Ненавижу. Скучаю. Люблю

Глава 17

Антон вылетел из подъезда, сел на байк, дал по газам и только спустя почти час остановился, чтобы отдышаться. Он не понимал, почему взбесился. Подумаешь, Снегирева пойдет на вечер с Гришей, парнем, о котором грезит ее мать. Подумаешь, они будут танцевать, а может и после у них что-то… Да только не хотелось и в мыслях близко представлять такое. Антон мечтал отрезать назойливый хвостик. А теперь что? Хвостика нет, надо радоваться, но не получается.

Злость кипела в венах, в глазах сверкали яркие искры. Леваков плюнул на все, позвонил Шестакову и пригласил прогуляться вместе, выпить. Витя, к счастью, тоже прибывал не в лучшем расположении духа. Сразу согласился, даже Джека прикупил. Прикатил подготовленный.

Они поднялись по каскадной лестнице, прошли мимо беседки, где красивые девчонки делали селфи. Громко смеялись, и поглядывали. Шестаков, как и сам Антон, всегда привлекал женские взгляды. Однако оба сегодня были не настроены на внимание.

- Может там, в той стороне? – предложил Витя. Леваков кивнул, и они свернули с тропинки, где аккуратно была выложена тротуарная плитка. Прошли вдоль склона, наблюдая, как садится осеннее солнце. Его огненно-красные лучи покрывали крыши домов, что отсюда казались маленькими картонными коробочками. Одинокие березы перешептывались, а прохладный ветер задувал под одежду.

Парни уселись на плоский камень, который откуда-то взялся на самом носу склона. Витя вытащил из внутренней части куртки виски с двумя плоскими стаканчиками и принялся откручивать крышку.

- За три года мы ни разу не напивались вдвоем, - усмехнулся Шестаков, наливая горячительный напиток.

- Да уж, дожились, - вздохнул Антон. – Кстати, кто та девушка? Ну, из кофейни.

- Тихая мышка, которую я зажимал по углам, - с улыбкой ответил Витя. – Вот как ты Снегиреву.

- Что? – засмеялся истерично Антон. – Я не зажимал ее никогда.

- Ну да, - кивнул Шестаков, заливая в себя виски. Леваков тоже взял стаканчик и выпил махом все содержимое. Горло обожгло, но следом появилась приятная легкость.

- Что ты несешь?

- На дискотеке ты ее зажимал, думаешь, никто не видел? Не знаю, друг, что у вас с ней. Но если хочешь тра*нуть ее, то почему нет.

- Она хорошая, не говори так о ней, - неожиданно сам для себя вступился Антон. Ему сделалось неприятно от подобной реплики.

- Да кто спорит? С хорошими тра*аться еще интересней. Игривые, дикие, готовые на сумасшедшие эксперименты, - говорил с блеском в глазах Шестаков.

- Это твоя тихушница тебя оседлала игриво и нежно? – хмыкнул Антон недовольно. Поднес стакан к бутылке, и прыснул туда еще виски.

- Да пошла она нахер, - прорычал недовольно Витя.

- Кажется, ты к ней не ровно дышишь.

- Слушай, - Шестаков неожиданно повернулся к Антону. – А может мне за твоим дракончиком приударить. Как тебе идея? Раз уж ты не планируешь ее…

- Эй, - прикрикнул Леваков. – За своей тихушницей приударь. А Снегиреву не трогай, понял?

Витя засмеялся. Он вообще порой казался странным, пусть и довольно прямолинейным.

- Да я-то может и не трону, но кто-то точно не будет таким послушным мальчиком.

Банальная реплика задела за живое. Леваков поджал губы, схватил стаканчик с виски и моментально опрокинул его. Затем еще один и еще. Он перестал понимать, зачем столько пьет и почему злится. А потом в голове вспыхнуло, как Юлька в красивом вечернем платье танцует с этим Гришей, как он лапает ее, разглядывает, возбуждается.

Продолжать думать об этом не хотелось. Накатывала еще большая волна раздражения. Даже Шестаков заметил, что друг покрывается колючками. Однако Витя и сам отчего-то сидел недовольный. И если уж не дай бог разговор сводился к той девушке, его будто с тормозов спускали: начинал ругаться, рычать и проклинать ее всякими лестными словами.

- Завтра Юлина мамаша поведет ее на смотрины, - выпалил пьяный язык Антона.

- Ого, - удивился Шестаков. – Стой, - голос друга сделался глумливым. Витя взял стаканчик с алкоголем, поднес его к губам и довольно быстро осушил. А затем закинул руку на плечо Антону и иронично произнес: - Ты переживаешь, что она ему даст и оставит тебя в отменном пролете?

- Ты думаешь, я ей реально нравился?

- Ну не знаю, - с усмешкой покачал головой Витя. Леваков скинул его руку с плеча, громко хмыкая. Умеет же поддержать. И зачем вообще этот разговор завел, алкоголь может раскрыть любые тайны, даже те, о которых сам не подозреваешь.

- А давай украдем ее? – неожиданно предложил Шестаков. Антон повернулся к нему, удивленно приподнимая брови.

- В смысле?

- Да без смысла, просто завалим на эти смотрины в масках, с пушками и скажем: «Всем не двигаться! Это ограбление!». Раньше ж девок похищали, так чем нынешние реали хуже?

- Ты больной? Там будет юбилей предков этого парня. Я может, и плохо соображаю сейчас, но идея максимально странная.

- Тот факт, что ты задаешься вопросом о том, нравился ли дракончику, вот это максимально странно. – В голос засмеялся Шестаков. Антон ударил его локтем в бок, качая головой, и устремляя взгляд к огонькам в маленьких картонных домиках. Солнце почти село, вдоль моста над рекой зажглись фонари. Их свет переливался подобно ярким звездочкам, освещая бесконечно длинный путь. Кажется, дунь и все в момент погаснет. Наверное, так и в жизни бывает: один неверный шаг и ты оказываешься в беспросветной тьме.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍