Я покорю Лабиринт с помощью техник массажа. Том 7 - Андрей Сергеевич Ткачев

Глава 18

— Закалка тела тебе определённо пошла на пользу, — чуть кряхтя, произнёс Дима, на вытянутой руке удерживая меня над землёй.

Точнее, это я зафиксировал его руку в попытке вывести парня на болевой приём, но тот покрыл её своей древесной броней, и пришлось изворачиваться и фиксировать её на всю длину, одновременно давя на суставы. Сам не ожидал от себя подобной гибкости, но вроде получилось.

Главное — не показывать, что я сам под огромным впечатлением, насколько легко извернулся. Похоже, ядро Белой змеи в сочетании с прошедшими закалками тела дало мне инстинктивные возможности, в которых я сам ещё не до конца разобрался. Вот и всплывает подобное во время спаррингов, когда в первую очередь действуешь, полагаясь на чутьё, чем на разум, который по идее должен мне говорить, что на подобные выверты я не способен.

— Да брось. Закалка — это лишь база, и без упорных тренировок от неё нет ни малейшего толку, — ухмыльнулся я, уводя руку всё дальше в сторону так, чтобы доставить парню больше неприятных ощущений.

Пусть он и может фиксировать руку, благодаря особенностям своей брони, но всё же связки у лысого великана не настолько гибкие, чтобы вообще без последствий переждать такие захваты. Да и вешу я немало, так что на руку Димы ещё и мой вес воздействует.

Вот только доводить наше противостояние до точки я не собирался и, поняв, что мы можем ещё пару минут так без проблем стоять, решил сменить тактику. Извернувшись всем телом, я перетёк в другой захват, а в саму руку Димы воткнул несколько игл, которые при попытке её согнуть должны были вызвать очень неприятные болезненные ощущения. Пусть броня парня и была хороша, но были в ней небольшие просветы, чем я пользовался во время наших спаррингов.

Таким образом, получалось, что я искал уязвимые места в его броне, а он к следующему бою пытался либо их исправить, либо сместить такие участки, чтобы я не мог продолжать издеваться над ним. Пусть сам Дубов был в плане физической силы намного сильнее меня, но ведь в мире боевых искусств сила играет далеко не главную роль. Да и я в этом плане был для него не самым приятным противником, но и ему подобные вещи были на пользу.

Уже сейчас броня Димы стала куда более гибкой и устойчивой к разного рода воздействиям, чем в начале нашего знакомства. По большей части он пытался избавиться от своей уязвимости к огненной стихии, но это вовсе не значило, что и другие свои слабости он не закрывал. К примеру, из-за того, что Эллен частенько проводила между нами спарринги, Дубов освоил технику, позволяющую в какой-то мере закрывать свои энергетические каналы от меня. Не полностью и всё равно были возможности на них воздействовать, но это требовало просто невероятных усилий, которые того просто не стоили. Дубов становился сильнее — этого было не отнять. Видимо, правильно говорят, что соперничество — важный ключ в развитии, ведь я у «Безымянных» намного меньше времени, чем он, и стал гораздо сильнее. Он не хочет отставать и вынужден тренироваться ещё усерднее.

Проигрывать мне совсем не хотелось.

— Ты реально становишься изворотливым, словно змей, — попытался прихлопнуть меня ладонью Дима, но я с лёгкостью избежал его размашистой атаки и уже стоял в паре метров от него сзади. — Такими темпами ядовитые клыки отрастишь!

— Знаешь, а мне нравятс-с-ся змеи, — улыбнулся я, посмотрев прямо в глаза развернувшегося парня.

И это он ещё не знал, что мои когти теперь способны продуцировать яд. Это действительно требовало более вдумчивой проработки, прежде чем я смогу это использовать в бою, как один из привычных навыков, расширяющих мой арсенал.

— Вообще-то, это выглядит довольно жутковато в сочетании с этими глазами и твоим шипением, — покачал головой Дубов.

Ну, с подобными вещами я тем более ничего не мог поделать, да и змеиное шипение, о котором мне часто напоминал парень, выходило у меня зачастую помимо моей воли, и я, порой, вообще не замечал, что так делаю. Впрочем, бывает, что после ассимиляции ядра зверя и не такие изменения происходят с практиком, так что это сущие мелочи в сравнении с тем, что могло произойти.

— Я просто заставляю тебя замедлиться, чтобы у меня появилось больше шанс-с-сов, — улыбнулся я и ринулся в атаку.

Обманная связка, нацеленная на верхний этаж, что заставляет Дубова прикрывать лицо, и вот иглы втыкаются в ноги парня. Мгновение, и они оказываются парализованными, и он падает на землю. В этом была одна из его слабостей. Чаще всего он мог в достаточной степени укреплять лишь какую-то одну часть тела, и чаще это был верх. Просто парень инстинктивно прикрывал именно эту часть тела, не особо думая, что в этом случае может случиться со всем остальным. С другой стороны, без головы почти никто не выживает, а новые ноги вполне можно регенерировать, если использовать алхимию и помощь целителей.

— А вот это было неприятно, — упёршись руками о землю, произнёс Дима.

— Неприятней было бы, если бы я и руки вывел из строя, — пожал я плечами.

Но это было банальным бахвальством, руки Дубов укрепил знатно и пришлось бы попасть иглой раза три в одно место, чтобы пробить броню. Ноги — более простая цель.

Дальше на тренировке решили закончить. Я вытащил свои иглы и помог Дубову подняться. Да и всё равно мы не собирались выходить далеко за рамки в нашей тренировке. Соперничество соперничеством, но мы за эти месяцы стали хорошими друзьями. Даже не верится.

Главное, что к следующему разу лысый великан придумает какую-нибудь новую защиту, и мне вновь придётся её «взламывать», если я не хочу, чтобы его удары прошлись по мне. Всё же бьёт Дима довольно сильно и почти не сдерживается.

— Ничего не слышно об итогах нашего рейда? — спросил я у Димы, когда мы пришли в столовую.

В последние дни все словно забыли о нём, хотя вроде бы между «Безымянными» и «Танцующим листом» должна была пройти делёжка трофеев, но я ничего об этом не слышал. Впрочем, такие вещи решают либо старшие ученики, либо напрямую наставники и вряд ли нас бы вообще вовлекали в эту процедуру.