евгений Онегин» не просто история любви – произведение, которое сочетает в себе множество литературных традиций и приемов. Пушкин создал роман, отразивший быт, культуру и общество своего времени, представив его в форме любовной истории. Его влияние на русскую литературу огромно: он заложил традиции стихотворного романа и стал образцом для многих писателей. Так, некоторых мужских персонажей Лермонтова, Тургенева и Достоевского можно назвать потомками Онегина, а «Анна Каренина» Толстого – своеобразное размышление о том, что было бы, если бы Татьяна решила уйти от мужа. Эта многогранность и делает «Евгения Онегина» одним из величайших произведений русской и мировой литературы.

Полина Бояркина, кандидат филологических наук, литературовед-пушкинист, научный сотрудник Института русской литературы РАН, автор книги «Чему я могу научиться у Александра Пушкина, ведущая телеграм-канала «Госпожа главред»

А. С. ПУШКИН

Евгений

Онегин

РОМАН В СТИХАХ

Комментарий литературоведа

Евгений Онегин (название)

Судя по всему, Пушкин задумал роман еще в 1820 году, а писать начал в 1823-м. «Онегин» печатался отдельными главами, и выход каждой становился событием тогдашней литературной жизни.

Во времена Пушкина заглавия определяли жанр текста и ожидания читателя. Но выбранные автором реалистичные имя и фамилия казались непривычными и намекали сразу на несколько жанров: бытовая сатирическая или романтическая повесть, приключения или психологический роман. Именно Пушкин ввел такие заголовки в моду.

Роман в стихах

Написав первую главу и начав вторую, Пушкин сообщил своему приятелю Петру Вяземскому: «…я теперь пишу не роман, а роман в стихах – дьявольская разница. В роде “Дон Жуана”». Вообще эксперименты с жанрами, формами и стилями можно назвать особенностью пушкинского творчества. Спустя столетия мы уже не видим в них чего-то оригинального, но во времена Пушкина это было настоящее литературное бунтарство, которое и критики, и читатели не всегда понимали и принимали.

Pétri de vanité il avait encore plus de cette espèce d’orgueil qui fait avouer avec la même indifférence les bonnes comme les mauvaises actions, suite d’un sentiment de supériorité peut-être imaginaire.

Tiré d’une lettre particuliére[1]

Не мысля гордый свет забавить,

Вниманье дружбы возлюбя,

Хотел бы я тебе представить

Залог достойнее тебя,

Достойнее души прекрасной,

Святой исполненной мечты,

Поэзии живой и ясной,

Высоких дум и простоты;

Но так и быть – рукой пристрастной

Прими собранье пестрых глав,

Полусмешных, полупечальных,

Простонародных, идеальных,

Небрежный плод моих забав,

Бессонниц, легких вдохновений,

Незрелых и увядших лет,

Ума холодных наблюдений

И сердца горестных замет.

Комментарий литературоведа

Pétri de vanité il avait encore plus de cette…

Этот якобы «извлеченный из частного письма» эпиграф Пушкин придумал сам, чтобы задать ожидания от героя: отрывок неслучайно начинается словами «проникнутый тщеславием». А еще наталкивает на мысль, что автор планирует не раз поиграть с читателем в мистификацию реальных документов.

Не мысля гордый свет забавить…

Это посвящение издателю и другу Пушкина литератору Павлу Плетнёву. Они были знакомы еще с юношества, но сблизились во время Михайловской ссылки, когда Плетнёв взял на себя издательские дела Пушкина. Так, вместе они придумали схему издания «Онегина» по главам. После возвращения из ссылки друзья часто виделись и много общались.

Поначалу Пушкин поместил предисловие в отдельном издании IV и V глав, а во втором полном выпуске романа в 1837 году перенес его в начало.

Глава первая

И жить торопится, и чувствовать спешит.

Кн. Вяземский

I

Мой дядя самых честных правил,

Когда не в шутку занемог,

Он уважать себя заставил

И лучше выдумать не мог.

Его пример другим наука;

Но боже мой, какая скука

С больным сидеть и день и ночь,

Не отходя ни шагу прочь!

Какое низкое коварство

Полуживого забавлять,

Ему подушки поправлять,

Печально подносить лекарство,

Вздыхать и думать про себя:

Когда же черт возьмет тебя!

Комментарий литературоведа

Глава первая

Работа над первой главой романа шла в 1823 году в Кишиневе и Одессе во время Южной ссылки. Ее опубликовали в 1825 году с ироничным предисловием, написанным якобы беспристрастным издателем, но на самом деле автором (как неожиданно!), который таким образом ответил критикам своих предыдущих произведений.

Пушкин писал, что время в романе «расчислено по календарю», и обещал читателю достоверную историю. Эту фразу автора не стоит воспринимать буквально, но все же хронологию «Онегина» действительно можно проследить. Время действия первой главы: зима 1819-го – весна 1820 года.

I. Мой дядя самых честных правил…

Отсылка к басне Крылова «Осел был самых честных правил», задающая пародийный тон всего произведения. Само действие без предисловий тоже начинается как будто с середины!

I. Когда же черт возьмет тебя!

С одной стороны, использование ругательств в литературном тексте могло шокировать тогдашнего читателя, с другой – в сатире XVIII века нецензурная лексика использовалась в речи щеголей. А еще это отсылка к роману англичанина Чарльза