Поцскриптам - Паша Киста

и ничем не отличались. Как-то глупо делить туалеты с одним местом по полам. Кажется, этим жестом я впечатлил Девочку Без Имени. Мы пошли в Киллфиш. Она мне напоминала мою сестру. Мне понравилось, что она смахивала на Вику. Походкой, ростом и в целом комплекцией. Такая маленькая нахуй убийца. Мы обсуждали закладки что ли. Она оказалась убийцей мефа. Меня это огорчило, ведь я знаю, что на мефе сидят только лохи. Девочка Без Имени хочет завязать с этим. Но бросить убивать – очень сложно. И убиваться тоже. Поэтому мы пошли пить. Это ведь тоже в своём роде убийство. Всё было непринуждённо и легко. Болтали обо всём. В основном, говорила она. Мне даже и не надо было ничего рассказывать. Так, иногда вкидывал что-то про себя. Её это не сильно интересовало. О себе говорить ей было приятнее. Мы немного напились. А я ведь хотел бросить пить до др, кстати. У меня не получилось уже трижды. Хотя это было умеренное пьянство. Уж лучше, конечно, совсем не пить или же пить до состояния гавна.

В метро Девочка Без Имени достала энергос (все, кто бросает нюхать, пьют энергетики) и у неё отломалась открывашка. Я открыл ей банку большим пальцем. Девочка Без Имени посмотрела на меня, как на героя. Я и был героем, но только тогда. Несколько минут после подвига.

Распрощались в центре. Она обещала мне приготовить драники (мы чё-то рофлили про драники). Она мне их не приготовит. Я уверен в этом, потому что не уверен в ней. В метро слушал музыку и отождествлял себя с образами. Хотелось плакать, и я плакал. Ну а хули нет? Дома все уже спали. И я в одиночку сидел на кухне. Ел мёртвую курицу. Было вкусно, но почему-то противно. От себя. Хотя ничего плохого сегодня я, вроде, не сделал.

Похмелье до сих пор знает, где я. Оно нашло меня, как только я проснулся. А спал я почти 10 часов. Не выспался. Далее за завтраком. Похмелье делает жирную пищу вкуснее. Слабость и желание ничего. Я не хочу оставаться дома и, конечно же, не хочу на работу. Но я иду. Похмелье нашлось и в музыке. Заиграл трек Славы КПСС – Я убью себя. Я вспомнил, как ехал в субботу в метро, слушал этот трек и ныл. У меня запульсировало в уголке левого века. Наверное, уже я ныл навзрыд тогда. Это становится моей личной фишкой – реветь пьяным в метро. Причины были на это, но они на самом деле не нужны. Я могу и просто так это делать. Главное – подходящая музыка, перебор с алко и пустоватое метро. Отличная терапия, кстати. Каждый раз я чувствую очищение. Но лучше всё-таки другое. Спорт, медитация, молитвы, выстроенный режим дня, отказ от алко и никотина, меньше сидеть в соц.сетях, отказ от женщин. Я не уверен, что это помогает подлечить кукуху. Но это точно не делает хуже. Нужно уже попробовать загнать себя в острую дисциплину. Конечно же, до Абхазии. А может и до следующих выходных. Хуй знает, как получится. Нужно как-то серьезнее себя настроить.

Ничего не хочется делать. Только опять напиться. И я решил не выходить сегодня из дома, чтобы случайно этого не совершить. Может быть, вечером доеду до Вики, развеюсь. Хоть и погода хуёвая. У меня ебашит давление. Нужно забрать печатную машинку. Я думаю, она мне может помочь привести нервы в порядок. Хочу на ней напечатать какие-нибудь стишата. Или небольшой выдуманный рассказ.

Борьба с желанием выпить следующая. Я беру книгу в руку. И кладу её обратно на кровать. Я беру телефон в руку. И смотрю в него несколько минут. Я кладу его на кровать тоже. Смотрю в выключенный телек. Музыка тоже осточертела. Я не могу это слушать. Ничего кроме Славы КПСС, Замая и Алёхина. И даже они немного меня заебали. Когда допишу этот пост, я попробую ещё раз взять книгу в руки.

Вот как проводить эти выходные? Я работаю два дня, жду конца, прихожу домой, а тут ничего. Тут ничего не хочется делать, потому что ничего не вызывает интереса. На самом деле мне нужно, чтобы все съебались. Скоро я останусь один в квартире на месяц где-то. Я уверен, мне будет очень кайфово. И я смогу проводить выходные с удовольствием.

Я представляю.

Утро. Разминка. Нужно похрустеть каждым суставом, чтобы кровь лучше циркулировала по телу. Прилив свежести в голову обеспечен, и я иду делать завтрак. После завтрака я валяюсь, читаю, смотрю хуйню, потом уже спорт, если не иду на работу. А что после? Может прогулка или ещё что-нибудь. Может, продолжу писать, наконец, сборник рассказов. Не знаю. Там уже день сам найдёт себя. Главное избежать пожирающего одиночества. Но я, надеюсь, кто-нибудь будет заходить ко мне в гости. Чтобы не дать мне выебать себя в голову.

Вообще это реально пытка. Отказ от бухла и соц.сетей. От второго меня ломает прям. Но я буду дальше издеваться над собой. Сейчас у меня нет настроения, и я просто лежу, но на самом деле это в итоге заставит меня больше делать. Я это знаю, это проверенная хуйня. Нужно перетерпеть эту нехватку дофамина от быстрой и бесполезной инфы. Тогда я уже смогу находить, чем заняться, а когда я смогу кайфовать от этого, пить уже не будет тянуть.

На улице пахнет сыростью. И это был вечер. Я вышел в него из дома и пошёл к метро. Возникли трудности на кассе, был перерыв и кассирши, сидя на месте, отказывались обслуживать пассажиров. Я мог опоздать на электричку, но оказалось у меня были бабки на Тройке. И я успел. По пути меня каждый норовил толкнуть или коснуться. Эти люди идут бесконечным потоком. Как-то я отвык от такого количества людей в метро. Зимой было их не так много, а щас вылезли, как опарыши. На жаре труп Москвы начал гнить и вонять. И я такой же червяк, интенсивно шевелюсь вместе с остальными в толпе. Мне очень хотелось устроить драку. Моё раздражение граничило с агрессией. Оставалось немного до взрыва. Но на серой ветке стало спокойно. Вика с Владосом встретили у метро Чертановская. По пути обсуждали тусу в честь др меня и Юрца. Кажется, все надолго запомнят этот движ. Это заебись. Мы дошли до Вики, она мне отдала печатаную машину и мы, вроде как, собирались по домам, но Владос сказал: «Можем пойти ко мне и накуриться». Постояли, подумали и решили дунуть. В падике. На лестничной клетке. Сколько