Временно недоступна

Часть 16

В подвал по скрипучим деревянным ступеням спускается Костя. В том же красном костюме, только рукава на кофте закатаны до локтей.

– Очухался, слава богу. Я уж испугался, что Давид тебе череп проломил.

– Разве это не решило бы часть проблемы?

– Решило бы, чего скрывать, – Костя тяжело опускается на один из деревянных ящиков напротив и смотрит на меня долей сожаления. – Ну как же так, а? Андюх? Ну вот чего тебе дома не сиделось? А тебе, красавица? – вытягивает шею, разглядывая за моей спиной Диану. – Ну вот куда ты лезла во взрослые дела?

– Она просто случайный свидетель и ей нет никакого дела до ваших разборок, – отвечаю за нее.

– Нет дела? Правда? Так она в полицию заявление накатала, что на стройке кого-то убили. На моей стройке!

– Ты заявление написала? – ошарашенно оборачиваюсь назад. – Почему мне не сказала?

– Я забыла об этом, – шепчет она. – Я когда домой вернулась, отправила на сайт участка электронное письмо. Описала, что услышала, ну и все.

– Расскажи ты мне об этом раньше, это бы в корне поменяло дело. Я бы заставил их поискать то письмо.

– Хорошо, что у меня там в участке свой человек, сделал все как надо. А если бы письмо попало не в те руки? – негодует Костя. – Знаешь, деточка, сколько миллионов нужно вложить, чтобы отгрохать подобный торговый центр? Ты даже представления не имеешь. Целое состояние.

– Вы стоите его там незаконно! – вдруг набирается смелости Диана. Выходит из-за моей спины. В глазах плещется решимость, что пугает и восхищает одновременно. – Я читала об этом! На этом месте должны были построить реабилитационный центр для детей с заболеванием опорно-двигательного аппарата, но вы, видимо, нашли как обойти закон. А тот человек, скорее всего, пришел напомнить вам о правонарушении.

– Собственно, она только что все рассказала, – улыбается Костя. – Смышленая. Только убивать его никто не планировал, хотели просто поставить на место, показать, что инициатива наказуема. Кто же знал, что он окажется таким хилым.

– Кость, если это было убийство по неосторожности, это же в корне меняет дело, – начинаю я издалека. – С твоими связями это максимум условный срок. Диана будет молчать, я гарантирую.

– И закопали в лесу мы его тоже по неосторожности? И свидетельницу столько дней в подвале держали тоже не ведая, что творя?

– Она будет молчать!

– Эта не будет, – грустно улыбаясь, качает головой Костя. – Она такая – правильная. Побежит в полицию едва только высунет нос наружу. А те быстро поймут, что к чему, и связи тут уже не помогут. Меня не просто посадят, но и разорят. Ты же понимаешь, что я не могу этого допустить? Ничего личного, но моя шкура мне, конечно, дороже.

– И что ты хочешь с ней сделать? – снова завожу ее одной рукой себе за спину. – Тоже отвезешь в лес?

– Думаешь, я этого хочу? – зло щурится он. – Думаешь, мне вот это все доставляет удовольствие? Я не убийца, чтобы ты знал. Но у меня нет другого выбора. Я не могу из-за одной небольшой оплошности пустить коту под хвост все, к чему шел столько лет.

– Смерть человека – небольшая оплошность? Ты это серьезно?

– Его предупреждали не лезть. Много раз! Он не стал слушать. За что поплатился.

– Меня ты тоже уберешь? – запальчиво смотрю на отца друга. – Ведь я тоже не стану молчать.

– Не надо было тебе во все это лезть, Андрюша, не надо, – вздохнув, снова качает головой. – Я этого очень не хотел.

– Когда ты позвал меня сюда, ты уже знал, что я ищу Диану, да?

– Догадывался. Когда я выяснил, кто ее дед, вспомнил, что ты просил меня его пробить. Я позвал тебя чтобы просто аккуратно узнать, зачем тебе это было нужно, все надеялся, что это какое-то совпадение. Но ты приехал и сам выдал мне на-гора о пропавшей девчонке.

Я чувствую, как Диана жмется к моей спине, представляю, как ей страшно. И ощущение собственного бессилия буквально сводит с ума.

Что я сейчас могу? С пробитым черепом и уплывающей из-под ног землей. А у него крепкий хладнокровный помощник, наверняка оружие, а у меня даже нет телефона…

– Кость, это же я. Сколько лет ты меня знаешь. Просто возьмешь и убьешь? И ее, совершенно невиновную ни в чем девочку?

– Не дави на больное, Андрюха, и так тошно. Я столько дней держал ее тут, думал, взвешивал, прикидывал варианты… Нет у меня иного выбора. Выйти сухим из воды я смогу только будучи уверенным, что никого из свидетелей не осталось в живых.

– Прости меня, – шепчет за спиной Диана. Вцепившись в мою руку, изо всех сил сжимает пальцы. – Прости пожалуйста, это все из-за меня…

То, что случилось дальше, я не смогу описать в точности никогда, потому что происходящее напомнило скорее какой-то голливудский боевик, нежели реальную жизнь.

Сначала раздался какой-то шум, крик, звон битого стекла, топот ног.

Затем одним мощным ударом выбили дверь, и в подвал забежали с десяток ОМОНовцев, в балаклавах и с автоматами наперевес.

"Лежать!", "Руки за спину!"...

И Костя, уткнувшийся лицом в пол…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍