Ариадна Делианич - Вольфсберг-373

Забыть Вольфсберг-373 нельзя. Он острым резцом записан в скрижали жизнеописания каждого и каждой, которые прошли через его ворота. А прошло их не мало. По официальной статистике, в списках этого лагеря были вписаны имена 9000 человек, приняв во внимание увоз из Вольфсберга большой группы немцев и прибытие «африканцев» и заключенных из других лагерей Австрии и Германии. Та же статистика говорит, что среди всех этих мужчин и женщин в Вольфсберге оказалось только 114 настоящих военных преступников, бывших служащих Гестапо, С. Д. (Служба безопасности), кацетских надзирателей и эсэсовцев, принимавших участие в каких-либо карательных экспедициях. Да и они-то все были очень мелкого «калибра».

Все та же статистика, однако, говорит, что среди выданных в Югославию находилось только семнадцать человек, которые были отправлены на основании законных решений. Остальные же стали жертвами исключительной «любезности» капитана Чарлза Кеннеди, выдавшего их «по блату» после весьма приятных и прибыльных встреч с титовцами в городах Словении — Крань, Любляна и Марибор. За тридцать сребренников он отправлял на смерть людей, не сделавших никакого зла, удовлетворяя чью-то личную ненависть и жажду отмщения.

Как пополнялся лагерь Вольфсберг?

Людей арестовывали по доносам, по принципу сведения личных счетов, по спискам, составленным комиссиями по разбору военных преступлений, где, как я писала, зачастую вместо виновных сидели несчастные их однофамильцы, наконец, просто под горячую руку, в надежде наскочить на настоящую «большую рыбу».

Для западных союзников самым интересным элементом являлись чины немецкой разведки, люди, которые могли дать очень ценные сведения об этой прекрасно разработанной и глубоко проникшей всюду организации. И этими людьми, нанося ущерб Западу, торговал Кеннеди, уступая их СМЕРШу, отправляя в «отель» на Турахскнх высотах.

Партийцами и партийками интересовалась только Австрия, ее новое правительство, которое, получив их в свои руки, очень быстро и очень справедливо решило их судьбу, сразу же выбрав из обычного «зерна» ядовитые «плевелы».

Все же остальные — солдаты, офицеры, штабные помощницы (Штабсхелферинен), машинистки, телефонистки и радистки просто пополняли места, для того, чтобы в лагере не было недостатка в людских «сардинках». Недаром сам Кеннеди во время допросов заключенных говорил: — В Вольфсберге пять тысяч коек, и ни одна не должна пустовать!

О дальнейшей судьбе Кеннеди я узнала тогда, когда передо мной уже открылся путь в США. Не дождавшись ликвидации Вольфсберга, Кеннеди — Хилман был переведен в Германию и прикомандирован к штабу, ведшему какие-то расследования. Там он, грубо выражаясь, «засыпался», обделывая знакомые делишки на «черной бирже», торгуя одновременно людьми, сведениями и казенными вещами. Он был арестован, и весть об этом пришла в Австрию. Оттуда поступили сведения об его деятельности в Вольфсберге и Вене, об его «экскурсиях» в Югославию. Срочно были доставлены списки людей, без суда и права выданных Тито, стенографические записи наших девушек и разные свидетельские показания. Кеннеди судили и вынесли приговор: пожизненное заключение. Сидит ли он все еще, или уже освобожден, благодаря связям, и творит свои делишки под другой фамилией — кто знает?

В дни Вольфсберга три буквы «ФСС» казались такими страшными, как МГБ, как СМЕРШ, как югославские ОЗНА и УДБА. Однако, справедливости ради, я должна сказать, что все «Кеннеди» были тем элементом, которому Запад дал места в Филд Секьюрити Сервис, загрязняя его кадры, в угоду царившему тогда «общественному мнению». Мне впоследствии пришлось встретиться с людьми из ФСС на другой платформе, и я увидела среди них прекрасных, разумных, гуманных и абсолютно анти-коммунистических представителей своей организации. Они глубоко переживали все сотворенное зло и прилагали все усилия, чтобы предотвратить его повторение.

Мне лично, как я уже говорила, Вольфсберг принес большую пользу. Как ни горько было существование за проволокой, но именно там я научилась молиться, там я научилась жить с людьми, понимать их и, отбрасывая их возможные недостатки и слабости, находить существующие в каждом человеке его лучшие стороны.

Благодаря Вольфсбергу, мне не пришлось болеть «березовской болезнью». Мне не пришлось лгать и скрывать свое прошлое перед комиссией ИРО или при проверке перед отъездом в США. Обо мне знали больше, чем это было известно мне самой. Все мое прошлое было точно и аккуратно вписано в те документы, которые, начиная с Вольфсберга, целой тяжелой пачкой сопровождали меня на дальнейшем моем жизненном пути.

Война не была закончена в 1945 году. Она только перешла в новую фазу, и, на место воинствующего нацизма, на поверхность выглянул давнишний и заклятый враг человечества — коммунизм. Его тоталитарность страшнее гитлеризма, нашедшего отклик почти исключительно в умах германцев. Коммунизм свивает свое гнездо всюду, и с ним, как с медленно идущей, но страшной эпидемией необходимо бороться во всех уголках нашего мира. Запад, ставший на дороге этому наступлению, должен искать союзников не только в государствах, но и в каждом представителе их народов. Западу есть о чем задуматься и вспомнить о тех ошибках, которые были им совершены в дни после капитуляции Германии. Сколько верных союзников было уничтожено, благодаря услужливой готовности на все уступки, сколько верных союзников в лице, может быть, маленьких людей (но ведь люди создают мнение), были оттолкнуты и повергнуты в трагическое недоумение…

Большие картины, написанные кистью художников, характерны тем, что цельность впечатления создается не только первым планом, не только центральными, главными фигурами или основным сюжетом, но и второстепенными деталями, помогающими глазам зрителя воспринять эту картину полностью.

Жизнь — самый большой художник, зарисовывающей с предельной точностью и красоту и уродство, но картины жизни проходят быстро, и для того, чтобы они не забылись, люди, на долю которых выпали честь или горе остаться живыми свидетелями и участниками событий, обязаны, в меру своих сил и способностей, сделать по возможности точную и безусловно правдивую зарисовку пережитого.

Эпизоды массовых выдач и не находящих примера страданий, как Лиенц, Дахау, Платтлинг, Кемптен и другие — это основные части трагической картины послевоенных дней 1945–1947 г. Вольфсберг-373 — только побочная деталь, кровно связанная с главной темой. Поэтому я считала своим долгом правдиво рассказать о людях и делах этого лагеря.

Я не искала самых потрясающих сцен, а только те, которые так или иначе касались меня или происходили на моих глазах, в которые я была замешана, а не создала себе впечатление по лагерным рассказам. В Вольфсберге было пролито много слез, он разбил и уничтожил много жизней, и «кабинет допросов» капитана Кеннеди был забрызган кровью многих людей, но мне кажется, что и того, что сказано в моем повествовании, достаточно, чтобы создать себе картину всего там происходившего.

В те годы Запад был в угаре от победы и полон любви к своим восточным союзникам. В этом пылу любви он отдавал в СССР, в Югославию, во все страны, потонувшие за Железным Занавесом, тех, кто был их потенциальным союзником, всех борцов против коммунизма. Выдавал их массами, как жертв в капище больших и малых красных молохов, не задумываясь о последствиях. Идя на всевозможные уступки своим «военным товарищам», Запад и в своих рядах уступал первенство людям, вроде капитана Чарлза Кеннеди, алиас Хилмана, всем тем Браунам, Блумам, Блу, Вэйссам и прочим, прятавшим свои настоящие имена и фамилии за этими «цветными псевдонимами». Все созданные, в первые же после победы дни, лагеря, Эбентали, Федераумы, Вольфсберги и Глазенбахи — все эти «кацеты» были жертвой тем, кому хотелось сорвать свое личное озлобление против режима, ненависть к нацизму, просто к немцам и ко всем тем, кто, в том или ином виде, по той или другой причине, мог быть приписан к числу «коллаборантов».

Было странно думать и сопоставлять, что в то время, когда в Германии и Австрии происходили большие процессы против нацистских вождей, всех больших и меньших извергов, удовлетворявших свои садистские наклонности на беззащитных людях, против тех, кто управлял кацетами, и кто проводил кровавые карательные экспедиции — в то же самое время культурный, цивилизованный, гуманный Запад насильственно проводил выдачи миллиона людей, лишая их свободного волеизъявления, создавал новые концентрационные лагеря и отдавал их в руки не меньших садистов, не меньших оппортунистов и негодяев, жаждавших отмщения, крови и денег.

Девять тысяч вольфсберговцев, а также и их семьи — это значительное число людей для маленькой Австрии. Они не забудут пережитого, и горечь навсегда въелась в их души.