Уильям Моррис - Лес за Гранью Мира (сборник)

Ознакомительный фрагмент

С этими словами принц, видимо, пытался приобнять даму, потому что она сказала:

– Нет, не клади своей руки на моё плечо. Сегодня это рука не любви, но гордыни и безрассудства. Ты уже мечтаешь о господстве надо мной! И покинуть эти земли я тебе не позволю, пока твой нрав не смягчится. Нельзя допустить, чтобы ты уехал от меня в гневе.

За этими словами последовало молчание, а потом снова раздался голос принца:

– Моя госпожа, я прошу тебя простить меня! Но неужели ты не видишь, что я боюсь того, что ты могла охладеть ко мне? И только поэтому во мне родились раздражительность и ревность. Насколько же ты выше всех королев мира! А я всего лишь бедный юноша, который без тебя был бы никем!

Дама молчала, и сын короля продолжил:

– Разве я не буду прав, о, моя богиня, если скажу, что этот сын купца даже не обратил внимания на тебя, на твою красоту и на твоё величие?

Дама засмеялась и возразила:

– Возможно, он просто не верит, что сможет чего-то добиться от меня. Он же видит, что ты постоянно рядом со мной. Кроме того, я всегда говорила с ним холодно, жёстко и высокомерно. Бедный юноша, он так ослеплён моей красотой и так смущается передо мной! Всё это очень хорошо видно по его глазам и по выражению его лица.

Последние слова дама снова произнесла таким добрым и приятным голосом, что Вальтер не мог оставаться равнодушным. Он даже подумал, не знает ли она о том, что он близко и всё слышит, а потому и говорит как для сына короля, так и для него, но её собеседник точно не догадывался об этом и отвечал так:

– Госпожа, разве ты не видишь, что его глаза в последнее время блуждают в поисках другой красавицы, не тебя? Если ты спросишь меня, то я не считаю невероятным предположение, что он мог полюбить твою служанку.

Он говорил сбивчивым голосом, словно съёжившись в страхе перед надвигающейся грозой, и когда дама ответила, её тон и в самом деле изменился, но он не был гневен, скорее резок, напряжён и холоден одновременно. А ответила она ему так:

– Верно, этот вариант не стоит исключать, но не следует и постоянно думать о моей невольнице. Если то, что ты говоришь, правда, мы узнаем это при следующей же встрече с ней, и если она будет лукавить, тем хуже для этой девчонки! Тогда мы поговорим с ней у фонтана в зале и выпытаем всю правду о том, что произошло у источника в лесу.

Принц задал ещё один вопрос, и голос его дрожал всё больше:

– Моя госпожа, не лучше ли будет выпытывать истину у него самого? Служанка стойкая и не скоро поведает нам правдивую историю, а вот юношу, я думаю, несложно будет заставить признаться.

– Нет, нет, – резко прервала его дама. – Я сделаю так, как сказала.

После минутного молчания дама продолжила:

– А вдруг окажется, что он и есть наш господин?

– Такого не может быть! – воскликнул сын короля. – Ты смеёшься мне в глаза! Чтобы при твоём огромном могуществе и безграничной мудрости над тобой властвовал этот грубиян?

– А я могу и не позволить ему командовать, мой принц! Я знаю, и я говорила тебе это, что у тебя на сердце, но ты не знаешь, что на сердце у меня. Но успокойся! Я вижу, ты просил за эту девушку – нет, не по словам я поняла твои чувства, но я вижу, что ты просил за неё по твоим трясущимся рукам, по беспокойным глазам, по нахмуренному лбу, и так как ты просил за неё, я буду к ней благосклонна на этот раз, но я не уверена в том, поможет ли ей твоё заступничество в будущем. Пойми это, Отто! Ты так часто обнимал меня… А теперь ты можешь уходить, если хочешь.

Вальтеру показалось, что сын короля остолбенел от слов дамы, потому что он ничего не ответил, но вскоре поднялся с травы, на которой сидел, и отправился медленным шагом к дому. Дама ещё немного полежала на полянке, а затем также ушла, но в лес, в ту сторону, откуда пришёл Вальтер, когда впервые увидел её Золотой дом.

Вальтер был потрясён услышанным и не знал, что и думать. Ему казалось, что за этим разговором скрываются ужасные, коварные дела, и от таких мыслей в душе юноши нарастал гнев. Всё же, рассудив, он решил, что ничего предпринимать сейчас не стоит. Ему следует считать себя связанным по рукам и ногам до тех пор, пока он снова не встретится с девушкой.

Глава XIII

Перед охотой

На следующее утро Вальтер проснулся рано, но в унынии, на сердце у него было тяжело, и он ничего уже не ждал от нового дня, не сомневаясь в том, что перемен не будет, как не было их в предыдущие четверо суток, но он ошибся. Когда Вальтер спустился в Колонную залу, дама была уже там. Она восседала на троне в одиночестве, одетая в лёгкое платье из белого льна. Когда дама услышала шаги Вальтера, она обернулась, а увидев юношу, обратилась к нему:

– Подойди, гость.

Вальтер подошёл к ней, и она продолжила:

– Тебя не приняли как полагается в этом доме, тебя не почтили, но ты не покинул меня. По правде говоря, ты и не можешь покинуть мои владения без моей же помощи, но я благодарна тебе за то, что ты ждал моих распоряжений и терпел все эти четыре долгих дня не жалуясь. Я не считаю тебя неблагородным человеком. Ты крепок и хорошо сложен, ты обладаешь ясным взором и на вид кажешься храбрым, и сейчас я задам только один вопрос: хочешь ли ты служить мне, отблагодарив таким образом за то, что я приняла тебя в своём доме?

Вальтер отвечал ей сперва довольно сбивчиво, так как был поражён резкой переменой в её отношении к нему. Теперь дама говорила с ним дружелюбно, так, как знатная дама обычно говорит с юношей, желающим оказать ей услугу. Ответил же он так:

– Госпожа, я покорно и от всего сердца благодарю за предложение служить тебе. В эти дни я готов был проклясть бесплодность моих ожиданий, ведь я не мог просить ничего больше искренней службы у славной хозяйки.

Дама слегка нахмурилась и сказала:

– Не называй меня хозяйкой. Только один человек в этом доме так обращается ко мне – моя служанка, а ты ведь не мой слуга. Называй меня дамой и, будь любезен, стань моим оруженосцем. В этом новом качестве ты послужишь мне на охоте. Приготовь то, что тебе потребуется: возьми лук и стрелы, прикрепи к поясу меч. В этой прекрасной земле водятся животные и более опасные, чем кролик с оленем. Сейчас я удалюсь: хочу одеться к охоте, пока день ещё молод, чтобы продолжение этого летнего дня было самым счастливым!

Вальтер поклонился даме, а она поднялась и удалилась в свои покои. Тогда юноша собрал всё необходимое и вышел на крыльцо, чтобы скоротать время там. Ждать ему пришлось менее часа, но вместе с дамой из дома появилась её служанка, и, когда Вальтер увидел её, сердце его забилось, и только с трудом он заставил себя не смотреть слишком пристально на свою дорогую подругу. Одета она была так же, как и при первой их встрече, и ничего не изменилось в её облике, разве что зародилась в ней любовь с тех пор, и она приложила много усилий, чтобы не открылось это чувство её хозяйке, которая, впрочем, не обращала внимания на служанку или, по крайней мере, делала вид, что не замечает её, а в лице самой девушки, казалось, читались внимание и готовность угодить своей госпоже.

Вальтер не понимал, почему девушка была такой спокойной и такой обходительной со своей хозяйкой, ведь он помнил о презрении, которым окружали её в неволе, помнил и все угрозы, слышанные им от её хозяйки. Вальтер встал перед дамой на колено, а та сказала девушке, указывая на него:

– Посмотри, моя служанка, на нашего нового оруженосца, как он красив! Каким храбрецом он будет в зелёном лесу! Посмотри, разве он не хорош собой? Разве не волнительно думать о всех тех опасностях, страхе и бедствиях мира вне леса, которые он преодолел, чтобы дойти до нашей блаженной земли, чтобы поселиться здесь под одной крышей со своей госпожой и её служанкой? А ты, мой оруженосец, посмотри на эту красивую, стройную девушку и скажи, нравится ли она тебе? Разве есть что-нибудь более милое в этом одиноком месте?

На лице дамы сияла искренняя добрая улыбка, лицо Вальтера также не выражало всей его внутренней борьбы, хотя и сложно ему было не смотреть на любимую девушку, а сама девушка настолько владела собой, что нельзя было и заподозрить, что на её лице отражаются ложные чувства. Служанка стояла со скромным, но счастливым видом, слегка улыбаясь, краснея, опустив глаза, словно смущаясь красивого незнакомого юноши.

Дама взглянула на неё мягко и сказала:

– Подойди, дитя, не бойся этого честного и свободного человека. Он сам, похоже, немного боится тебя и уж точно боится меня. Боится, впрочем, как любой мужчина.

С этими словами она взяла служанку за руку, притянула к себе и прижала к своей груди, поцеловав в щёки и в губы, затем слегка расшнуровала платье, оголив одно плечо, и приподняла юбку девушки так, чтобы видны были ноги, обратившись затем к Вальтеру:

– Посмотри сюда, мой оруженосец! Какая замечательная вещица обитает среди наших грубых дубов! Что ты смотришь на железное кольцо на её ноге? Это всего лишь знак того, что она моя, и я не могу без неё.