Экс-супруг. Ушел навсегда

Глава 5.

— Не представляю, кто это там ко мне пришел, — вставая с дивана, говорит Марина. — Сейчас проверю.

— Стой.

Я уже догадываюсь, кто это может быть. Вот и подтверждение моим словам. Он всегда все обо мне знает. Знает и куда я пойду, и что сделаю. Я же о нем ничего не знаю, и, вроде как, по его мнению, не имею права знать.

— Что?..

— Мне кажется, что это он. Он знает, где ты живешь.

— Да?.. Тогда я пойду и скажу, чтобы он уходил, — намеревается уже идти Марина.

— Нет, лучше я, — рывком поднимаюсь с дивана и очень медленно к двери, попутно слушая очередные звонки в дверь. Неужели он разозлился?

Бесшумно подкрадываюсь к двери, смотрю в глазок.

И правда он. Только зачем?

Мне так интересно это узнать, что я открываю ему.

Встречаюсь со злым взглядом мужа и тоже хмурюсь как можно мрачнее.

— Ты почему ушла? — спрашивает он. — Что за выходки?

— Мне о твоих выходках вспомнить?

— Я отошел на минуту.

— А мне плевать, — дрожащим голосом, но все же чистую правду ему сообщаю. — Мне правда плевать, Мирон. Я больше не хочу понимать. Ничего больше не хочу понимать… — качаю головой. — Я сыта по горло.

Тяжело вздохнув, он словно сдерживает себя, чтобы не наорать на меня.

— Собирайся, домой поедем, — командует.

Теперь я вообще его не понимаю.

— Я не хочу.

— Поедем, говорю, — настаивает. — У тебя есть дом.

— Которым ты тоже пренебрегаешь. Например, прошлой ночью.

— Я тебе все уже сказал, еще в офисе, — сообщает повышенным тоном, смотря строго. — Ты поедешь домой. Собирайся. Я жду тебя в машине. И лучше не зли меня.

И уходит, не пользуясь лифтом, спускается вниз по лестнице.

Закрываю дверь до щелчка и упираюсь в нее лбом, не зная, что делать.

Возможно, это мой шанс сегодня все разрешить, вывести его на такой разговор, которого у нас еще не было никогда. Я хочу вывернуть его наизнанку, чтобы он мне все рассказал. Если он требует, чтобы я была с ним дома, то и я сегодня многое потребую.

Вернувшись в гостиную, я подхожу к Марине.

— Ну что, он ушел?

— Я, Марин… домой поеду, — а сама бегаю глазами, часто моргаю, чтобы не разреветься.

— Чего?! Серьезно?! Он сказал тебе ехать, и ты поедешь?

— Не в этом дело. Я так больше не могу. Сегодня я его дожму. Скажу все, что хочу. И у него отмолчаться не получится. И пускай он хоть задушит меня за это скандал… Плевать.

Марина смотрит на меня как на сумасшедшую, качая головой из стороны в сторону.

Возможно я и есть сумасшедшая, и только жертва вроде меня способна понять меня в полной мере. Увы, таких я не знаю лично, посоветоваться не с кем.

— Ты уверена?..

— Можно, я тебе потом костюм верну? Не хочется залезать обратно в платье.

Оно еще и влажное. На улице, к тому же, очень холодно.

— Да конечно, конечно. Ничего страшного. Только ты точно уверена? Может, лучше утром поговорите?

Нет, не лучше. Я теперь не смогу сидеть и спокойно смотреть фильм. Все должно произойти сегодня.

— Да. Точно, — шмыгаю носом. — Я поеду с ним.

***

Едем домой, уже почти из города выехали, а он молчит. Впрочем, я так и думала — он будет молчать и как должное принимать мое послушание.

— Зачем ты забрал меня? — спрашиваю у него, не мямля, а ровным, уверенным тоном. — Ты же все равно не хочешь разговаривать со мной. Никогда не хочешь, — констатирую. — Что ты молчишь? — нервно. — Отвечай, Мирон, — требую.

— Разве ты этого не хотела?

— Нет, я этого не хотела и не ждала.

Это правда. Но в его голове, похоже, есть убеждение, что я готова терпеть что угодно ради его присутствия в моей жизни. А я сама дура, когда так явно дала ему понять — как сильно нуждаюсь в нем. Просто я думала, что моя любовь поможет ему исцелиться. Но нет же, узнав о моих чувствах, он сделал все, чтобы наоборот отдалиться от меня.

— Но ты спустилась и села в машину.

— …в надежде, что получу объяснения.

Молчит опять.

— Ты слышишь меня? Скажешь хоть что-нибудь?

— Помолчи.

— Да не буду я молчать! — восклицаю. — Я достаточно молчала… Сколько можно, Мирон? Ты будешь теперь меня и на людях унижать? Ангелина спросила про какие-то фотографии, и ты так психанул...

— Я сказал, замолчи! — гремит его голос так, что я вздрагиваю и покрываюсь крупными мурашками.

— Нет!

— Сейчас же замолчи! — орет на меня. — Это запретная тема. Всегда такой будет. Ясно тебе?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍