Восставшие из небытия. Антология писателей Ди-Пи и второй эмиграции - Владимир Вениаминович Агеносов

«Ни зги, но ветер. Уличным фигляром…», «Уже последний пехотинец пал…»; О. Анстей «Разбушевался ветер в тополях..», «В пол-окна снега мои накиданы…», «Ну, вода – как молоко парное…» (№ 8, 25 сент. 1946). В этом же лагере издавался с июня по октябрь 1946 литературно-общественный журнал «Огни» (вышло 10 номеров).

Журнал «Посев», выходивший для рабочих лагерей Менхегоф, Фюрстенвальд, Ротвестен с ноября 1945 года по февраль 1946, дал в № 42 (1946, 1 сент.) статью А. Парфенова «Н.С. Гумилев», а в № 9 (1946, 7 янв.) напечатал наряду со стихотворениями А. Ахматовой «Мужество» и Н. Туроверова «Сочельник», написанное в концлагере Дахау в 1942 г. стихотворение А. Неймирока «Гитлер», а также стихи никому не известного С. Тропинина «Я считаю мучительно сроки…».

С 1946 в Менхегофе начал выходить «журнал литературы, искусства и общественной мысли» «Грани», переехавший позже во Франкфурт, где он издавался до 1991 года. С 1992 журнал печатался в Москве. Прекратил существование в 1996 году.

Широко была представлена поэзия и в менявшей названия газете лагеря Регенсбург: «Свободное слово» (с 21 апреля по 19 мая 1948 вышло 3 номера) и «Свобода» (с 24 июня по 11 ноября 1948 вышло 10 номеров).

Назовем также изданный Георгием Широковым под псевдонимом Ю. Грознов единственный номер журнала «Русь»[13]. Уже первая (редакционная) статья, открывающаяся обширной цитатой о Руси из «Мертвых душ» Гоголя, утверждала, что «политика бессильна перед подлинным искусством, перед правдой жизни, которой должно служить искусство». Небольшой редакционный коллектив стремился познакомить читателя и с творчеством Т. Шевченко, и с биографией Г. Уэллса, и с мнениями Т. Манна о Пушкине, Р.М. Рильке – о России. В краткой заметке говорилось о влиянии Л. Толстого на творчество советских писателей. Собственно поэзия была представлена четырьмя именами: Е. Кульбицкая, Ю. Грознов, Я. Асмолов и К. Приморский

С 1946 года в лагерях Ди-Пи стали выходить книги (точнее брошюры) со стихами самих ди-пийцев.

Одним из первых подобных изданий стал найденный нами в личном архиве В.В. Колосовича сборник «Недопетое: Песни юных русских изгнанников», изданный, как сказано на титуле, «группой молодежи в Русском лагере города Фюссен» в апреле 1946 тиражом в 250 экз. Представленные в книге стихотворения двух молодых людей Миши Орлова и Коли Тарасова наивны, несовершенны и подражательны. Интерес представляет тематика книги: «Родина и ее люди» и «Лирика». Ограничюсь одной цитатой – лирическим стихотворением Н. Тарасова о русской душе:

Пойте печальные эти мотивы:

Русской души никому не понять,

В ней то бывает отлив, то приливы,

То разразится весельем опять.

В ней то раздолье живет удалое,

То бесконечная грусть и печаль,

То доброта, то роптание злое,

В ней отразилась родимая даль.

В ней материнские капают слезы,

Радость звучит и звенит звонкий смех,

В ней отразились заветные грезы,

Славных сражений бессмертный успех.

Пойте ж, товарищи, песню родную,

С ней улетим мы в родные края.

С вами и я на чужбине тоскую,

Те же надежды в мечтаньях тая.

Несомненно, что молодой автор находился под влиянием советских патриотических песен своей юности. Анафоры («в ней», «то / тех»), призыв к товарищам петь, клише «славных сражений бессмертный успех» – всё это характерные признаки советской песенной традиции[14].

Ю. Грознов издал в 1948 году книгу лирики «Половодье в сердце»[15], куда вошли и премированные на лагерном конкурсе поэтов (был и такой!) стихотворения «Панегирик Северу» и «Идущие на смерть». Приведем одно из них:

О, Север!

Кто красу познал

Твоих

овьюженных преданий,

И солнца меркнущий опал

На бирюзовой неба длани,

И гордость сизую в очах

Сынов полуночной природы, —

Тот, жизнь никчемную влача,

К

Тебе

придет на вечный отдых.

Так я, в немилых мне краях

Внимая южных песен трелям,

Мечтаю о метельных снах

На ледяной

Твоей

постели.

Подлинным поэтическим событием стал выход в Мюнхене сборника «Стихи»[16], куда вошли произведения О. Анстей, С. Бонгарта (им же создана обложка книги: зимний пейзаж Мюнхена), Влад. Гальского, И. Елагина, С. Зубарева, Н. Касима, Н. Кудашева, А. Савиновой, А. Шишковой[17]. Сборник был замечен русской диаспорой, хотя и получил противоположные отзывы. Если рецензент парижской газеты «Русская мысль» И. Тхоржевский в статье «Поэзия за проволокой»[18] дал самую высокую оценку сборнику, то критик «Огней» А. Черных обвинил авторов книги в «потрясающе-замогильном пессимизме». Завершая рецензию-разгром, А. Черных призывал: «Мы ценим и любим наших поэтов, но мы требуем от них гражданского мужества: перебороть ощущение кажущейся беспросветности и найти в себе силы не только верить, но и вести за собой»[19].

Первый значительный поэтический сборник стихов Ди-Пи. – Мюнхен, 1947. Обложка С. Бонгарта

Бепросветности в сборнике не было, но тревога ощущалась. 1945–1952 годы ознаменовались для лиц, проживавших в лагерях в американской и английской зонах, вопросом о принудительной репатриации на родину. Автор открывающей книгу «Беженцы и перемещенные лица» статьи Леон Ричард пишет: «Подавляющее большинство перемещенных лиц, которые находятся в настоящее время в Германии и в Австрии, не хочет возвращаться на родину […] потому что политический режим, установленный там после войны, не побуждает к возврату. […] Наученные своими личными испытаниями или под влиянием рассказов близких или друзей, они опасаются, напрасно или обоснованно, репрессий и стремятся, прежде всего, к свободе мысли и мнений»[20]. Его мысль углубляет современный исследователь проблемы В.Н. Земсков, называющий среди факторов «способствовавших образованию “второй эмиграции”, в первую очередь… существование в СССР тоталитарного, репрессивного режима. Развернувшаяся в СССР кампания по борьбе с космополитизмом и иностранщиной, – продолжает ученый, – изрядно напугала советских перемещенных лиц. Не меньший страх вызывали вести об антирелигиозных кампаниях в СССР». Еще одной причиной исследователь называет «трудности жизни на родине, понесшей вследствие войны большие потери и разрушения. По этой причине многие тысячи перемещенных предпочитали устраивать свою жизнь в не пострадавших от войны странах»[21].

Периодические издания Ди-Пи

Из статьи В.Н. Земского прямо вытекает, что не будь Приказа Ставки Главного Командования Красной Армии за № 270 от 16 августа 1941 г., объявлявший каждого