Джаз-банда - Глеб Сабакин

Сагра и другие

Бывает, резонансное событие взрывает новостные топы, а потом быстро забывается. Кто, например, сейчас вспомнит разборки в посёлке Сагра? А другие подобные истории с этническими оттенками? А сколько всего было, о чём не узнала вся Россия?

Случай, о котором сейчас расскажу, произошёл задолго до Сагры. Интернет тогда ещё не был так сильно развит, как сейчас, когда мало какое ЧП пройдёт бесследно. А любой конфликт может интерпретироваться по-разному, раздуваясь подчас до вселенского масштаба.

Главными персонажами той истории были чехи, с которыми работал Стас.

Несколько старших (не топов, но и далеко не шпаны) отдыхали с семьями за городом, у водоёма. Рядом была деревня.

Конфликт возник на ровном месте. Местные мужики, уже с утра в подпитии, оказались недовольны, что «нерусские совсем оборзели шашлыки свои тут жарить». Налетели и разогнали уютный пикничок. Сопровождая нетолерантными возгласами.

Вроде как даже на женщин и детей пытались прыгать, но сам не видел, потому — не утверждаю.

Через пару часов приехали несколько машин, и дураки были наказаны. Жестоко наказаны, битами и обрезками труб. Хоть и на эмоциях, а профессионально — здоровья взято много, но жизни сохранены.

Пострадали и невиновные — лиц-то никто особо не запомнил, ломали всех попавшихся. Некоторых прямо из домов вытаскивали.

Один балбес выбежал из двора с топором, как Будённый с шашкой. Не, руки ему не отрубили, но — положили ладони на пенёк, на котором дрова кололи, и раздробили обухом.

Совершив акт воздаяния, отчалили восвояси.

Никаких уголовных дел не было, шумихи в прессе тоже. Вообще, событие казалось каким-то будничным.

Места там красивые, ездили как-то на рыбалку.

Про топор, кстати, ещё одна история.

У старших случился конфликт с деятелями из другого коллектива. Забили встречу за городом (подчеркивалось, что именно "встреча" — то есть исключительно разговор, без физических контактов и оружия, в отличие от "стрелки").

Меня и ещё пару человек взяли на подхват на случай чего непредвиденного. Мы сидели в машине и наблюдали, выходить было запрещено.

С нашей стороны приехали трое, с их тоже.

Наши быстро раскидали оппонентам, что те неправы. Рамс, в общем-то, яйца выеденного не стоял.

Но те оказались не совсем адекватными, полезли в драку.

Их начали бить, и один рванул в машину, достать что-то.

Оказалось — топор.

Били их долго и аккуратно, чтоб не убить ненароком.

Потом заставили их вызвать своего непосредственного старшего.

Тот приехал один. Очень самоуверенный мужчина, в прошлом маститый каратист, а на тот момент — городской авторитет средней руки.

Его молодых привели в чувство, до состояния чтоб могли на жопах сидеть.

Рассказали ему ситуацию.

Он выбрал единственный верный способ выйти красиво из ситуации. Долго бил уже избитых и орал, что беспредела у себя не потерпит. Больше, конечно, на публику играл.

Потом их ещё били на его глазах. Тщательно отбили ливер и сломали все конечности.

Машину, которую изначально предполагалось забрать, не тронули, ибо здоровьем сполна забрали.

И уехали, оставив каратиста наедине с тремя кусками мяса.

Одного из тех деятелей я встретил через несколько лет на улице. Еле узнал — ковылял с тростью, выглядел как старик, хоть старше меня всего лет на пять.

Не знаю, что бы с ними тогда сделали, если б челу удалось нанести хоть один удар топором.

Вообще, у нас часто велись разговоры о приемлемом и неприемлемом оружии.

Стволы — это отдельная тема, смертоносная, чаще это разборки более высокого уровня. Ножи — опасность поменьше, и доступны всем. Но пускать в ход без особой надобности не приветствовалось. А вот биты и монтажки считались вполне, так как непоправимого урона в большинстве ситуаций не предполагали.

Такие вещи, как топоры и мачете, считались уделом беспредельщиков, и не припомню случаев, чтоб пускались в ход. Хотя байки слышал, и все заканчивались осуждением и резюме, что за такое надо спрашивать строго.

17

Как я елки продавал

Решили с Ростиком попытать счастья в ёлочном бизнесе.

Уличных точек с ёлками в канун Нового года по городу было немерено, не занимался этим делом только ленивый. Почему б и нам не попробовать.

Расчёт был прост. Находим место, занимаем его раньше других, привозим ёлки, нанимаем продавцов — и дело в шляпе.

Вопрос понятий в данном случае нас уже не беспокоил. На Матне, может, это ещё могли расценить как недостойное барыжничество, татары же в этом отношении были более либеральны. Что вполне здраво — от предприимчивой молодёжи толку больше, чем от дураков, которые способны только трясти деньги с других дураков.

Оказавшись в теме, мы узнали, что все ёлки на Матне, якобы принадлежащие коммерсам, на самом деле были проектами матнёвских старших. Внешне выглядело, будто с коммерсов получают, но они были просто нанятыми менеджерами. Ширмой, чтоб пацанам не было стрёмно перед другими пацанами.

Встал вопрос, где брать ёлки и как их транспортировать. Его нам решил третий компаньон, которого пришлось взять в дело. У него нашёлся камазист, торчавший ему сумму, и продажный лесник неподалёку от города.

Лесник предложил два варианта. Либо мы покупаем у него тысячу ёлок за тридцать тысяч рублей, уже срубленных и связанных. Либо за десять тысяч он пускает нас на день в свою вотчину, сколько срубим — всё наше. Я был за первый вариант, ибо заранее знал, что второй нереален. Но партнеры упёрлись, — бюджет кампании и так ограничен, лучше попотеем день, но сэкономим. Городские, фигли, в лесу-то не бывали. А я, когда в деревне жил, каждый год за ёлкой ходил.

Цены, замечу, тех лет и далеко не столичные.

Хрен с вами, думаю, поедем. Интересно только, через сколько вы поймёте, что мудаки.

Приезжаем в лес. Я в фуфайке и валенках. Ползимы тогда в них ходил, даже в институт иногда. Тепло, удобно, как эти ваши угги, только перед входом в помещение снег стряхивать нужно посильнее. Эти фраерки в повседневной одежде, один даже в кроссовках.

Сдались через час. Ноги промокли, одежду ободрали и в смоле измазали, а срубили по пять ёлок. Их ведь ещё сначала выбрать надо, не все же подряд рубить. А потом связать аккуратно, тоже занятие на любителя.

В общем, купили готовую партию.

Посчитали. Тысячу штук за десять дней продать наверняка реально, место проходное. Если что, купим ещё потом. Средняя розничная цена — сто двадцать рублей, итого сто двадцать тысяч. Минус тридцать закупочных, пять — зарплата продавцу за десять дней, три-пять — всякие расходы вроде солярки. Итого тысяч