Семён Кожинов - Крымская война 2014

— Нет, Вован, командиром будешь ты, а я буду, советником при тебе. Знаешь как в советском союзе были полит. работники и комиссары. Ты будешь — командиром, а я буду — комиссаром.

Честно говоря, в этом месте, нашего разговора, я немного кривил душой. Я не думал возглавлять отряд самообороны, по одной простой причине — не хотел брать на себя ответственность. Если, вдруг ситуация обостриться до предела, то я бы предпочел убраться восвояси. А согласитесь, что гораздо легче все бросить и убежать, если ты ни за кого не отвечаешь! Даже, такая скотина и циник, как я, и то бы не смог оставить на произвол судьбы людей, которые доверили мне свои жизни! Так, что лучше, пусть Вовка командует отрядом и берет на себя всю ответственность. А, я постою в сторонке, и если надо, то лучше помогу советом.

— Все, парни мне пора. Вова, поставь возле моих дверей охрану. Пусть никого сюда, кроме меня и вас не пускают. О деньгах никому не слова, все-таки сумма большая, может возникнуть соблазн, выкрасть её, — я взял в руки ноутбук и вышел из комнаты.

Первым делом, я созвонился с Испанцем, и договорился с ним о встрече. Потом, я заехал в банк и перевел на счет жены двадцать тысяч долларов, это были те десять тысяч, которые я хотел пустить на общие расходы и еще десять тысяч, из тех тридцати, что мы разделили с братьями Серовыми. Все-таки, на военные расходы, у меня деньги появились — спасибо Кружевникову и его спонсорам. А жене и детям, деньги точно нужнее, чем мне.

В дом к Испанцу, я приехал, в три часа дня — как и было, договорено. Испанец — высокий, плотного телосложения мужчина, жил один. Жена его бросила лет десять назад, а дети уже выросли и разъехались, кто куда. Вот и жил себе, пятидесятилетний мужчина, в свое удовольствие — пил элитные спиртные напитки и курил дорогие сигары. Все, что зарабатывал, он тратил на единственную любовь своей жизни — оружие. Испанец, был страстным и фанатичным коллекционером. Он готов был отдать любые деньги за понравившейся ему экспонат. Два года назад, я помог ему приобрести, восстановленный немецкий пистолет-пулемет МР-18. Так, этот чудак, отдал за него десять тысяч долларов. Вы, только представьте, десятку «зелени», за ржавую железяку, времен первой мировой войны! При этом, видели бы вы, его лицо, у меня сложилось такое ощущение, что когда «огрызок» МР-18, попал в руки к Испанцу, то он испытал самый сильный в своей жизни оргазм. Чего, он мне только, не по нарассказывал про этот немецкий пистолет-пулемет! И, что МР-18 — это прародитель всех пистолетов пулеметов, и наши пистолеты-пулеметы Дехтярева и Шпагина, «слизали» с МР-18, и еще, кучу, разной понятной только ценителю информации.

Испанец, как всегда был в «образе» — щеголял в военной форме, на этот раз он был одет в гимнастерку и галифе, времен первой половины двадцатого века. А вот на ногах, у него были, прозаические шлепанцы, которые не увязывались в общий ансамбль с верхней одеждой.

— Здорово, Леха! Чего, хотел?

— Нужно оружие — боевое! — я решил, что ходить вокруг да около, просто нет времени и надо брать быка за рога.

— ЧЕГО?! — Испанец, как-то странно посмотрел на меня. — Может ты хотел сказать, что нужна КОПИЯ боевого оружия?

— Испанец, я сказал, именно то, что хотел! Мне нужно боевое оружие! Я знаю, что оружие у тебя есть! Я хочу купить все, что есть! Все «стволы» что есть в наличие и все боеприпасы к ним. Забираю все и оптом! Цену назначь сам!

— Коршунов, ты, что головой ударился? Где — я и где — боевое оружие? Ты, хоть думаешь, что говоришь?

— Испанец, ты же, всю свою коллекцию собрал, используя деньги, вырученные за продажу макетов оружия времен второй мировой войны. Вот только, по моим сведениям, ты эти макеты ни у кого не покупал. Ты, их делал сам — брал настоящий автомат или винтовку и «холостил» их в домашних условиях. Это сто процентная информация! — все, что я дальше говорил, было выдумкой, чистой воды: — Я возил, купленные у тебя ММГ, в Балаклейский ремонтный завод, и там мне четко сказали, что данный макет ППШа, был деактивирован в домашних условиях. А самое главное, что номерной знак, выбитый на автомате, не соответствует, тем номерам, которые сейчас есть в реестре министерства обороны. Знаешь, что это значит? Это значит, что ты имеешь доступ к запасам автоматов ППШа, о которых не знает министерство обороны Украины! Ферштейн, Испанец?

— Алексей, а не кажется ли вам, что вы ухи переели? — в голосе коллекционера прорезался металл. — Ты, приходишь ко мне в дом и, начинаешь чего-то там требовать и угрожать мне! Ты, забыл кто перед тобой?!

— Хорош, горячиться! Извини, что не с того начал! — я «включил заднюю передачу». — Просто, последние дни, такие напряженные, что я, иногда, забываюсь. Мне, просто надо рассказать тебе все по порядку, и тогда ты сам, все поймешь.

— Да, уж сделай милость, поведай, с чего это ты, такой взбалмошный?

— Долго рассказывать не буду — нет времени, перейду, сразу к сути — через две недели, а может и раньше, в Крыму начнется гражданская воны. Крымские татары, при негласной поддержке Киева и Турции, захватят власть и объявят Крым — суверенным и независимым государством. Поскольку Керчь граничит с Россией, которая, как ты сам понимаешь, может вмешаться, у нас будут наиболее тяжелые бои. Керчь, особо никогда не привлекала татар, поэтому, как мне кажется, нас постараются уничтожить подчистую. На базе выпускников и воспитанников интерната, я и братья Серовы организовали отряд самообороны. Кое-какое оружие мы уже раздобыли, но его хватит, человек на двадцать, не больше. Именно поэтому, я и обратился за помощью к тебе.

— Головой, в последнее время, не бился? — с сожалением глядя на меня, спросил коллекционер.

— На, вот тебе, ноутбук. Папка — «война». Почитай! А, я пока пройдусь по комнатам поглазею на экспонаты, — я поставил на стол ноутбук и, включив его, открыл нужную папку.

Молча, выйдя из прихожей, я повернул по коридору и зашел в первую комнату. Испанец, жил в частном двухэтажном доме. Почти все, свободное пространство, в доме было отдано экспонатам.

Экспонаты были повсюду: они висели на стенах и потолке, стояли на полках шкафов, закрытые стеклом или прозрачным пластиком. Экспонатов было великое множество: пистолеты, револьверы, автоматы, винтовки, карабины, пулеметы и даже две небольших пушки. Под потолком, висели два десятка знамен — одни были украшены звездами, а на других пестрела свастика. Одна комната, была целиком посвящена холодному оружию: сабли, кортики, пики на длинных древках, украшенные флажками, ножи, кинжалы, саперные лопатки, кастеты. А уж всяких там касок, подсумков, автоматных рожков и винтовочных обойм, было такое множество, что их никто не выставлял на отдельные полки, они так и лежали на веранде в больших картонных коробках.

Больше всего, в коллекции испанца, мне нравились фотографии. На, этих старых, черно — белых фото, застыла история. Люди, смотревшие на меня, с этих пожелтевших и выгоревших картинок, давно умерли, но маленький кусочек их жизни остался, и я имел возможность его наблюдать. Вот, на одной из фотографий, немецкие танкисты позируют на фоне подбитого в бою советского, тяжелого танка «КВ-1». У танка порвана гусеница, а люки на башне открыты, на корпусе танка лежит тело мертвого советского танкиста в черном комбинезоне и шлемофоне. На другой фотографии, советские зенитчики позируют на фоне сбитого немецкого самолета. Некоторые из этих фотографий, были когда-то, мной отсканированы, и их дубликаты выставлялись в нашем музеи, при интернате. Испанец, нам, очень сильно помог, когда мы решили открыть музей и зарабатывать на этом деньги. Многие экспонаты нашего, интернатовского музея, были взяты в аренду из личной коллекции Испанца.

— Леха иди сюда! — раздался крик коллекционера, который сидел за кухонным столом и смотрел фото на экране моего ноутбука.

Испанец, сейчас рассматривал фотографии, которые я сделал в интернате — разложенное оружие и боеприпасы. Все это я приготовил для членов «карточного клуба», но раз выпала такая возможность, проверить достоверность собранного мной материала на постороннем человеке, то почему бы не воспользоваться ей!

— Ну, что убедился, что я не шучу и с головой у меня все в порядке?! — с нескрываемым злорадством в голосе, спросил я.

— Выглядит, конечно, правдоподобно, но я ведь тебя, Коршунов давно знаю. Ты — мастер придумывать разные фокусы и нестандартные решения проблемы. Помнишь, как ты, «надурил» того коллекционера из Германии, который привез свою коллекцию, на выставку в Севастополь?

— Конечно, помню, ты же мне все уши «прожужжал», про этот редкий пистолет-пулемет МР-18. Ну и что? Ну, обманули немецкого бюргера, и что? Да, я, можно сказать, сделал это не из-за тех денег, что ты мне заплатил, а из чувства вселенской справедливости! Какого хрена, этот «колбасник» так спокойно разгуливает по городу — герою Севастополю. У меня, между прочим, дед погиб при обороне Севастополя. Я может за деда мстил!