Давай никому не скажем

Часть 58. Ника

Вернувшись из колледжа, зашла в свою комнату и бросила грустный взгляд на сиротливо опустевшую половину Яны. Прошло уже десять дней, как она тут не жила, съехала к Селивановой и, походу, не собиралась возвращаться.

Раньше я об этом могла только мечтать — что снова буду жить одна, уберу эту чертову перегородку, не буду видеть каждое утро ее идеально красивое лицо. И вот моя мечта сбылась, она уехала, и ни черта я не счастлива. И мне даже ее не хватало.

Вошла на ее половину, села на кровать. В комнате чисто, не так, как в тот день, когда все было вывернуто из шкафов. Видимо, приходила, когда дома никого не было, все убрала. На письменном столе сиротливо высилась аккуратная стопка покрывшихся пылью книг, на полу — ни соринки.

Я до сих пор не знала наверняка, что произошло, почему она так резко сорвалась. В колледже ее видела, конечно, она обмолвилась, что просто все достало и что скоро переедет в квартиру какой-то бабки. И хочет, чтобы я жила с ней.

Не знаю. Хотелось бы, конечно, свалить отсюда, тем более мать со своим Николашей совсем спилась, но, с другой стороны, уже как-то привыкла к этому всему. Зато никто не лезет, никто не следит, во сколько я прихожу и ухожу. А то, что они там пьяные валяются бубнят — да и хрен с ними. У меня против синяков уже иммунитет выработался. Это Янка из Москвы приехала изнеженная, в шоке была, а я эту картину уже несколько лет наблюдаю и было откровенно пофиг, главное, чтоб меня не трогали.

Недавно мать раздобрилась, дала денег. Много — двести тысяч рублей. Не знаю, откуда у нее столько, ведь толком не работает даже, одни прогулы с этой пьянкой. Но я, конечно же, взяла, как раз видела на толкучке классные джинсы-клеш. Будет, в чем в школу ходить, да и...

В соседнее окно негромко постучали, и я быстро перебежала на свою половину комнаты.

— Ник, ну ты где там застряла? — Игорек заулыбался, зазывая рукой сквозь давно не мытое мутное стекло.

— Я сейчас, — задернула занавеску и торопливо скинула блузку. Я же переодеться забежала на минуту и расселась тут.

Странно все так. Если бы мне кто-то раньше сказал, что я буду встречаться с Загорским, я бы у виска покрутила, настолько это казалось невероятным. Но как оно бывает… Игорек на самом деле оказался классным парнем. И совсем не ботаником! Ну... если только чуть-чуть. Хотя после того, как я его переодела, убрав в дальний ящик все жилетки и дурацкие подтяжки, он стал выглядеть очень даже ничего. Ничуть не хуже того же Набиева! Тот вообще странный какой-то стал: ни с кем из группы не гуляет больше, ходит что-то, улыбается, счастливый какой-то.

Девчонки шептались, что кого-то подцепил из соседнего города, по-любому дочку какой-то шишки. А Лосева уверена, что это Софа, дочка начальника ГАИ. А мне наплевать. Как отрезало. Он красивый, конечно, но наглый и невоспитанный. Поверить не могла, что повелась когда-то на внешнюю оболочку. Игорек гораздо лучше и, главное, я ему по-настоящему нравлюсь.

Минаева, разумеется, пыталась его обсмеять со своими шестерками, но на них мне тоже теперь было глубоко наплевать, особенно на Полину — пусть подавится своим ядом и злостью. Набиев на нее окончательно болт забил, вот она и психует. Так ей и надо! Ходит нервная, злая, на всех орет. Сильно жалела, не сказала тогда Янке, что Минаева что-то там против нее замышляла. Дура, променяла сестру на какую-то идиотку и пацана, которому я сто лет не нужна! Надо бы собраться с духом и извиниться за свое поведение...

— Ника! — снова раздался нетерпеливый стук за окном.

— Иду-у-у, — прокричала погромче. Стены картонные, точно услышит.

Намотав бирюзовый шарф, придирчиво изучила себя в зеркало. Очень даже ничего — подарок Игорька. Мой первый подарок от мальчишки!

Выбежала в погожий октябрьский день, пиная по пути желтые кленовые листья. Тощие коты повскакивали со своих мест — кинулись врассыпную, недовольно уступая дорогу.

Игорек скучал на лавочке, а увидев меня, широко улыбнулся. Фетровая кепка набекрень, коричневые брюки в тонкую полоску, огромная кожанка словно с чужого плеча... На душе сразу стало так тепло-тепло.

С ума сойти. Я втюрилась в Загорского!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍