Барвиха - Паша Киста

нормально сосредоточиться. Потом мне опять написала Анфиса, чтобы я вынес что-то курьеру на улицу. Я это сделал и потом страдал хуйней где-то два часа. Потом меня Алёна вызвала, попросила вынести ей со склада одну коробку, лежавшую на столе. Когда я вернулся на склад, сел за стол. Вдруг внезапно заходит Анфиса:

– Ты почему трубку не берёшь?!

– Да я у Алёны был. Только вернулся, – сказал я, встав со стула.

– Ясно. Будь на связи. Мне нужна одна коробка…

Она быстро зашагала по складу, её попка в облегающих брюках танцевала лезгинку, я чувствовал возбуждение вперемешку с чувством вины. Взяла нужную коробку и вернулась в бутик. А я продолжил страдать хуйней.

В общем, время тянулось долго. Было скучно. Большую часть времени я нихуя не делал, читал, переписывался и думал, как же дотянуть этот день, как же тут, бля, скучно. «На транзитке, наверное, ебать движухи ща, с приятной грустью, смешанной с радостью», – думал я. Часа в два я пошёл пообедать к себе на склад. Пообщался со Славиком. День у них шёл плавно и легко. Это ещё был выходной, суббота, что ли, поэтому и парковка была пустая и товара немного. После обеда мне позвонила Анфиса, сказала, чтобы я ей позвонил, когда приедет машина с товаром. И где-то через час мне позвонила Алёна. Сказала, что приехала машина, чтобы я открыл большую дверь и чтобы я ей перезвонил, когда разгружу машину. Я открыл дверь, машина подъехала к складу. Вышел водитель, хромой на ногу. Лицо его было жёлтым, изрезанным морщинами и пропитым. Мы поздоровались, изо рта у него неприятно пахло. Мы выгрузили весь товар, посчитали. Всё было чётко, и мы попрощались. Я набрал Алёне, она мне назвала номер товара, который ей был нужен, и я вынес ей. Стал страдать хуйней, а про Анфису я совершенно забыл. Она мне позвонила и спросила недовольным голосом:

– Машина приехала?

– Да.

– Так почему же ты мне не позвонил?!

– Блин, я чё-т запутался, подумал, что мне Анф… Ой, в смысле, Алёна просила позвонить.

– Мда. Уфф, – сказала она крайне раздражительно, да чувствовался её кавказский нрав. – Вынеси мне тогда две коробки. Я щас тебе скину, какие.

Анфиса мне скинула номера. Я себя почувствовал таким уёбком. Реально что-то запутался, затупил и забылся. Я быстро вынес две нужные ей коробки и вернулся на склад. Наступал уже вечер. Алёна попросила меня посидеть в бутике, пока она обедает. Я сидел в Баккаре и скролил ленту вк. Телефон у меня уже начинал разряжаться, и я взял зарядку Алёны. Зашла клиентка. Женщина лет 30, небольшого роста, с тёмным каре и какой-то странной, но модной кепкой на голове, накачанными губами и в шубке. Я у неё спросил:

– Вам подсказать?

– Да нет. Спасибо. Просто смотрю.

Она походила и ушла. Я подумал, что какая-то клуша, просто смотрит на дорогие штуки.

Затем зашёл парень, но по нему было видно, что он точно зашёл поглазеть. Он мне задал какой-то вопрос о ценах, слышался провинциальный акцент, я не смог сориентировать беднягу, сказал, что я просто кладовщик.

Через полчаса где-то вернулась Алёна, и я двинул на склад, затем мне позвонила Анфиса и попросила подменить её в бутике на время её обеда. И я стал сидеть в Галерее Рояль. Я ходил по бутику и рассматривал всё, что там было. Красивая дорогая сверкающая посуда, скульптуры, чашечки, тарелочки. Смотрел на цены. 100к. 200к. Полмиллиона. Да, я понимаю, почему это столько стоит, но цифры, напечатанные на ценниках… они мне казались просто цифрами. Как в компьютерной игре. Ненастоящими. Почему так? Наверное, потому что всё это настолько вне моей реальности, что мой мозг просто отказывается воспринимать это как действительность. Что тарелка может стоить 300к и использоваться не как атрибут интерьера, а как блюдо для еды.

Анфиса вернулась, и я спустился на склад, опять ебланить. Ещё ко мне заехал Дэнчик, привёз товар с Коптево. Мы попиздели немного, дела у него шли вроде как неплохо. У меня тоже. Но где-то часов в восемь вечера начались какие-то движухи. Анфиса мне то и дело звонила и просила принести что-то со склада. У меня были проблемы с тем, чтобы найти что-то. Я искал долго, а один раз даже пришлось набрать Косте, чтобы он подсказал. Но потом было небольшое затишье, Славик даже зашёл ко мне на склад, пили чай. К нам даже спустилась Анфиса. Они со Славиком перемолвились парой слов. Не помню, как Славик пошутил, но что-то вроде:

– Вы тут нашего парня не перегрузили работой? А то не сможет потом у нас коробки с пакетами таскать, – сказал Славик и подмигнул мне с улыбкой, как будто придумал какую-то реально смешную шутку.

Анфиса как-то ему ответила с намёком на то, что я распиздяй и нихуя не делаю весь день. Да, отношения у нас как-то не заладились. Зато Алёну я выручал всегда вовремя, и она меня очень сердечно благодарила. Я оказался между двух огней. Между Баккарой и Галереей Рояль. Между раем и адом. Между блондинкой и брюнеткой. И как бы мне ни была больше по душе, точнее по хую, Анфиса, симпатизировал я всё равно Алёне.

А под вечер вообще какой-то пиздец начался. Прям за 20 минут до конца рабочего дня. Я не мог найти какой-то товар, Анфиса даже спустилась на склад искать. Она так активно и агрессивно шагала. Её красивая и аккуратная попка даже перестала казаться такой привлекательной. В итоге один товар мы нашли, а другой нет, я стал звонить Костику. Оказалось, что он в зале. Время уже приближалось к десяти, а клиенты в зале всё ещё были. Причём та баба, которую я видел в Баккаре, она была с мужем. Анфиса суетилась с ними, обслуживала, обходила, любезничала. Я это заметил, когда поднялся к ней, чтобы спросить, могу ли я идти домой. Бутик работал до 23:00, но у меня-то рабочий день до 22:00. Анфиса меня отпустила, я собрался и поднялся к Алёне, передал ей карточку, попрощался и двинул на электричку.

[Переслано из Поцскриптам Киста]

Захожу вчера к своему коллеге на склад, К Юре из Мультибренда Женского, а он втирает какой-то бабе телегу, которую втирал несколько недель ранее мне. Звучало это не так уверенно, как когда он затаскивал это в мои уши. Всё-таки моему коллеге было немного непонятно, как эта девчонка отнесётся к такому приколу. Эти сомнения чувствовались в его интонации, в его мимике и в его взгляде. Я специально смотрел на него. Он говорил: «Это малоизвестный факт, но именно в Люберцах находился Эдемский сад. Именно там Ева повелась на