Альберт Зарипов - Дембельский аккорд 1

В этом случае, мы обязательно бы встретились с участниками недавнего боя… И узнали бы побольше… Но нам сейчас не суждено было с ними увидеться…

— А они дальше проехали… К горам… — объяснил нам старший дозора. — А потом налево повернули и в бригаду с другой стороны въехали… Раненые у них есть… Много раненых!.. И двое убитых.

Мы попрощались с пехотным командиром, расселись на броне и поехали обратно… Уже на подъезде к палатке мы увидели вертолёт Ми-8, медленно взлетающий прямо с бригадного плаца…

— Там медпункт рядом. — сказал Гарин, следя взглядом за поднимающимся бортом. — Видать, по-срочной вызвали вертушку с Ханкалы! Вот она рядом с медпунктом и приземлилась…

Мы уже подъехали и остановились, солдаты спрыгивали с брони и выстраивались в одну шеренгу для проверки оружия на разряженность… А я всё смотрел на «восьмёрку». Вот вертушка, которая ещё минуту назад медленно поднималась строго вертикально, теперь уже набрала горизонтальную скорость… Вот она с рёвом промчалась почти над нами и через минуту скрылась в лёгкой дымке… По направлению к Грозному…

— Пойду… Узнаю, что там произошло… — проворчал Засада, отдал Мишане автомат с нагрудником и устало побрёл в штабную палатку.

Вслед ему мы смотрели совсем недолго. Надо было осмотреть стволы солдатских автоматов и винтовок, после чего распустить личный состав для завершения так некстати прерванного приёма пищи. На охране палатки и имущества оставались двое солдат: водитель Урала и второй связист… Каждый из них занимался своим делом…

— И госпожа Буржуйка!.. Остыла окончательно и бесповоротно!.. — произнёс Пуданов после осмотра её «внутренностей». — Даже угольков нет… Где этот связист?

— Товарищ майор! Я связь поддерживал… — оправдывался солдат. — Сидел у радиостанции…

— Ты что? — возмущался Иваныч. — Свою радиоволну обеими руками держал? Чтоб на землю не упала?.. Совсем уже обленились… «Связисты»!.. На засады не ходят, пищу не носят… И им ещё некогда пару поленьев подбросить! Спите вы в палатке? В палатке! Вот и шагом-марш пилить дрова! Оглоеды… Вместе с водителем Урала!..

— Бездельники и разгильдяи!

Я устало сидел в бушлате на своём ложе и понуро собирал в кучу всякие бумажно-картонные изделия… Которые сейчас можно было бы побросать в ненасытное чрево «буржуазной мадам», чтобы она хоть ненадолго, но всё-таки согрела нас своим теплом… Моя идея встретила среди присутствующих командиров понимание и поддержку… И вскоре в печке весело загудело пламя, с азартом пожирающее упаковки из-под сухпайков, пустые патронные коробочки и пачки… А там быстренько поднесли щепки и остатки деревянного ящика…

Постепенно наша походно-полевая жизнь вроде бы вошла в привычное русло…

— А интересно? Почему эту печку назвали «буржуйкой»? — спросил я, отогревая замёрзшие ладони. — К предметам быта аристократии её никак не причислишь…

— Дров дохрена жрёт! — сказал ротный, повернувшийся на своём ложе в сторону тепла. — А значит, аппетиты и потребности у неё как у буржуев… Поэтому, видать, и назвали…

Наконец-то в палатке появился Гарин. Он молча подсел к печке, отогрелся чуток и только после этого начал говорить…

Оказывается, начальник разведки решил реализовать свою идею с захватом вражеского блокпоста, несмотря ни на что. Даже на то, что его в этом никто не поддерживал и не прикрывал. Он со своими двумя офицерами и остальными бойцами подъехал на трёх БМПешках к чеченскому блокпосту, который охранял въезд в село Новые Атаги… Там находилось чуть поболе десятка боевиков, которые встретили российских военных хоть и настороженно, но спокойно и вполне миролюбиво… Может быть думали, что солдаты либо заблудились и потому хотят узнать нужную дорогу… Либо по какому-то другому делу…

В общем… Чеченцы стояли снаружи небольшого бетонного укрепления с оружием в руках, но все стволы были направлены в землю…

— И вдруг наши все разом открывают по ним огонь! — рассказывал Стас, сам уже разгорячившись. — Прямо по духам! И всех их положили…

Но внутри блокпоста, выложенного из бетонных блоков, находилось двое или трое боевиков, которые через узкие бойницы принялись стрелять в ответ… Самым первым был убит начальник разведки, заметно выделявшийся своим ростом и фигурой на фоне остальных своих подчинённых. Почти одновременно с ним пули боевиков насмерть поразили связиста, из-за спины которого торчала антенна. Все пехотные разведчики находились на броне и не спрыгивали на землю, чтобы укрыться от огня нескольких вражеских автоматов. Потому что в любую секунду могла прозвучать команда на отход и боевые машины пехоты развернулись бы в обратном направлении, чтобы без лишней заминки покинуть поле боя… Но долгожданной команды всё не было и не было…

— Когда его убило в самом начале перестрелки, начальник разведки упал с брони… Как раз со стороны блокпоста! И его под огнём никак не могли забрать… — продолжал говорить Гарин, уже не обращая внимания на столпившихся вокруг бойцов. — Наводчик вызвал по рации штаб бригады и доложил о бое… Хорошо, что в это время в штабной палатке сидел начальник артиллерии! Он быстро уточнил координаты и приказал открыть немедленно огонь по этой окраине Новых Атагов…

Когда на краю села стали рваться первые снаряды, положение пехотных разведчиков стало критическим… Из блокпоста по ним почти в упор стреляли засевшие внутри боевики. С крыш близлежащих домов и строений по ним открыли огонь те чеченцы, которые прибежали на выручку своим… Спрятавшиеся за башнями солдаты отвечали с угасающей интенсивностью… Раненых становилось больше и больше…

— И чего они из своих пушек не стреляли? — поражался Гарин. — Хоть какая-то подмога была б… По ним пару раз из гранатометов влупили, но чехи, слава Богу, промахнулись… А их автоматчики всё долбят и долбят… С крыш и изнутри блокпоста!.. Отовсюду!.. Но тут наши самоходки уже начали стрелять… Выручили…

Все самоходные гаубицы бригады дружно «заработали по квадратам», обозначенным по сельской окраине… Огонь вёлся беглый и снарядов никто не жалел… Благодаря этой поддержке, разведчики смогли подобрать тело начальника разведки и даже прихватить трофейное оружие… Лежавшее у трупов убитых ими боевиков…

— Восемь автоматов взяли! Молодцы! — восхищался Засада. — Это же неплохо…

— У тебя что? Совсем уже?… — не сдержавшись, огорчённый Иваныч даже покрутил пальцем у виска.

Я тоже придерживался другого мнения, то есть очень отличающегося от точки зрения Гарина… И резко осуждающего всю эту никому не нужную авантюру…

— Ну, застрелили они восемь колхозников… Хотя среди них и раненые могут быть… То есть убитых меньше! Ну, взяли восемь духовских автоматов… а с нашей-то стороны? Убит начальник разведки бригады! И один связист! Оба наповал!.. А раненых у нас сколько?

— Шесть человек. — ответил невозмутимо Стас. — Пять средних и один тяжёлый. Граната из подствольника попала прямо в грудь! ВОГ-двадцать пять. Но ему повезло! Нагрудник спас! С магазинами… Но осколками с лица всё мясо содрало…

Меня аж передёрнуло… Этим летом я уже видел, что представляет собой челюстно-лицевые кости… С которых близким взрывом сорвало все мягкие ткани…

Но не только я один воспринял эту страшную человеческую участь очень близко к сердцу… Вроде бы и посторонний для нас боец, но по большому-то счёту он всё-таки был наш…

— Охренеть! — воскликнул командир роты. Если он выживет… Как ему потом жить?

— Пластические операции сделает. — сразу же выкрутился Гарин. — Медицина у нас сейчас почти всё умеет делать…

На такую его беспардонность и безразличие никто не нашёл чем ответить. Поэтому в нашей палатке возникла гнетущая тишина… В печке громко затрещали сырые дрова и этот обычный вроде бы звук возвратил нас всех к реальности…

— Я как-то видел одного парня-афганца… — сказал я отстранённым тоном. — С пластмассовым протезом вместо носа… Ничего страшного… На первый взгляд… Но…

— Э-э-эх!

Вот так… Только и оставалось нам лишь тяжело вздыхать по поводу всего случившегося… Погибших уже было не воскресить… Раненым былого здоровья не вернуть… Да и из памяти такое уже ничем не вытравить…

Не знаю, как чувствовали себя другие командиры… Но лично меня уже мучали угрызения совести. Ведь это именно я отказался от плана начальника разведки по внезапному нападению на вражеский блокпост. Ведь это именно мне пришла идея тронуться в обратный путь самыми первыми… Ведь это именно я подгонял и подгонял своего механика-водителя Краснова, чтобы тот не снижал скорости и тем самым не давал остальным БМПешкам ни одного шанса обогнать нашу головную броню…

«Да и на остановке у первого пехотного блокпоста… — думал я. — Тогда мне нужно было по-настоящему переговорить с начальником разведки и всерьёз предложить ему разработать другой план!.. Ну, чтобы напасть на духовский блокпост ночью после внезапного артналёта. Может быть он тогда бы и передумал… То есть отказался бы от этого своего плана! А вот по поводу устроенных гонок по трассе… Где гарантия на то, что начальник разведки спокойненько проехал бы всеми тремя своими БМПешками мимо чеченского блокпоста?!.. Да ещё и с двумя спецназовскими БМПешками сзади!?»