Честь вайнаха - Александр Владимирович Чиненков

всего. Прости, Василий, и прощай! Могёт быть, мы больше в этой жизни и не свидимся…

– Иди и делай свое дело, – прошептал раненый. – Спасибо, что вынес меня из-под огня, а теперь я и сам о себе позабочусь. А ты ступай к стрелке и не думай обо мне. Всё, что мог сделать для моего спасения, ты уже сделал…

Громкий сигнал, донесшийся от бронепоезда, заставил Сумкина выпрямиться. На глаза навернулись слёзы, и он всхлипнул, не зная, от радости или от огорчения…

* * *

Спицын принял активное участие в захвате вражеского бронепоезда. Партизаны, вдохновленные его храбростью и упорством, атаковали врага с невероятным мужеством. Будь Сергей нерешителен или не так напорист, никто не пошёл бы за ним, но в этом кровавом бою бок о бок с Петровичем многие из бойцов чувствовали себя уверенно и неуязвимо.

Спицын был невероятно ловок и удачлив. Таким уж его бог создал. Он шёл на врага напролом. Сергей был будто заговоренный, и у него внутри словно бушевало сокрушительное пламя. Он как бы чувствовал полёт вражеской пули. Всех, кто находился с ним рядом, поражали скорость, изворотливость и нюх Петровича.

– Скорей! – Спицын вскочил на одну из подножек бронепоезда. – Быстро все вовнутрь!

На его лице светилось удовлетворение: победа, хоть и доставшаяся дорогой ценой, но была одержана. А теперь дело за малым. Спицын планировал использовать всю мощь страшной машины, направив её на уничтожение понтонной переправы. А уж потом, когда дело будет сделано, наступит черёд и самого бронепоезда! Время покажет, как поступить с этой махиной.

– Обожди, торопыга, – подходя к нему, ворчливо сказал Бугров. – Мне понятна твоя спешка, Серёга, но и о людях подумать надо.

– А что тут думать? – нахмурился Спицын. – Раненых в лес, убитых тоже. Меня сейчас интересует другое. Бронепоезд в наших руках, и мы просто обязаны его использовать!

– Хорошо, сколько людей тебе понадобится? – спросил Бугров. – Только учти, не так уж и много осталось бойцов в отряде, кто ещё в состоянии продолжить участие в бою.

– Человек десять наскребём, как думаешь, командир? – насторожился Петрович.

– Кто его знает, – пожал тот неуверенно плечами. – Давай попробуем…

Подбежал комиссар:

– Командир, уходить пора. Если сюда вдруг пожалуют немцы, нам несдобровать!

Бугров был поглощен раздумьем над затеей своего боевого зама и не понял сказанного комиссаром.

– Прости, что ты сказал? – переспросил он.

– Бронепоезд взрываем и уходим, – сказал тот. – Бойцы сейчас раненых в лес переносят, а вот на убитых рук не хватает…

– Ну… Придумай чего-нибудь, комиссар! – попросил Бугров. – Петрович вон оседлать бронепоезд предлагает да по немцам из его же орудий вдарить. Идея, конечно, утопическая, а, впрочем, чем чёрт не шутит?

– Что ж, буду выкручиваться без вас, – улыбнулся комиссар. – Ну а вам счастливого пути, герои… Только вот…

– Стой, обожди! – воскликнул Спицын, которому в голову вдруг пришла отличная мысль. – Пока суд да дело, из бронепоезда можно по рации с Большой землёй связаться. Если она, конечно, уцелела!

– Вот это дело! – засиял радостной улыбкой командир. – А ну радиста ко мне срочно! Даже если он ранен, всё равно тащите!

– Ты кому приказываешь, командир? – усмехнулся Сергей. – Комиссар ушёл, а рядом с нами никого нет.

– И то верно, – хмыкнул Бугров, хватая Спицына за руку. – Пошли скорее за мной. Сейчас радиста найдём и тех, кто с тобой ехать пожелает!

Десяток добровольцев нашли сравнительно быстро.

– Нужны хорошие стрелки на бронепоезд, – сказал Спицын, разглядывая бойцов и пытаясь определить, есть ли среди них таковые. – По два на башню, стрелка-наводчика орудия и заряжающего, – добавил он.

К счастью, из добровольцев нашлись те, кто был знаком с артиллерией. Так же нашёлся и машинист – боец, которому в далёкой мирной жизни приходилось слесарить в паровозном депо.

– Петрович! – обратился к Сергею один из бойцов. – А мы сможем выбраться из этой железяки если что?

– Если ты труса праздновать за бронёй собрался, то лучше здесь оставайся, – пристыдил его Спицын.

Боец смутился и покраснел.

– Так вот, теперь я командир бронепоезда, а все вы мои подчинённые! – объявил громко Сергей, чтобы всем было слышно. – Слушай все меня, объясняю задачу! Важно как можно реже подходить к бойницам, чтобы не схлопотать в лоб пулю. Орудия на цель наводить при помощи перископов. Цель предстоящей операции – уничтожить возводимую немцами переправу через реку, а потом… потом, если не удастся уехать обратно, то взорвём железную махину к чёртовой матери! Связь между собой будем поддерживать по внутреннему коммутатору. А теперь вперёд, товарищи!

Новоявленный экипаж бронепоезда поспешил на свои места.

Спицын и ещё три бойца взошли в вагон-башню, который должен был первым двигаться в направлении реки. Бойцы освободили вагон от трупов немецких солдат и проверили боеспособность пулемётов.

Внутри было полутемно, свет проникал лишь через бойницы.

Бугров и радист уже сидели справа от двери, за перегородкой, и Спицын даже не сразу их заметил. Радист занимался настройкой поездной рации на необходимую для работы частоту, а командир сидел возле него, наблюдая за каждым движением бойца. Радист был в наушниках. Он бережно поворачивал ручки настройки передатчика.

Вдруг его пальцы замерли и слегка задрожали. Несколько секунд спустя лицо расплылось в счастливой улыбке.

– Есть связь, командир! – воскликнул он восторженно. – Сейчас послушаем, что на фронтах творится, а потом…

Ещё пару минут спустя он сорвал с головы наушники и закричал:

– Товарищи! Наши войска перешли в большое наступление! Фронт немцев трещит по швам! Теперь уже Красная армия близко! Может, завтра, а может, уже сегодня передовые части выйдут к реке!

– Вот поэтому нам надо поспешить, – заторопился Спицын. – Мы должны сделать так, чтобы враг не смог воспользоваться переправой.

Бугров вскочил со стула и схватил радиста за руку.

– Идём, – сказал он. – Не будем задерживать поезд. Нам ещё предстоит…

– Оставь радиста, командир, – попросил Спицын. – Мало ли что нам ещё предстоит. Может случиться и такое, что срочно связь понадобится.

– Ладно, оставляю, – кивнул Бугров. – Нам всё равно в лесу отсиживаться до прихода армейских частей, и обходиться без связи уже не привыкать…

Как только он сошёл с бронепоезда, Спицын взял командование в свои руки. Его глаза уже успели привыкнуть к полумраку, и он хорошо ориентировался.

Бронепоезд был укомплектован боеприпасами под завязку. Повсюду были складированы ящики с патронами для пулемётов и снарядами для орудия. С одной стороны бронебойные, с другой – разрывные.

Бойцы тоже осмотрелись и даже попробовали повернуть башню с орудием. Она вращалась легко.

Спицын взял телефон коммутатора, вызвал паровоз и коротко приказал:

– Поехали.

Тут же послышался свисток, и бронепоезд тронулся с места.

Бойцы поспешили к бойницам. Вокруг отъезжающего поезда стояли партизаны. Они махали руками и кричали:

– Задайте им перцу, товарищи! Вдарьте по врагу покрепче их же оружием!

– По местам! – приказал Спицын, а сам поспешил к перископу.

* * *

Сумкин шагал по шпалам. Он шёл и думал о своей мечте. Он уже в тысячный раз до мельчайших подробностей обдумывал, каковым будет