Водитель - Алексей Александрович Стопичев

работу, — еле улыбнулся собровец. Было видно, что ему не очень нравится компания, но уйти не позволяет воспитание.

— А у нас тоже фронтовик есть, — хохотнул прищуренный Дмитрий, и мотнул в сторону Ермолаева.

Собровец с интересом посмотрел на Сашку и протянул руку:

— Виталий!

— С-саня, — Ермолаеву теперь так стыдно стало за заикание, что он мучительно покраснел.

— Контузия, брат? — Виталий понятливо посмотрел на Саню и тот кивнул.

— Где был, брат? Я на Херсонском направлении три месяца.

— На Х-харьковском. И под С-сватово, — капитан держал сашкину ладонь и Ермолаев не знал куда деваться под взглядами компании.

— Он водитель, Виталь, — немного заискивающе проговорил прищуренный.

— Ого, — протянул собровец. — Вы ж там всегда под прицелом. Хлебнул, брат?

— П-по всякому, — неловко пожал плечом Сашка.

— Ты вот что, — засуетился собровец, — У меня врач хороший знакомый, в нашем госпитале. Я договорюсь, номер свой дай, брат. Ты с контузией не затягивай. Ещё есть ранения?

— Осколочное. В Изюме з-зацепило, — Сашка вновь покраснел.

— Диктуй номер, — решительно проговорил капитан. — Поможем!

Притихшая компания смотрела, как пацаны обменялись номерами, как собровец на прощание обнял незнакомого ему Сашку и упруго пошёл дальше. И только тогда прищуренный проговорил насмешливо:

— А водитель наш, глянь, в герои пролезть пытается! За подвоз портянок!

И засмеялся, но как-то натужно. А собровец услышал. Развернулся резко, подошёл к компании. И прищуренный даже голову втянул в плечи.

— Ты, тля, про героев поговорить хочешь? — капитан цедил сквозь стиснутые зубы, — Ты был ТАМ? Хоть под один обстрел попал? Расскажи, почему в армию не взяли? Давай! Или мне по-соседски рассказать, как ты в штаны себе прудил, чтобы с энурезом откосить?

Кто-то из девочек хихикнул, но больше испуганно и растерянно, чем весело. А прищуренный проговорил вдруг зло:

— А что я там забыл? Чтобы тоже контуженным потом ходить?

— Ну да, тебе там делать нечего. Ты там уже не понарошку, а по-настоящему обоссышься, — капитан сплюнул зло и повернулся к Сашке: — Брат, что ты забыл с ними? Пойдём, я как раз в кафе собирался. Посидим, потрындим спокойно!

Компания неловко смотрела вслед уходящим. Будто с ними ушло что-то ещё. В настроении. В жизни. Прищуренный проговорил развязно, разрывая тишину:

— Ленок, пойдём назад, что ли? Посидим нормально, без этих, — и кивнул в сторону уходивших.

— А без ЭТИХ, — Ленка особо выделила это слово, — Не будет нормально, Дима. Вообще не будет…

А водитель Ермолаев даже не знал о развернувшихся за его спиной страстях. Он просто и легко шёл рядом с братом, и мечтал поскорее оказаться со своими пацанами…