Танцуй для меня, девочка

— А что, так не видно? — съехидничала девушка в свою очередь, усевшись прямо на асфальт.

Тенгиз выругался, а затем наклонился, вновь поднимая ее на руки. Только на этот раз не стал перекидывать через плечо. И вообще старался действовать максимально осторожно.

Сволочь лживая!

— Почему ты так упрямо желаешь, чтобы я вышла за тебя замуж? — спросила она уставшим голосом.

Я затаила дыхание.

Он желает — что?

— А почему ты так упрямо отказываешься?

А почему ты вообще это спрашиваешь?

Кобелина треклятая…

— Потому что я люблю другого.

— Вот и я… люблю.

Люблю…

Сказал он.

Люблю…

Не для меня.

Другой.

На глазах проступили слезы, и я часто заморгала, отгоняя их от себя. Вот бы ещё можно было так же легко отогнать увиденное и услышанное.

— Любишь… кого? — уточнила девушка.

Невольно усмехнулась на ее наивный вопрос. К чему задавать то, что и без того ясно? Даже мне. Удобно устроился, ничего не скажешь.

— А есть варианты? — уточнил Тенгиз в подтверждение моих последних мыслей.

— Я серьезно, Тенгиз!

— Я — тоже, — подтвердил он кивком. — Поэтому ты завтра пойдешь к алтарю вместе со мной, Этери, и это не обсуждается. Решишь выкинуть что-то, я тебя туда потащу на плече, хоть сколько раз пачкай его по пути, но свадьба состоится, — закончил вкрадчивыми нотками.

Девушка заметно растерялась.

Я же… по-прежнему не знала, что чувствую. Так много всего одолевало. Злость сменилась болью и обидой, переросла в ярость на стадии крушения, ее омыла ненависть, и весь этот клубок закручивался во мне все сильнее, готовый в любой момент выплеснуться в мир приливной волной.

— Но ведь это неправильно.

И это она не представляет еще, насколько все неправильно. Что не одна у него такая дура. Только в отличие от меня, она не желает с ним быть. А я… Я реально дура! Доверчивая идиотка, поверившая непонятно во что! Последующий ответ Ахалая это лишь подтвердил.

— Неправильно жениться на любимой женщине? Я так не считаю.

Слезы я все-таки не сдержала. Они безмолвным потоком покатились по щекам, пока я в отчаянии сжимала ладони в кулаки и кусала губы, глядя на то, как Тенгиз доводит девушку до своей ауди и усаживает на место пассажира. Да, осталась стоять, где была. Не пошла за ними. Я вообще впервые в жизни не знала ни что сказать, ни сделать, ни как вообще охарактеризовать увиденное.

Предательство — слишком простое слово для содеянного Тенгизом.

И всех моих ощущений.

Слишком много их было. Они бурлили в глубине меня, не находя выхода. Я и сама его не видела. Что теперь делать? Как быть? В прошлом я бы еще в начале разговора присоединилась к ним и закатила истерику, а в настоящем… стояла, где была, все еще парализованная увиденным и услышанным. Стояла, смотрела на уже пустое место парковки и не понимала, что делать дальше.