Альберт Зарипов - Афганистан. Гора Шабан

— ДШКа-то какой! И охлаждение у него другое… А РПГ!.. Простая труба!.. Без расширительной камеры!.. Аскер, где это вы забили?.. Вот этот АКМС с мозгами!.. Гля-а! Это я его!.. А безоткатки какие лёгкие!.. И всё в масле!.. Нулёвое… Да мы их всё там же обнаружили! Они за ночь, наверное, рейса два или три сделали. Колея широкая и свежая… А под утро они запоздали… Вот и нарвались на вас, да?! Чётко сработано… А сколько же они за ночь успели перевезти?!.. Да ладно тебе!.. Хорошо, что хоть это захватили!.. Нет, ну, конечно… Молодцы… Столько всего и сразу!

Внезапно кое-кто из бойцов притих и вытянулся…

— Та-ак, что тут у вас?

Это из дверей казармы вышел командир нашей первой роты… Я, как дневальный хоть и замешкался, но только на секунду-другую, после чего громким голосом подал команду «Смирно!». Все присутствующие тут же замолчали и, мигом обернувшись к начальнику, вытянулись по строевой стойке…

— Вольно-вольно… — произнёс капитан Перемитин, подходя к безоткаткам. — Оп-па-на!.. Хаар-рошие пукалки… Стрелялки… Где взяли?

Эти слова, произнесённые ротным в своей привычно-добродушной манере, вызвали почти что взрыв всевозможных солдатских эмоций: начиная от внезапного смеха и заканчивая громкими возгласами… Ведь находящиеся вокруг трофейного оружия бойцы и так уже пребывали в приподнято-радостном настроении… А после одобрительных высказываний самого ротного… Наша разведчицкая братия загалдела-затараторила ещё больше…

Ну, разумеется… Все присутствующие одним хором обращались именно к командиру первой роты…

— Классно, да! Товарищ капитан, это мы задолбили караван! Трёх духов… Столько оружия и даже ни одного раненого из наших!.. Один трактор «Форд» с прицепом… Самый настоящий бой был!.. Там ещё столько боеприпасов было!.. Вместе с тремя трактористами задолбили! Но мы всё подорвали: снаряды, мины и патроны… Они в нас стреляли, а мы в них!.. Товарищ капитан, вы только сюда посмотрите!.. Чтоб сюда не тащить! Но сперва сфотографировали, а потом заложили заряды!.. Во-от на этот автомат!.. Духи отстреливались из трёх стволов!.. А когда мы улетали, там ка-ак взорвётся!.. Наш борт аж тряхнуло!.. А осколки!.. Вот АКМСЛ с мозгами!.. Чуть было до нас не долетели!.. Фу-у… Вернее, долетели, но мимо… Просвистели рядом с вертушкой!.. Да я сам слышал, у открытого люка сидел!.. Так «фьють-фьють!»

Командир подразделения молча слушал весь этот шумный базарный гвалт и тщательно изучал захваченное вооружение. Он сидел на корточках и пытался провернуть вокруг своей оси тяжёлый миномётный ствол…

— Чьё это? — наконец-то произнёс доселе молчавший ротный. — Откель дровишки?

Понятное дело… Ведь капитана Перемитина теперь заинтересовало не только само оружие, которое уже находится в его командирско-хозяйских руках, но и непосредственный производитель… Как оказалось, участвовавшие в налёте разведчики уже успели полюбопытствовать на этот счёт…

— Чайна! — быстро ответил сержант Мусаллобагамаев. — Мы уже посмотрели! Безоткатки вроде бы тоже… А вот остальное- точно китайское! «Маде ин Чина».

— Нулёвое! — поддакнул кто-то из бойцов. — Ещё в заводской смазке!

— Это точно… — проворчал командир роты, перебираясь от миномёта к лежащему на бетонном полу чудо-произведению Дегтярёва и Шпагина. — И ДэШэКа тоже? Какой-то он странноватый… Модернизированный что ли?

Как я успел заметить со своего непокидаемого поста, этот крупнокалиберный пулемёт действительно отличался от своих ранее выпущенных собратьев. У тех по всей длине ствола имелось своеобразное воздушное охлаждение в виде нанизанных на него металлических шайб… Что и делало данный вид ДШК легкоузнаваемым… А вот у этого представителя знаменитейшего семейства крупнокалиберных пулемётов длинный ствол не обладал характерными рёбрами естественного охлаждения. Вместо этих поперечных колец по всему стволу имелось чередование продольных впадин и гребней, постепенно сужающихся к мушке…

Несколько минут капитан Перемитин рассматривал столь диковинный экземпляр пулемёта ДШК, после чего перевёл своё внимание на две базуки… Тоже ненашенского производства, но очень уж похожих…

— Как наши РПГ-7Д! — рассказывал разведчик Малый, невесть каким образом оказавшийся в непосредственной близости с трофеями. — Только ствол не разбирается! И Камеры внутренней нема…

Вообще-то, Микола являлся дневальным по первой роте и сейчас он должен был находиться на своём посту у парадного входа. Но, судя по всему, кто-то подменил его на той тумбочке и теперь доблестный спецназовец Малый старательно объяснял капитану Перемитину только что обнаруженные особенности вражеского вооружения…

— Да ты шо! — с затаённым лукавством переспрашивал Ротный. — Неужели?

Честно говоря, мне вполне так обоснованно думалось… Что командир нашего подразделения спецназа за годы своего пребывания в Советской Армии, начиная с курсантских времён и заканчивая капитанскими звёздочками, уже успел в предостаточной мере обзавестись обширнейшими знаниями о тактико-технических характеристиках чуть ли не по всем видам образцов отечественного гранатомётостроения… И всё же… Перемитин Андрей Иванович внимательно слушал радостно-возбуждённые высказывания разведчика Малого… Нисколечко не перебивая Миколу и лишь изредка кивая ему головой…

— Ну, прям как у нашего… — заливался соловьём хмельницкий хохол.

— Как у РПГ-два! — подсказал командир роты.

— Так точно, товарищ капитан, — бесхитростный Малый стал ещё счастливее. — Вот и я говорю… Как у нашего РПГ-2! Точь-в-точь…

Стоявший поодаль сержант Хацуков не выдержал и вступил в беседу…

— Коля! — заявил он своим размеренным голосом. — Ты кому это всё рассказываешь?! Иди к молодым и им… Чеши языком за ушами… А товарищ капитан уже этого добра насмотрелся… Ты ещё в первый класс ходил, когда он в армии служить начал… Я правильно говорю, товарищ капитан?

Ротный оглянулся на Хацукова и лишь усмехнулся в свои усы… Но затем всё-таки обозначил личную точку зрения в данном вопросе…

— Почти… Мне кажется, Микола во второй класс пошёл… Когда я поступил в Рязанское воздушно-десантное…

— Хорошо… — тут же согласился сержант-кабардинец. — Но это не так уж важно… Пусть молодым…

— Аскер, — возмутился разведчик Малый. — Чего ты мне тут поговорить не даёшь?.. Я здесь со всей душой… Беседую с товарищем капитаном… А ты?!.. Нехорошо как-то… Ой, как нехорошо!..

Сержант Хацуков и разведчик Микола были из одного сословия, то есть всё из того же фазаньего поголовья… И поэтому могли разговаривать друг с другом на равных… Однако Аскер на этом столь удачном облёте являлся заместителем командира группы, что в общем-то давало ему чуток побольше прав…

А капитан Перемитин уже сместился к трофейному пулемёту, очень уж похожему на наш ПКМ, и к вражеским автоматам Калашникова… К одному из АКМСов и постарался привлечь внимание ротного наш молодой коллега-пулемётчик Билык…

— А вы вот сюда гляньте! — предлагал он ротному. — Вот на этом… Ещё мозги остались… Это Дереша работа… Позвать его, товарищ капитан? Юра!..

И не дождавшись ответной реакции высочайшего начальства, Виталик принялся звать младшего сержанта Дереша… Который оказался самым непосредственным участником сегодняшнего боестолкновения…

— Я, товарищ капитан! — представился Юра, спешно прибывший на зов Билыка из двора первой роты. — Вызывали?

Командир поднялся на ноги, отряхивая слегка запачканные пальцы, и оглянулся на Дереша.

— Ну, что… Аврора ты наша! — усмехнувшись, поинтересовался ротный. — Твоя рука? Мозгами тут всё забрызгала?

Младший сержант поначалу было оробел от столь повышенного внимания к своей молодой персоне, однако не стушевался окончательно и даже кое-что произнёс в ответ…

— Так точно, моя!

— Ну, и как это всё произошло? — продолжал улыбаться командир роты.

Всё ещё волнуясь, Юра Дереш зачем-то показал на «свой» трофей и стал сбивчиво пояснять:

— Ну… Сначала он в меня стрелял… Потом я… И так по очереди… Он в меня, а я в него… Так я в него и попал… Первым!

Капитан Перемитин остался доволен столь содержательным ответом своего молодого подчинённого.

— Молодец! — сказал ротный. — Представим к награде! Не против?

— Никак нет! — бодро доложил младший сержант Дереш, всё же заливаясь краской смущения.

— Вот и хорошо… — произнёс капитан Перемитин и оглянулся по сторонам. — А где же дежурный? Где этот Папа-Ворон?

— Я здесь! — отозвался сержант Сорокин. — Жду, когда вы закончите осматривать оружие…

— Кар-кар-кар… — пошутил ротный. — Так я тебе и поверил! Спал, поди?

— Самую малость! — признался дембель Кар-Карыч, уже вскрывая дверь в комнату хранения оружия. — Мне же положено… С девяти утра и до часу дня…