Письма. Том II (1933–1935) - Николай Константинович Рерих

я прошу отнести их только к компетенции корпорации. Мы уже неоднократно сталкивались с недопониманием и последствиями в тех случаях, когда руководство деятельностью осуществлялось неверным путем. Если даже запросы будут поступать в Музей Рериха, я попрошу руководство Музея переадресовывать их корпорации, поскольку все списки картин и записи о продажах, конечно же, находятся у Вас.

Во всех деловых вопросах нужна точность, поскольку она может спасти от многих неприятностей. Возьмем, к примеру, одну непонятную для меня ситуацию. В докладах президента Музея Рериха и в письме г-на Лихтмана были указаны три разных версии продажи моей картины «Перевал Лахул»[238] г-же Сутро. В первом случае г-жа Сутро заплатила 1000 долларов за 10 акций «Ур[усвати]» и 1000 долларов за картину, которая оценивается в 2500 долларов (еще до падения доллара). Согласно второй версии, «г-жа Сутро для своей коллекции выбрала серию „Перевал Лахул“. Обозначенная цена за картину — 2500 долларов»; на что я на прошлой неделе ответил, что согласен на скидку в 500 долларов. По третьей версии, г-н Лихтман в своем письме от 16 августа информирует меня о том, что г-жа Сутро дарит 2000 долларов на путешествие. Эти три версии только всё запутывают. Одно дело, если это пожертвование, и совсем другое, если это покупка. Одно дело, когда картина продается со скидкой в 500 долларов, но совершенно другое, когда 1000 долларов приравниваются к 10 акциям и только 1000 долларов идут на картину, которая в действительности стоит 2500. И, принимая во внимание падение доллара, ее платеж будет соответствовать всего лишь 700 долларам. Учитывая подобную разницу и неясность, я прошу корпорацию прояснить эту ситуацию до конца. Также прошу вносить в списки условия продажи, а в случае продажи в рассрочку составлять соответствующее соглашение. Корпорация является чисто деловым учреждением, и каждому покупателю будет ясно, что соглашение вполне естественно. Я повторяю, подобные соглашения должны быть очень четкими, поскольку в прошлом у нас уже были ненужные конфликты со сторонними лицами, и они не должны повторяться.

Также особое внимание следует уделить падению доллара. В качестве примера приведу случай, произошедший в России: картина, стоившая в 1915 году 6000 рублей, в 1917-м была продана за 15000 в связи с тем, что рубль обесценился вдвое. Аналогичная ситуация с падением доллара произошла с картиной С. Рериха, проданной г-ну Бота. Г-ну Бота была предоставлена специальная скидка, и большая картина была продана за 300 долларов как раз перед падением доллара, также в Нью-Йорке была достигнута договоренность о том, что он будет платить в рассрочку. Он действительно заплатил 50 долларов (еще до падения доллара), потом в течение многих месяцев платежи не поступали, а он уехал в Канаду, где избежал последствий обесценивания. Таким образом, 270 долларов на тот момент превратились в 187, соответственно картина была продана не за 300, а за 237 долларов, не говоря уже о том, что платежи прекратились. Этот случай хорошо характеризует сложившуюся сейчас ситуацию с падением доллара, и я прошу корпорацию принять это обстоятельство во внимание.

Не сомневаюсь, что в корпорации есть книга поступлений и книга отчужденных картин. Некоторые картины были проданы, а некоторые, находившиеся в корпорации, отправлены в Югославию. Вообще, перечень картин, которые находятся на выставках в филиалах Музея Рериха, также должен храниться в корпорации. И поскольку г-н Лихтман отвечает за каталог картин Музея, считаю, будет проще, если он возьмет на себя и списки Корпорации картин Н. К. Рериха.

С нетерпением жду Вашего ответа.

Искренне Ваш.

73

Н. К. Рерих — Ф. Р. Грант*

20 сентября 1933 г. [Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

Уважаемая мисс Грант!

Благодарю Издательство Музея Рериха за присланную копию контракта с господами Стратфорд, с условиями которого я полностью согласен.

В очередной раз прошу Вас сосредоточить свое внимание на книге, поскольку она издается в новой для нас компании и должна быть подготовлена максимально качественно, также все анонсы и обзоры должны выглядеть достойно и согласовываться с Издательством Музея Рериха, как я уже писал.

Я уверен, что перевод был должным образом проверен и никаких ошибок, дающих повод для нелицеприятных комментариев, как в случае с «Астрологией» и «Temple Artisan»[239], нет. К счастью, материал для этой книги собирался очень долго и прошел через руки нескольких издателей, так что с ним, несомненно, все в порядке.

Вы обрадуетесь, узнав, что кампания Знамени Мира в местной прессе набирает обороты и уже появилось 12 публикаций. Вероятно, специальный выпуск «Индийского журнала»[240] уже начал распространяться в Нью-Йорке в связи с предстоящей Конвенцией. Мы будем с нетерпением ждать откликов американской прессы на это событие.

Благодарю Вас еще раз за контракт и надеюсь, что в отношении книги Вы сделаете все возможное.

Искренне Ваш.

P. S. Пожалуйста, напомните господам Стратфорд, как только книга будет издана, выслать мне в Наггар 10 авторских экземпляров ЗАКАЗНОЙ книжной почтой (естественно, не воздушной почтой и не в запечатанных пакетах, поскольку они считаются бандеролью, облагаемой налогом, и проходят через таможню в Карачи).

В контракте мы обратили внимание на пункт об авторских правах Стратфордов во всем мире и на всех языках. Несомненно, это просто формальность, поскольку «Майтрейя» и другие статьи уже неоднократно печатались в различных изданиях.

74

Н. К. Рерих — Г. Э. Уоллесу*

20 сентября 1933 г. [Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

Мой дорогой друг!

Передо мной лежит телеграмма мисс Ф. Р. Грант с радостной вестью о том, что Вы приняли протекторство над предстоящей Конвенцией Знамени Мира в Вашингтоне. Я очень рад этим новостям, поскольку мы все этого желали, но по закону не имели права настаивать, и то, что Вы сами приняли такое решение, — очень важно. Теперь я уверен, что Конвенция пройдет в активном рабочем режиме и Вы поможете принять действенную резолюцию и направить ее нашему достопочтенному президенту ФДР[241]. Мы все знаем о величии духа президента, знаем, как он борется за Благо своей страны и всего человечества, и каждая хорошая мысль всегда должна исходить от хорошего человека. Я так счастлив, что именно Вы передадите резолюцию Конвенции президенту и скажете ему: «Великий Вождь, помоги человечеству еще раз!»

Казалось бы, любое стремление сохранить истинные сокровища человечества не должно встречать сопротивления. Однако история создания Общества Красного Креста, в пользе которого сейчас уже никто не сомневается, напоминает нам о том, с какими препятствиями и невежеством приходилось бороться горстке благородных героев на пути помощи человечеству. И эта борьба