Кирилл Александров - Офицерский корпус Армии генерал-лейтенанта А.А.Власова 1944-1945

Его полная политическая программа нашла отражение в 14 пунктах Пражского манифеста: равенство всех народов, восстановление частной собственности, передача земли в частную собственность тем, кто ее обрабатывает, восстановление гражданских, политических прав и свобод. Манифест выразил настроения большой части так называемых «подсоветских» людей — вывезенных на работы в Германию или военнопленных. По свидетельству М.И. Вороновой на допросе чекистами в сентябре 1945 г., «немцы создали А.А. Власову такой большой авторитет, что его считали в Германии будущим вождем России, и я сама была очевидцем, как на имя Власова, благодаря постоянной антисоветской агитации и пропаганде, шли сотни писем от бывших советских граждан и русских военнопленных с просьбой зачислить их в РОА…»[18]. Как призналась на допросе 4 июля 1945 г. Е.В. Жиленкова-Литвинова, «власовский Манифест писался в нашем доме… Власов хотел сделать Россию такой, какой она была до революции 1917 г., но без большевиков и без царя…»[19]. Документ написали в октябре 1944 года А.Н. Зайцев, Н.А. Нарейкис и Н.В. Ковальчук, общее редактирование осуществлял Г.Н. Жиленков.

Противоречивость духа Пражского манифеста с национал-социалистическим режимом Германии подчеркивала в декабре 1944 г. нейтральная швейцарская пресса [83, 319]. В наиболее полном виде отношение национал-социалистического аппарата к Пражскому манифесту и ОДНР выразилось в специальном документе «Обзор деятельности отдела работ доктора Тауберта (Антибольшевизм) Рейхминистериума пропаганды до 31.12.1944 г.» В частности, в нем указывалось: «…Власовское движение не чувствует себя настолько связанным с Германией, чтобы идти с нею на «пан или пропал». Оно имеет сильные англофильские симпатии и играет идеей возможной перемены курса. Власовское движение не национал-социалистично. В то время как национал-социалистическая идеология действует взрывчато, как динамит, в районах большевистского господства (что доказано опытом Каминского), Власовское движение является жидкой настойкой из либеральной и большевистских идеологий. Важно и то, что оно не борется с еврейством и вообще не признает еврейского вопроса. Власовское движение высмеивает национал-социалистическое мировоззрение. Оно не является русской формой большого народного возрождения, каковыми были фашизм в Италии и национал-социализм в Германии. Поэтому оно может рухнуть… Из всего этого следует вывод, что за Власовским движением необходимо внимательно следить и никакой власти распоряжаться «остарбайтерами» ему не следует предоставлять» [23, 121].

Оглашение Пражского Манифеста 14 ноября 1944 г. в испанском зале замка на Градчанах (Прага) генерал-лейтенантом ВС КОНР А.А. Власовым. Слева за спиной Власова стоит оперативный адъютант полковник ВС КОНР В.В. Поздняков. За столами сидят члены и кандидаты в члены КОНР. В крайнем правом углу фотографии — одни из авторов Манифеста, старший преподаватель Дабендорфской школы, капитан РОА А.Н. Зайцев.

С осени все помыслы и усилия власовцев направлялись на формирование собственной армии, получившей название Вооруженные Силы Комитета Освобождения Народов России (ВС КОНР). 28 января 1945 г. А.Гитлер назначил Власова Главнокомандующим русскими вооруженными силами и передал ему командование всеми русскими формированиями, как новообразованными, так и возникшими в результате перегруппировок. С этого дня немцы считали ВС КОНР Вооруженными-Силами союзной державы, временно подчиненными Вермахту [83, 23]. На первый взгляд, это напоминало «игру в солдатики»: советские войска стремительно выходили на Одер. По оценке начальника оперативного отдела штаба ВС КОНР полковника А.Г. Нерянина, штаб ВС КОНР располагал людскими ресурсами, которые позволяли к осени 1945 г. сформировать 10 линейных пехотных дивизий и отдельный танковый полк [3, 7-10]. Но власовцы надеялись успеть сформировать как можно больше частей, чтобы сказать свое слово в решающий момент неизбежного столкновения между Сталиным и западными союзниками. Наиболее дальновидные и талантливые штабные офицеры понимали, что времени у них нет. Поэтому они сосредоточили свои усилия на активном формировании уже наметившихся частей и разработке плана их спасения. Тщательными исследованиями автором различных следственных материалов, послужных карт, анализом опубликованных и неопубликованных источников установлено, что весной 1945 г. в Вооруженных Силах КОНР проходили службу 1 кадровый генерал-лейтенант РККА, 5 генерал-майоров, 2 комбрига, 29 полковников, 1 бригадный комиссар, 16 подполковников, 41 майор, 5 военинженеров 2-го ранга, 6 военинженеров 3-го ранга, 1 военврач 2-го ранга, 1 военврач 3-го ранга, а также 1 капитан 1-го ранга ВМФ и 3 старших лейтенанта госбезопасности. И этот список далеко не закончен. Весной 1945 г. Вооруженные Силы КОНР выглядели следующим образом[20]:

1. 1-я (600-я по немецкой нумерации) пехотная дивизия генерал-майора С. К. Буняченко, начавшая формироваться 23 ноября 1944 г. в Мюнзингене на основе личного состава 29-й гренадерской дивизии СС «РОНА» (бригада Каминского, около 4000 человек), личного состава 30-й гренадерской дивизии СС, 308, 601, 618, 621, 628, 630, 654, 663, 666, 675 и 681-го отдельных русских батальонов, 582 и 752-го русских артиллерийских дивизионов и еще какой-то части мелких подразделений, 1604-го русского пехотного полка, а также части добровольцев из лагерей военнопленных, остарбайтеров и примыкавших к дивизии лиц на марше 15–30 апреля 1945 г.

В состав дивизии входили: штаб, штабная рота, полевая жандармерия, топографическое отделение, саперный батальон, отдел связи, истребительно-противотанковый дивизион, запасной батальон (он же военная школа дивизии), отдельный разведывательный отряд, 5 пехотных полков, артиллерийский полк и полк снабжения. Дивизия имела 10 самоходных артиллерийских установок, 10 танков «Т-34», 12 тяжелых полевых гаубиц калибра 150 мм, 42 орудия калибра 75 мм, 6 тяжелых и 29 легких пехотных орудий, 31 противотанковое орудие калибра 75 мм, 10 зенитных орудий калибра 37 мм, 79 гранатометов, 563 станковых и ручных пулемета, 20 огнеметов. Общая численность — 20 000 человек (с учетом потерь в наступательной операции 13 апреля 1945 г.).

2. 2-я (650-я по немецкой нумерации) пехотная дивизия генерал-майора Г.А. Зверева, начавшая формироваться 17 января 1945 г. в Хойберге на основе личного состава 427, 600, 642, 667 и 851-го отдельных русских батальонов, 3-го батальона 714-го русского пехотного полка, 851-го саперно-строительного батальона, 621-го русского артиллерийского дивизиона и других мелких русских подразделений, а также из добровольцев, вербуемых в лагерях военнопленных. Бойцы дивизии имели на вооружении личное стрелковое оружие (штурмовые винтовки, пистолеты-пулеметы), некоторое количество пулеметов и фаустпатронов.

В состав дивизии входили: штаб, 2 отдельных саперных батальона, 1 отдельный батальон связи, 3 пехотных полка, артиллерийский полк, полк снабжения, 2 противотанково-зенитных дивизиона, санитарная рота и команда казачьего дивизиона. Общая численность — 11 865 человек.

3. 3-я (700-я по немецкой нумерации) пехотная дивизия генерал-майора М.М. Шаповалова, начавшая формироваться 12 февраля 1945 г. в основном из добровольцев-военнопленных и остарбайтеров. Но формирование не было завершено из-за отсутствия вооружения, удалось лишь создать штаб и набрать около 10 000 бойцов, не имевших даже учебного оружия.

4. Отдельная противотанковая бригада майора Второва, начавшая формироваться 1 февраля 1945 г. в Мюнзингене и состоявшая из 10, 11, 13 и 14-го противотанковых дивизионов. Бригада имела штурмовые орудия и 2400 фаустпатронов. По мере формирования дивизионов в феврале — апреле 1945 г. они убывали в 9-ю армию Вермахта генерала пехоты Т. Буссе на Одерский фронт. Общая численность — 1240 человек.

5. Учебно-запасная бригада полковника С.Т. Койды, начавшая формироваться в январе 1945 г. в Мюнзингене как резервная для подвижных частей ВС КОНР на основе добровольцев-военнопленных и остарбайтеров.

В состав бригады входили штаб, взвод полевой жандармерии, военный оркестр, пехотный полк, артиллерийский дивизион, моторизованный батальон, батальон истребителей танков, кавалерийский эскадрон, отдел связи, саперный батальон, батальон артиллерийско-технического снабжения, школа младших командиров и батальон выздоравливающих. Общая численность — 7000 человек.

6. 1-я Объединенная офицерская школа Вооруженных Сил Народов России генерал-майора М.А. Меандрова, возникшая в ноябре 1944 г. при 1-й дивизии в Мюнзингене и позднее преобразованная в самостоятельное военно-учебное заведение. Начальниками школы являлись С.Т. Койда, М.А. Меандров. В январе 1945 г. в нее влилась школа Вермахта для командиров народов Востока полковника В.Г. Киселева.

Кадровый состав: 18 штабных, 42 строевых офицера, 120 унтер-офицеров и рядовых. В школе имелась 1 батарея с орудиями калибра 75 мм и минометами, иное вооружение и техническое оснащение. На втором выпуске, состоявшемся в Чехии 12 мая 1945 г., обучалось 605 курсантов. Общая численность — 785 человек.