Хороший брат

Глава 10 Парень, который никогда не был моим братом

Он ушел. Парень, который никогда не был моим братом.

Это к лучшему. Будущего с Ярославом нет и быть не может. Отныне этот мужчина ассоциируется у меня лишь с болью и зудящей под кожей печалью.

Надеюсь, что когда-нибудь он станет счастливым. Надеюсь, что не увижу этого.

Ощущаю, что жизнь необратимо изменилась. Все, чему верила, и все, к чему стремилась, несется локомотивом в пустоту. Мне двадцать два года и раньше я мечтала о многом: о хорошем образовании, престижной работе, о любящем и любимом муже, детях, доме. Я мечтала о классическом счастье. Ничего необычного, отступающего от норм и правил.

Сейчас я мечтаю исчезнуть. Нет-нет, не подумайте, никаких предосудительный действий. Просто не хочу никого видеть. Мне больше не нужен университет, престижная работа или муж. Теперь точно знаю, что наличие мужчины не сделает мою жизнь счастливой.

А возможно даже наоборот.

Я действительно хочу уехать. Но не потому, что так сказал Ярослав. Я не иду на поводу у его указов и угроз. Не хочу больше жить в этом городе, в этой квартире. Моя душа переполнена незнакомым доселе чувством - меня разрывает от гнева.

Почему же Яр возомнил себя хозяином моей жизни? Ему никто не давал этого права, но он растоптал меня. Просто потому что мог.

С того момента, как за сводным братом закрылась дверь, я не сдвинулась с места. Отступаю от стола и прохожу подальше, к окну. Становлюсь возле подоконника и смотрю на двор. Машины Туманова нигде не видно.

Отправляюсь на поиски своего телефона. Он лежит на тумбе возле входа. Здесь же стоит мой чемодан, с которым я приехала в дом, в котором не была счастлива ни дня. Привез, значит. Перекатываю его вглубь квартиры. Потом переберу.

На телефоне куча пропущенных от мамы и пара сообщений от папы.

Папе отвечаю коротко и лаконично. Мой отец - человек не многословный. Все в порядке? Значит вопросов больше нет. С мамой все сложнее. Набрав в грудь воздуха, перезваниваю ей:

– Доченька! - воскликнула мама.

Слышу на заднем плане шум моря и легкую музыку. Отлично, значит, мама по-прежнему на отдыхе и ничего не заподозрила.

– Ярослав сказал, что тебе нездоровится. Как ты себя чувствуешь? Я не могла до тебя дозвониться несколько дней, - в голосе мамы тревога и волнение.

– Мам, все уже хорошо, правда. Просто приболела немного. Была высокая температура, - произношу уверенно, создавая иллюзию радости в голосе.

– Я надеюсь, Ярослав позаботился о тебе? - спрашивает мать с сомнением в голосе.

– О-о, - тяну я с грустной усмешкой. - Ты себе даже не представляешь.

– Вот молодец какой! - мама довольной выдыхает.

Знала бы ты, мамочка, как этот парень позаботился обо мне…

– Мам, я уеду к бабушке, - выпалию ей без предупреждения.

– На выходные? - удивляется она.

– Нет. Я перееду к ней пожить на некоторое время.

Воцаряется тишина, лишь на заднем фоне слышны крики ведущего и призывы к веселью.

– У вас что-то случилось с Яриком?

– Нет-нет, просто я поняла, что хочу сделать паузу. Диплом получен, работу найти всегда успею. А к бабушке я не ездила уже больше года, - вру и потихоньку заливаюсь краской.

Убеждаю себя, что все во благо, так и нужно.

– Наталья, ты мне что-то не договариваешь! - мать не верит моим словам и ищет подвох в резко поменявшемся настроении.

– Мамуль, ну ты чего? - я даже улыбаюсь, придавая голосу веселые нотки, - Перегорела я, понимаешь? Устала от Москвы, потеряла себя. Нужно переключиться, а у Ба это сделать будет проще.

– Ты мне врешь, я чувствую, - мама начинает нервничать.

С матерью у нас нет тесной связи, но почему-то именно сейчас, когда мне так плохо, она ощущает мою боль за несколько тысяч километров.

Не хочу вносить смуту в ее отношения с Николаем, поэтому ничего не говорю про Ярослава. Мама любит его отца и то, что родители разводятся - обычная современная практика, а один-единственный перезрелый ребенок не понимает этого.

– Мам, ну что ты сразу «врешь»? - добрый час уговариваю маму отпустить меня.

Успокаиваю, убеждаю, нагло вру и даже перестаю краснеть. Когда она, наконец, соглашается со мной и отключается, я устало выдыхаю и обессиленно ложусь, укрываясь одеялом, которое принес Туманов, с головой.

Какое-то время лежу неподвижно. Рой мыслей кружится в голове, но я не могу зацепиться ни за одну.

Как бы мне не хотелось, но уехать прямо сейчас не могу, к сожалению. Я с дивана-то встаю с другом, а как доеду к бабушке?

В итоге целый день провожу в одиночестве. Температура больше не поднимается, физически я начинаю приходить в себя, а вот внутри… полнейший раздрай.

Исправно много пью, принимаю все лекарства, делаю ингаляции. Прилагаю все возможные усилия, чтобы завтра меня тут не было. Вечером в дверь звонят, и я дергаюсь. За последние дни никто из гостей не принес с собой ничего хорошего. Какова вероятность, что человек, стоящий за моей дверью хоть чем-то обрадует меня?

Подхожу тихонько к двери и заглядываю в глазок. Марат.

– Давай открывай, я слышу, как ты скребешься, - говорит громко.

– Никого нет дома, - кричу ему, но все-таки открываю.

Марат равнодушно смотрит на меня и шагает вглубь квартиры. Интересно, зачем он приехал? Неужели переживает о моем состоянии?

– Что-то не вижу собранных чемоданов, - смотрит на меня насмешливо.

Наивная. Усмехаюсь глупым мыслям, прохожу следом за мужчиной и задаю вопрос:

– Что, твой дружок Туманов прислал верного пса, чтобы проследить уехала ли я? - целенаправленно больно бью.

Устала от этих парней. Нужно, чтобы они все окончательно убрались из моей жизни. Вырезать этот аппендицит и забыть о всех них.

Марата совершенно не трогают мои слова. Он не выглядит уязвленным или обиженным.

– Примерно, - отвечает неоднозначно.

– Не переживай. Уеду завтра, - отвечаю спокойно.

– Я не переживаю, поверь, - усмехается он. - Заеду за тобой завтра.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍