Ричард Олдингтон - Семеро против Ривза

Кончилось же тем, что Джейн сама вызвала его на объяснение.

Мистер Ривз раскуривал свою трубку, которой он в смятенном состоянии души дважды позволил потухнуть, как вдруг внезапно распахнулась дверь, и на пороге, воинственная, точно Валькирия, возникла миссис Ривз.

— О, ты, оказывается, здесь! — произнесла она таким тоном, словно предполагала, что мистер Ривз уже флиртует под дождем с «этой женщиной» в десять часов утра.

— Тебе что-нибудь нужно? — кротко спросил мистер Ривз.

— Джон! — уничтожающим тоном воскликнула миссис Ривз, игнорируя его вопрос. — Джон!

— Да, дорогая? — сказал мистер Ривз.

— Не смей называть меня «дорогая», — патетически произнесла миссис Ривз. — Никакая я тебе не дорогая. И не воображай, что нежными словами ты можешь искупить свое безумие, свои преступления.

— Ну, полно, полно, — запротестовал мистер Ривз. — Черт побери, Джейн, это уж ты слишком.

— Не сомневаюсь, что тебе все кажется пустяком, — ядовито заметила миссис Ривз. — Одному богу известно, чем ты занимался исподтишка все эти годы. Но я, не в пример тебе, не привыкла к такому цинизму. Хотя даже Бейзил и Марсель говорят, что в наши дни пожилые мужчины часто впадают в такое состояние.

— Совершенно ни к чему было впутывать сюда еще и детей, — хмуро произнес глубоко уязвленный мистер Ривз.

— Кто-то же должен был поддержать меня в моем горе! — драматически воскликнула миссис Ривз. — И кому еще могла я раскрыть свою душу, как не моим несчастным обездоленным детям? Сегодня ты бросаешь на произвол судьбы их мать, завтра ты бросишь их.

— Силы небесные! — в отчаянии возопил мистер Ривз. — Почему бы уж заодно не обвинить меня в ограблении Английского банка и в покушении на жизнь короля? Ну, образумься же, Джейн! И не стой ты так и не гляди точно миссис Гранди [37], впавшая в транс. Сядь, успокойся и позволь мне еще раз попытаться объяснить тебе все.

— Что тут еще объяснять, — едко сказала миссис Ривз, но все же села. — Я не желаю выслушивать грязные подробности. Но, Джон, дальше так продолжаться не может.

— Вот именно, — горячо подхватил мистер Ривз. — я…

— И хотя бы поэтому, не говоря уже ни о чем другом, ты должен постараться быть откровенным со мной и перестань увиливать и изворачиваться, — перебила его миссис Ривз. — В то утро ты ничего не ответил на мой вопрос. Ты должен…

— Какой вопрос? — наивно спросил мистер Ривз.

— Как какой вопрос! — вознегодовала оскорбленная добродетель. — Во имя господа бога, во имя детей попытайся же хоть на минуту быть честным. Я ведь просила тебя не увиливать…

— Я и не увиливаю, — сказал мистер Ривз, мужественно стараясь не вспылить. — Я просто не знаю, о каком вопросе идет речь.

Миссис Ривз трагически вздохнула, давая понять, что переносить все это выше ее слабых сил.

— Я спрашивала тебя, хочешь ли ты получить развод?

— Разумеется, нет, — живо отозвался мистер Ривз.

— В таком случае, как же я должна, по-твоему, поступить?

— Ты должна проявить хоть немножко здравого смысла, — отвечал мистер Ривз. — Ну, послушай, Джейн, ей-богу, глупо так вести себя из-за…

— Ты хочешь, чтобы я потворствовала адюльтеру? — В голосе миссис Ривз зазвенели слезы.

— Да не было никакого адюльтера, — решительно запротестовал мистер Ривз. — Клянусь тебе, что ничего не было. Ничего, решительно ничего, просто случайная… э… светская встреча. А ты делаешь из мухи слона. Да и мухи-то даже никакой не было.

— Тогда почему она пишет тебе любовные письма? — ревниво спросила миссис Ривз.

— Вовсе она их не пишет. Она написала мне одно-единственное письмо — то, которое ты распечатала по ошибке. Ну и что в нем такого? Обычное уведомление, что ленч откладывается…

— Это было любовное письмо, — настаивала миссис Ривз.

— Ничего подобного! Говорю тебе, Джейн, что у тебя грязное воображение, и ты видишь дурное…

— У меня грязное воображение? О! — Миссис Ривз всхлипнула. — Меня же еще и оскорбляют вдобавок! — Я говорю только, что ты видишь дурное там, где его нет, — настойчиво повторил мистер Ривз. — Иначе ты не стала бы поднимать весь этот шум из-за ничего.

— Из-за ничего! — Миссис Ривз едва не задохнулась от возмущения и слез.

— Если бы только ты выслушала меня, вместо того чтобы забивать себе голову разными высосанными из пальца фантазиями, мы могли бы разумно разобраться во всем, — убеждал супругу мистер Ривз. — Ты не жалуешь американок, Джейн. Ты их не понимаешь. А мне они нравятся. Они более простодушны и дружелюбны, чем мы, и более непосредственны в выражениях. Мардж… Леди Стоун написала бы совершенно такое же письмо любому приятелю своего мужа…

— Значит, ты намерен и дальше встречаться с ней? — трагически вопросила миссис Ривз, не дав ему договорить.

— Не вижу причин, почему бы нет, — твердо произнес мистер Ривз. — Все наши встречи были совершенно невинны. Но если это может тебя успокоить, я, разумеется, не стану с ней видеться. Она значит для меня не больше, чем любая другая дурочка, которых полным-полно в этих ваших идиотских светских кругах.

— Откуда мне знать, что ты не будешь встречаться с ней тайком? — спросила миссис Ривз.

— Так я же даю тебе слово, — возмущенно возразил мистер Ривз.

— Мне бы хотелось верить тебе, Джон, — жалобно произнесла миссис Ривз, — но я знаю, как ведут себя мужчины в подобных случаях. Они готовы заверить своих бедных, обманутых жен в чем угодно, лишь бы усыпить их подозрения, а потом смеются над ними с «теми женщинами».

— Ну, брось, брось, — запротестовал мистер Ривз, — говорю тебе: ты хватаешь через край, Джейн. Да, черт побери, тридцать лет мое слово было равносильно расписке у нас в Сити.

— Ну, это в делах, — вздохнула миссис Ривз, — а тут — любовь.

— Ничего подобного, — сердито сказал мистер Ривз. — Любовь, ты выдумала сама. Она существует только в твоем расстроенном воображении, поверь мне. Но я готов сделать все, что ты пожелаешь, в разумных пределах, разумеется, — лишь бы покончить с этим раз и навсегда. Есть у тебя какие-нибудь предложения?

— Согласишься ли ты… — миссис Ривз запнулась в нерешительности, — согласишься ли ты уехать со мной на какое-то время заграницу, подальше от нее?

Мистер Ривз с минуту молчал, размышляя. Поехать заграницу? А что там делают, заграницей? Но в конце концов здесь, в Мэрвуде, все равно тоска зеленая. Может, удастся найти какое-нибудь тихое местечко, вдали от всей этой суеты. Если этим можно утихомирить Джейн…

— Ну что же, — с готовностью сказал он, — почему бы и нет! Поедем на какой хочешь срок. Поглядим разные там древности, которыми все так и бредят.

— И ты согласен написать этой женщине письмо о том, что порываешь с ней навеки?

— Ну, не совсем так, — весело произнес мистер Ривз, несколько воспрянув духом, — поскольку, видишь ли, порывать-то еще нечего. Но я напишу — сообщу, что ленч наш не может состояться и…

— Если ты говоришь искренне, — прервала его миссис Ривз, — позволь мне составить это письмо, а потом перепиши его и поставь свою подпись.

— Ну ладно. А что ты хочешь ей написать? — с некоторым сомнением спросил мистер Ривз.

Вместо ответа миссис Ривз подошла к его письменному столу, торопливо нацарапала письмо и мелодраматическим жестом протянула его мужу. Мистер Ривз прочел:

«Дорогая Марджел!

Моей жене стало известно все, и она убита горем. Я понял, что люблю ее сильнее, чем тебя, и потому уезжаю с ней заграницу, чтобы попытаться искупить свою вину. Это письмо должно сказать тебе, что между нами все кончено. Моя жена готова меня простить при условии, что я никогда больше с тобой не увижусь, а потому прощай навек.

Джон».

— Господи, помилуй и пощади! — в ужасе воскликнул мистер Ривз. — Я не могу послать этой женщине такое письмо. Она подаст на меня в суд за оскорбление и клевету и потребует от своего мужа, чтобы он со мной разделался. И, кроме того, это же нелепо. Мы никогда не были с ней в таких отношениях.

— Значит, вы отказываетесь? — величественно произнесла миссис Ривз. — Вы не желаете порвать с ней?

— Ах, не будь ты идиоткой! — раздраженно сказал мистер Ривз. — Встань, дай-ка я сам напишу.

Он писал, а миссис Ривз ревниво пробегала глазами строчки из-за его плеча:

«Дорогая леди Стоун,

Очень признателен за Ваше письмо от 17-го сего месяца, в ответ на каковое спешу уведомить Вас, что не смогу позавтракать с Вами, как Вы предлагаете, поскольку уезжаю заграницу на неопределенный срок.