Уведу. Добьюсь. Присвою

Глава 24

— Здравствуйте, Глеб Михайлович, — поздоровалась я несмело, нервно теребя полы своего пиджака.

— Здравствуй, Аня, — начальник посмотрел на меня поверх очков. — Проходи, присаживайся. Хорошо, что ты зашла, вовремя.

Да? Он тоже хотел поговорить? Не о том ли самом? Я робко прошла вглубь его шикарного кабинета и присела на краешек одного из стульев перед его столом. Судорожно сжала пальцы.

— Глеб Михайлович, я бы хотела поговорить по поводу сложившейся ситуации. Я работаю в компании уже почти год, в должности помощника менеджера. Возможно, Вы помните, что в марте был разговор о том, чтобы повысить меня до менеджера, когда Вика уйдёт в декрет? Я хорошо справляюсь с обязанностями, думаю, Вам это подтвердят. Как раз недавно я заключила…

— Хорошо справляетесь? — поднял он вверх брови. — Подтвердят? Вы уверены, Анечка?

Я застыла. В смысле?

— Уверена? Да, я уверена, что хорошо справляюсь, — нахмурила я брови, наполняясь нехорошими предчувствиями.

— А у меня вот совсем другие сведения. Оксана Николаевна нашла столько ошибок в вашей работе, что я просто диву давался, как вы так ничему и не научились за почти год работы в нашей компании, — он строго посмотрел на меня.

Его слова повергли меня в шок. Сердце куда-то провалилось, а в кровь мощным потоком хлынул адреналин. Вот стерва! Я резко втянула воздух.

— Глеб Михайлович, — начала я, — я абсолютно уверена, что никаких таких «ужасных» ошибок не совершала. Оксана Николаевна не объективна в своей оценке. Максимум, я могла допустить какую-нибудь ошибку в отчёте, но обычно такие ошибки я сразу же исправляю и…

— В отчёте? Да бог с вами, милочка. Какое мне дело до каких-то отчётов? Это, конечно, тоже важно, но совершенно не принципиально. Но вот тот факт, что компания теряет клиентов из-за ваших действий…

— Что?! — я даже задохнулась от возмущения.

— Вот, смотрите, у меня даже есть распечатка. Зря вы наговариваете на Оксану Николаевну, она предоставила все доказательства, а не обвиняла вас голословно, — и он открыл ящик стола, доставая из него листы бумаги. После чего протянул их мне.

У меня похолодело всё внутри, а по спине мурашки пробежали. Трясущимися от волнения пальцами я ухватила бумажки и впилась в них глазами.

Передо мной была распечатка чата с клиентом. В нём менеджер общалась довольно по-хамски и откровенно на «отвали». Она, вроде как, и отвечала на вопросы, но делала это таким образом, что создавалось впечатление, что клиент отвлекает её от каких-то важных личных дел.

Весь диалог и стиль её общения был ужасен. Я бы сама на месте директора уволила такую сотрудницу. Проблема была в том, что менеджера звали Анна. В нашем отделе такое имя было лишь у меня.

Над верхней губой выступили капельки пота, а сердце просто выскакивало из груди. Это был подлог! Откровенный и наглый!

— Что скажете? — услышала я голос директора, который встал со своего кресла и принялся ходить по кабинету.

Я подняла на него глаза. Он стоял возле окна и смотрел на меня, поджав губы.

— Это была не я! — воскликнула я в отчаянии. — Глеб Михайлович, я не знаю, как она это сделала! Поменяла имя на скрине в фотошопе или же сразу в программе, без понятия. Но это была не я! Я никогда так не разговариваю с клиентами, это совсем не мой стиль общения! Я уверена, что если вы позовёте системного администратора, то он сможет найти какие-то исходные файлы…

Он удивлённо смотрел на меня.

— Зачем бы Оксане Николаевне было такое делать? — он вновь бросил на меня недоумевающий взгляд поверх очков.

— Понимаете, у нас вышел конфликт, по поводу «Гранда», — начала объяснять я.

— Ах, да. Кстати, по поводу этого. Вы — молодец, что подписали контракт с ними, но всё же уводить клиентов у коллег нехорошо. Мне об этом тоже рассказали. Ведь у Валентины всё было уже практически на мази. Она обо всём договорилась. У клиента возник вопрос, он не застал Валентину и обратился с ним к вам, а вы сразу забрали его себе. Вам досталась самая лёгкая часть, заключительный аккорд, так сказать. А всю подготовительную работу кто провёл? Ну ладно, пусть это останется на вашей совести, — вздохнул он.

Это был уже перебор! Меня обложили по всем фронтам! Меня буквально колотило от ярости и злости. Я вскочила.

— Всё было не так! Глеб Михайлович! Послушайте меня, пожалуйста! Я расскажу вам всю ситуацию! — воскликнула я, заламывая руки.

— Анечка, — он отвернулся от окна и направился в мою сторону, — вы ещё не уволены лишь благодаря мне. Оксана Николаевна настаивала на немедленном увольнении, но я сказал, что хочу дать вам ещё один шанс.

Я открыла было рот, но он приложил палец к губам, прося помолчать. Я стояла и молча смотрела на него. Внутри — настоящая буря из ярости, возмущения, обиды, негодования.

Но начальник явно не хотел слушать мои оправдания. Он двинулся прямо ко мне. Подошёл и остановился совсем близко. Поднял руку и коснулся моих волос.

— Красивые у вас волосы, Анечка, — проговорил он, проводя по ним рукой. — Так что, воспользуетесь ещё одним шансом? — он стал наматывать мой локон себе на палец.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍