Восставшие из небытия. Антология писателей Ди-Пи и второй эмиграции - Владимир Вениаминович Агеносов

Жестокий мир в упор глядит с экрана,

Заплаканные лица смотрят из газет,

И это всё, как говорят, по плану.

Какому плану? Кто нам даст ответ?

Тот вещий и испытанный оракул?

Да он бы не ответ дал, а заплакал.

11.

Памяти В. Маяковского

О, как он был в поэзию влюблён

Красавец этот в жёлтой яркой кофте!

Из гущи всех тускнеющих имён

Одно давно сверкает: Маяковский.

Не встретишь у него слов холостых.

По голове, как кошек, слов не гладил.

Он их ковал, он добывал свой стих,

Как добывают драгоценный радий.

Он шлифовал язык, как ювелир,

Он не писал – он в сущности чеканил.

Его стихи объездили весь мир,

Блестя везде, как драгоценный камень.

И вдруг случилось… Не хватило сил?

Своей рукой он песню задушил.

12.

О, фонари, и вам не надоело

Насиловать себя в полночный час?

И лишь поэт, ушедший в своё дело,

Готов завидовать, жалея вас.

Поэт и ночь. Вот тоже тема. Дабы

Она с другими принесла плоды,

Уйди в слова, поэт, в их ночь, в их табор,

Умри легко у Музы на груди.

Умри в словах… И в этом есть отрада,

Уйди в слова, не чувствуя вины,

Иди в слова безжалостно батрачить.

Из глубины пиши, из глубины.

Ведь наскоро приклеенная слава

Есть самая тяжёлая отрава.

Часы

(Из цикла «И в две и в четыре стопы»)

1

Часы поют

черную азбуку времени.

2

Это с детства

знакомое лицо.

Спокойное,

равнодушное,

холодное.

На нем

двенадцать ран,

двенадцать ударов,

двенадцать шагов,

двенадцать узлов,

двенадцать гнезд,

двенадцать голубей —

моего времени.

3

Двенадцать этажей разочарования,

двенадцать ступеней к палачу,

двенадцать дверей в неизвестность,

двенадцать вопросов к Богу.

Перед судом объектива

Ссылают на карточку

как будто на каторгу.

Ссылают с пейзажем,

с кудрявой березой,

ссылают с дымящей еще

папиросой…

Снимают на карточку

без сожаленья —

снимают на вечное поселенье

осанку,

остатки телосложенья и массу

задумчивого выраженья,

загибы характера

у подбородка

и лоб, говорящий,

что жил и боролся…

В спешном порядке

ссылают – к потомкам?

В другую эпоху —

В другие потемки?

«После грозы хотелось…»

После грозы хотелось:

послать привет черту,

выпить шампанского,

сочинить стихотворение,

поцеловать женщину,

нарисовать коня,

разбудить цветок,

купить сапоги,

заблудиться

в рассказах Тургенева…

Стихотворение

(в котором я защищаюсь от Хлебникова)

А осень висит запятой.

Хлебников

Закуска играет в селедку,

и аппетит на серебряных лапках

напоминает хищников.

Дельфины играют в радугу,

сверкая своими линиями

и врезаясь как мечи в море.

На райском берегу

пальмы вытянули

гусиные шеи,

и в купальных костюмах

блаженствуют

выпуклые ожидания.

Из песни сделали соловья,

и тот начал разбойничать

в музыке.

Деньги превращаются

в грязное белье,

и банк становится

прачечной.

В зоологическом саду

звери живут на пенсии.

Одуванчик отцвел

и надел парик.

Костер машет

носовыми платочками

беспочвенным путникам.

Есть страна,

где на вопросы отвечают пистолеты.

Душа принимает обиды

на короткой волне.

Где выход

из этого стихотворения?

Осенние элегии

1

Люблю лицо осеннего окна,

Задумчивую бледность его света.

Душе, давно лишившейся огня,

Уже не нужен блеск весны и лета.

Уже бледнеет купол голубой.

Уже домой опаздывают тени.

Да, осторожный, медленный покой

Меня пленяет больше, чем цветенье.

Когда в природе только тишь да гладь,

Когда природа будто после бала

И кажется, что эта благодать

Нам с высоты откуда-то упала,

С самим собой веду я диалог —

Он сух и трезв и чуточку печален.

Да, после всех распутий и дорог

Я к тихому окну теперь причалил.

2

Осенний день. Часы идут назад,

Да и минуты тоже не спешат.

Ну что ж, и времени, пожалуй, отдых нужен.

А я, наоборот, вот осенью разбужен.

И бодрствую у тихого окна,

Спустившись в думу толстую до дна.

А что мне делать? Что во мне осталось?

Уже наполнилась годами старость.

И спину гнул, и возраст перегнал.

Уже доносится откуда-то сигнал…

Остановись! Попробуй жить обратно,

И станет ясно всё и непонятно…

Я у окна. Как будто моросит.

Осенний день на ниточке висит.

3

О, Мастер времени, строитель бурных лет!

Хранитель верного и вечного покоя!

Я тоже ещё здесь, стяжатель разных бед,

Давно познавший путь скитальца и изгоя.

Я тоже здесь, как все, по милости Творца.

Но вот душа моя от времени устала,

И в очередь я стал к Хозяину конца,

Земной поклон отдав Создателю начала.

Стихи из романа

1

Сперва качнулся потолок.

Потом вытягивались стены.

Затем окно без панталон

Совсем приблизилось к постели.

Я выпрямился, словно гвоздь.

Мир искривлялся больше, больше…

Я продырявил ночь насквозь.

Пора вставать. Вставай, не бойся!

Пока я взоры подымал,

Пока пространство глазом мерил,

Бродил