По следам басмачей - Джаманкул Дженчураев

— Курман, — ответил он, с удивлением глядя на меня. "Разве вы знаете наш язык?" — говорил его взгляд.

— А девочку как звать и кто она тебе?

— Девочка — моя сестра, ее зовут Сайрам.

— Где ваш отец и как его звать?

— Моего отца звать Уста, его убили басмачи месяц назад. — Мальчик опустил глаза и, закрыв лицо руками, заплакал. Сестренка тоже зарыдала, уткнувшись головой в плечо брата. Я узнал печальную историю…

Отец двух детей Уста до Октябрьской революции был батраком и работал у бая кузнецом и пастухом. Он все умел делать: кольца, серьги, браслеты. Его называли мастером — золотые руки.

До сорока лет он не (мог жениться, не имел средств на выкуп невесты: так было при старой жизни. После революции народ освободился от баев. Кузнец женился на хорошей женщине. Она тоже была из бедняцкой семьи, работящая, рукодельница. Построили дом, завели хозяйство и стали жить по-новому.

Вскоре у них родился сын, а через два года — дочка. Назвали ее Сайрам. Уста радовался этому маленькому существу. Говорил жене шутя:

— У меня сын, у тебя дочь. Нам обоим хорошо.

Он был шутник и весельчак, детей своих любил и баловал.

Жена кузнеца, играя с дочерью, говорила мужу:

— Наша дочь непременно будет доктором.

Но их счастье длилось недолго. Жена скоропостижно умерла, оставив мужу двоих детей. Он, сохраняя память о ней, не собирался вторично жениться. Так и жил одиноко.

Уста, тяжело переживая смерть жены, еще сильнее привязался к детям. Эта любовь облегчала его горе. Дети в свою очередь, понимая переживания отца, старались помочь ему. Уста заботился о них, и они были всегда опрятные, вежливые со старшими. В доме всегда было чисто прибрано. Курман и Сайрам знали свои обязанности, учились тоже хорошо.

Не успело еще остыть горе после смерти жены, как напали басмачи. Забрали весь скот, а Уста самого вывели ю двор, взяли кузнечные инструменты. Басмачам, видимо, нужен был мастер, который мог бы чинить оружие, точить клинки. Он сопротивлялся, рвался к детям.

— Все равно убегу, детей своих не оставлю!

— Заберите с ним и его детей. Трудно будет тогда ему от нас убежать! — приказал курбаши.

Посадили его и детей на коня, окружили со всех сторон и увезли из села. Дом кузнеца сожгли, как и много домов в ту ночь.

И Уста с детьми находился в плену у басмачей.

Сайрам и Курман спрашивали отца шепотом, когда освободят их бандиты.

— Молчите, дети, чтобы они не услышали. Скоро, скоро кызыл-аскеры приедут, выручат нас, и мы вернемся в родные места.

Уста всегда находился под наблюдением. Басмачи говорили, что его душа в их руках. Они ругали его, упрекали, что он не хочет на них работать, плохо ремонтирует оружие; медленно и некачественно.

Уста думал: "Если бы не было со мной детей, давно бы сбежал". Он не терял надежду на скорое освобождение и обдумывал план побега, ждал удобного случая. Так проходили дни за днями.

Однажды басмачи вернулись из очередного набега с богатой добычей, пригнали много баранов. Досыта наевшись жирного мяса, разморенные дневным зноем, они крепко уснули. Уста ночью осторожно оседлал коня, посадил девочку впереди себя, мальчика — сзади и выехал никем не замеченный из стана басмачей. Но через некоторое время один из басмачей, обнаружив отсутствие Уста, поднял тревогу. Курбаши приказал во что бы то ни стало догнать беглеца и расправиться с ним. В погоню кинулось несколько десятков бандитов.

Уста, проехав порядочное расстояние, остановился в небольшой лощине. Покормил детей и решил проверить, нет ли погони. Он вышел на бугор и увидел всадников. И они заметили его…

Уста сел на коня, посадил детей и поскакал во весь опор. Но вскоре он понял, что ему не уйти от бандитов.

Дети расплакались, Уста их успокаивал:

— Не плачьте, дети мои, все равно красноармейцы придут и освободят нас, а их уничтожат.

Уставший конь не мог идти дальше. С шумом и криками окружили их басмачи.

— Ах ты, собака! Сбежал сообщить красным аскерам? — кричали они.

Уста с ненавистью смотрел на них, бережно придерживая девочку.

Бандиты, словно звери, не обращая внимания на слезы детей, отшвырнули их в сторону и стали терзать Усга. Свалив его на землю, главарь шайки выхватил кривой нож…

Шакалы! Оставьте хоть живыми Детей. Дайте последний раз посмотреть на них, — со слезами, на глазах умолял Уста.

— На том свете посмотришь на них, — и басмач занес нож, — Вот тебе!..

Курмана и Сайрам схватили за шиворот, положили поперек седла и помчались в бандитский стан…

Главарь басмачей нервничал в ожидании своих головорезов, поехавших на поиски Уста. Но вот они, наконец, покатались, подъехали к главарю и бросили к его ногам детей кузнеца.

— С волком мы покончили, а двух волчат привезли вам.

Курбаши был рад, что Уста не удалось сбежать. Он похвалил своих бандитов.

Дети в пыли и слезах лежали перед ним.

— Пусть останутся в живых эти волчата, — приказал он. — Мы их по-своему воспитаем.

Курман и Сайрам, находясь в лагере басмачей, старались не попадаться на глаза курбаши.

Испуганная Сайрам часто плакала, по ночам вскакивала, бросалась бежать в пустыню. Курман успокаивал ее. "Скоро придут кызыл-аскеры и освободят нас. Вот посмотришь".

— Если освободят, где мы будем жить? — спрашивала сестренка. — Дом наш сожгли. Коровы тоже нет.

Да ты не беспокойся, все нам дадут. Помнишь, папа рассказывал, как Советская власть помогает бедным. И нам помогут. Учиться будем снова. Нам бы только дождаться КЫЗЫЛ-аскеров. А ты не плачь, а го могут и нас с гобой убить.

— Я сегодня видела во сне папу и маму, но рассказать не могу, — все чаще вспоминала Сайрам.

— Сайрам, мама говорила, что когда ты вырастешь, будешь доктором. А я обязательно буду командиром, как в той книжке, помнишь, какую я тебе читал дома? — отвлекал сестренку от грустных дум Курман.

И вдруг как-то под вечер начался переполох среди басмачей: показались красноармейцы. Басмачи в панике метались, беспорядочно отстреливаясь.

Курман схватил за руку сестренку и потащил ее в заросли саксаула. Они спрятались в небольшой лощине. Почти рядом слышались топот коней, стрельба. Басмачи перебегали с места на место, видимо, отходили. Несколько всадников сунулось тоже в заросли, но, увидев приближение красноармейцев, поскакали дальше. Сайрам заткнула уши пальцами, чтобы не слышать стрельбу. Курман кричал ей:

— Я же тебе говорил? Это аскеры пришли, ведь я правду сказал. Только бы нас за бандитов не приняли. Сайрам, посмотри, посмотри! Бандит, который папу зарезал, с лошади падает. Убили его!

Сестренка