Танцуй для меня, девочка

Глава 20

Глава 20

Сердце билось, как в последний раз, пока я смотрела в черные глаза застывшего на пороге сада Тенгиза. Во всем белом, начиная от футболки-поло, заканчивая кроссовками на ногах, он выглядел как чертов бог и дьявол в одном лице. И смотрел не менее грозно и зло. Я даже на мгновение прониклась. Пока не вспомнила, что у него вообще нет никаких прав злиться на меня. Вообще никаких прав. Ни на что. Вот и улыбнулась ему с самым безразличным видом, приветственно махнув рукой, прежде чем отвернуться и сосредоточиться на Рустаме.

— Давай, кто первый до другого бортика? — предложила. — Проигравший исполняет желание.

В каре-зеленом взоре отразилась заинтересованность.

— Ну, давай, — согласился он.

Улыбнулась ему и принялась стаскивать с себя парео. Все же без него совершать заплыв намного удобнее. Ну а то, что друг Сени завис на этом моем действе, то не моя проблема. Откинула ненужную полупрозрачную ткань на газон, подмигнула мужчине и нырнула под воду, начав наш заплыв без всяческого предупреждения. Меньше будет на полуголых девиц в следующий раз пялиться.

Из-под толщи воды послышалось глухое: “Ах, ты!”, — и всплеск.

Гонка началась.

То есть заплыв.

Рустам не зря отметил, что я стала лучше плавать. В юности я и правда едва на воде могла держаться. Это потом стала с труппой посещать бассейн. Да и после реабилитации плавание стало для меня отдушиной. Вода хорошо смывала тяжесть забот, насыщая тело энергией и легкостью. Хотя поначалу и оно давалось мне сложно. Но день за днем, неделя за неделей я восстанавливала прежнюю подвижность и становилась сильнее. Так что обогнать Рустама, да еще с существенной форой, труда не составило. Совсем на немного, но я смогла!

— Так не честно, ты начала заплыв без предупреждения, — обвинил меня парень, вынырнув рядом.

— А никто и не говорил, что заплыв будет честным, — ухмыльнулась, стирая влагу с лица. — Попробуем еще раз? — предложила азартно, глядя в такие же веселые глаза напротив.

Рустам явно был не прочь повторить наше маленькое соревнование.

— А давайте вы двое позже продолжите? Раз уж все собрались, давайте выпьем по-нормальному, что ли? — позвал нас Арсений.

К этому времени он уже успел начать готовить мясо. Слежку за которым взял на себя Тенгиз, судя по тому, что он как раз в этот момент отошёл от мангала, присоединившись к остальным за столом.

— Повезло тебе, — подмигнула я своему партнеру по плаванию и подтянулась на бортике, где была, садясь на его край.

Но прежде чем встать, собрала волосы и одним движением отжала их. А еще совсем позабыла, что без парео на бедре видны шрамы. То-то Рустам завис, заметив их.

— Что с тобой случилось? Ты ведь не просто так вернулась, да? — подплыл ближе.

И я тут же поспешила уйти от его прикосновения, который бы обязательно последовал, судя по его реакции. Подтянула ноги на плиты и поднялась.

— Ничего особенного. В море на риф нарвалась прошлым летом. Ничего серьезного. Поверхностная рана, но оставила след, — соврала.

Зачем? Не потому, что боялась чужой жалости, хотя она мне и неприятна. Просто не видела смысла распространяться. Прошлое не изменить, а значит нет смысла обсуждать. Свой урок я из него уже извлекла, и он только мой. В настоящем у меня все хорошо. А будущее… оно будет таким, каким я захочу его сделать с поправкой на неучтенных факторы.

— Но пластическая хирургия далеко шагнула в нашем мире, — оправдала гладкость и аккуратность шрамов.

Улыбнулась и отвернулась, стремясь уйти от того, кто поднял неприятную тему. И тут же замерла на месте, столкнувшись взглядом с Тенгизом. И, ох, что это был за взгляд. Тяжелый, дикий, злой, полный необузданных чувств, которые мужчина даже не пытался скрыть. Враз не по себе стало. Особенно, когда он прошелся по мне с головы до ног и обратно. Красивое лицо посмурнело больше прежнего.

Точно! Я же без парео. Все тело выставлено напоказ. И это при посторонних! Которые, к слову, не обращали на меня никакого внимания, беседуя о чем-то своем.

Возвращаться за прикрытием не стала. Вместо этого широко и радостно улыбнулась недовольному брюнету и, так и не сводя с него своих глаз, шагнула навстречу.

Шаг. Еще один. Третий. И так до самого финиша, где я опустилась на свободное садовое кресло рядом с ним.

Наши колени соприкоснулись. Светлая ткань мягко царапнула кожу в районе колен, а по ощущениям словно кипяток пролили на ногу. Вечерний ветерок обдал прохладой, заставив вздрогнуть и поежиться. Взгляд Тенгиза закономерно сосредоточился там, где тонкая ткань лифа не скрывала реакции тела на внешнее изменение температуры. А я себя возненавидела. За то, что несмотря ни на что по-прежнему реагирую на его действия, даже если он просто смотрел. Но как смотрел! С таким голодом и жаждой, будто еще немного и не выдержит, набросившись на меня, где сидит, наплевав на внешние факторы. Как тем вечером во дворе его дома.

Лицемер несчастный!

Да и я не лучше. Прохлада сменилась настоящим пожаром в венах. Настолько сильным, что я поспешила остудить его холодным пивом, после чего склонилась к Ахалая ближе, шепнув:

— Если хочешь, могу снять. Только скажи.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍