Дремлющий дом - Ана Ашлинг

– Тезер, – поправила ее Джули, не моргнув и глазом. Если сообщница Холзи пыталась вывести ее из себя, то у нее ничего не вышло. – Дормер-Хаус – идеальное место для фотографа, в каждом темном углу скрывается что-то, манящее его запечатлеть и раскрыть его секреты…

Джули старалась скопировать вкрадчивую манеру незаконного брата Клои, которую его покровительница должна была легко распознать. Но девушка позже призналась сама себе, что у Тимоти, годами подражавшему своему обожаемому дяде, это получалось гораздо легче, в то время как она говорила, точно ее бабушка Лидия, развлекавшая внуков и племянников сказками.

– Мисс Тезер лично убедилась в существовании призраков, мисс Клиффорд. Нам следует быть осторожней, – пошутил Стаффорд, кивнув поверх их голов кузену Клои, который жестами пригласил его проследовать наверх. – Прошу прощения…

Мисс Клиффорд, казалось, не слышала ни слова из тех, которыми обменялись Джули и однокашник Тимоти. С застывшей на лице неестественной улыбкой, от которой на щеках появились глубокие заломы, женщина беспокойно озиралась по сторонам, будто в поисках кого-то. Джули устыдилась самой себя, ведь час назад она точно так же вглядывалась в лица каждого мужчины в гостиной. Кристин ожидала, что Бенедикт уже будет среди гостей, догадалась подруга Клои. Но о чем бы эти двое ни условились, их замысел уже пошел не по плану.

«Наверняка он отправился переодеваться. Нельзя допустить, чтобы истинный наследник объявился в Дормер-Хаусе в пиджаке со следами побелки и паутиной в волосах», – злорадно подумала Джули. Ей было приятно осознавать, что именно ей удалось хоть ненадолго, но все же отсрочить неминуемый скандал.

Девушка повесила на плечо сумку с фотокамерой и принялась прокладывать себе путь сквозь толпу, чтобы успеть снять начало сеанса. Клои, которая потратила всю ночь, закопавшись с головой в дневники тети Вивиан в поисках любого упоминания о прошлых вечеринках, настойчиво просила ее быть в Красной гостиной до того, как последний гость займет свой стул.

Оставив мисс Клиффорд что-то яростно печатать на своем мобильном (по предположению Джули, та бомбардировала Холзи сообщениями в целях выяснить, куда он запропастился), девушка перехватила на пути Стэлворта с подносом и вознаградила себя бокалом красного.

На пролете второго этажа хохотали Тимоти и его приятель, речь шла об огромной сумме, которую Стаффорд умудрился проиграть в карты в «Петухе» кому-то из местных. Кузен Клои, давясь смехом, похлопал парня по плечу:

– Неужели кто-то кроме меня сумел тебя провести? Я вручу ему медаль!

– «За храбрость»? Парень блефовал, словно у него есть поместье в Озерном краю или ему совершенно нечего было терять, – возразил Джордж, и Джули поспешила к лестнице, заметив, что молодые люди скрылись в коридоре. Она вспомнила, что в Хейзвудсе сплетничали, что молодой Стаффорд разбрасывался деньгами, видимо, так оно и было.

– Именно! Нужно быть очень смелым, чтобы нанести такое личное оскорбление, – очень серьезно констатировал Тимоти, пропустил друга вперед, который что-то спросил, но Джули расслышала лишь ответ Дормера, который развеселил ее до колик. – Да при чем тут ты и твой папаша? Задета моя честь! Только мне позволено опустошать твои карманы.

Джули схватилась за перила, охваченная внезапным головокружением. Она сделала несколько глубоких вдохов, опустив голову на грудь.

– Последний бокал был лишним, – пробормотала девушка.

– Ты думаешь? – произнес тихий мужской голос у нее за спиной.

Фотограф резко обернулась, но никого не увидела в пустом холле.

А затем все лампы в форме наполовину раскрывшихся бутонов лилий, освещавшие путь к лестнице, одновременно погасли.

Глава 20

Вращающийся стол

Послышались крики и нервные смешки. Несмотря на то что в гостиной повсюду были расставлены свечи, их света не хватало: многие успели обгореть и едва тлели, несколько было погашено, чтобы избежать горящих рукавов, потянувшихся к закускам.

Перепуганные гости то и дело натыкались друг на друга, наступали на длинные подолы платьев степенных матрон, которые клекотали от возмущения, точно рассерженные коршуны.

Несколько мужчин вывалились в погруженный во тьму коридор. Они догадались использовать зажигалки, и трепещущее пламя освещало вытянутые лица с беспокойными глазами. Джули узнала в одном из молодых людей старшего брата Джеймса Прескотта.

– Мисс, вы в порядке? – обратился он к ней.

– Да, кажется… – слабо произнесла девушка, лихорадочно соображая. Джули не была уверена, что в случившемся каким-то образом не замешан Бенедикт, хотя виной всему могла оказаться и неисправная проводка. Она уставилась в узкий проход, ведущий на кухню, откуда ей почудился голос незаконнорожденного Дормера: не скрывался ли мужчина во тьме, не потешался ли над кучкой перепуганных, точно дошкольники, людей?

– Это какая-то шутка? – проворчала молодая блондинка в бледно-розовом платье, похожем на гигантскую зефирину. Она вытащила из сумочки смартфон и включила фонарик, ослепив своего спутника.

– Лилиан! – Мужчина вдвое старше ее отвел руку, унизанную драгоценностями, от лица и поморщился. – Я же велел тебе оставить сотовый в машине. Ты меня позоришь…

Но молодая женщина его не слушала и пушистым облаком двинулась в сторону выхода. Ее сопровождающему ничего не оставалось, как последовать за ней под осуждающими взглядами присутствующих. Леди Ламли поджала алые губы и презрительно хмыкнула.

«Любопытно, ее возмутило наглое нарушение правил вечера, которые Тимоти ясно прописал в приглашении, или сам факт, что кто-то из мужчин ее круга осмелился привести сюда мисс Маршмеллоу?» – хихикнула Джули, когда проводила пару, скрывшуюся за входной дверью, глазами. Она подумала о том, что неплохо было бы позаимствовать из гостиной одну уцелевшую свечу и подняться наверх, но тут на площадке второго этажа забрезжил свет.

С подсвечником в руках показалась Клои и призвала всех к спокойствию. С коварной усмешкой она развела руки в сторону:

– Вот теперь вечер по-настоящему начался! Прошу всех за мной. – Но за радушным тоном от Джули не укрылось, что подруга напряженно обшаривала взглядом холл, в котором собралась добрая половина гостей Дормер-Хауса. Кое-кто облегченно выдохнул, пара мужчин рассмеялась, но большинство людей сохраняли настороженные выражения на лицах, на которых танцевало неровное пламя свечей.

Клои поманила Джули за собой и взяла ее под руку, когда та раньше всех поднялась по ступеням.

– Идем со мной, я ждала тебя в Красной гостиной вместе с кузеном и Стаффордом, – недовольно шепнула подруга ей на ухо, крепко вцепившись в локоть фотографа. Девушка пристально уставилась в лицо гостьи. – Ты бледная как смерть.

Клои, при всей ее деликатности по отношению к творчеству подруги или ее личной жизни (она и слова дурного не сказала о Тодде, даже когда Джули с ним рассталась на втором курсе), никогда не пыталась скрыть недовольство внешним видом окружающих, в