«Птицы», «Не позже полуночи» и другие истории - Дафна дю Морье

бы не хотел сегодня вдаваться в детали, скажу только, что устройство предназначено для эксперимента, который я сейчас провожу и о котором ничего не знают в министерстве.

Он улыбнулся, а я подумал: вот мы и добрались до «экспериментов сомнительного свойства», о которых предупреждал босс. Я ничего не ответил, и Маклин перешел к следующей установке.

— Вот это, — сказал он, — действительно заказ правительства, а точнее, военного министерства. Вы, разумеется, знаете, что взрывом очень трудно управлять. Когда самолет преодолевает звуковой барьер, в домах на земле ударной волной могут быть выбиты стекла — все или несколько, но не какое-то одно, заранее намеченное. Так вот, «Харон Второй» способен выполнять эту задачу.

Маклин подошел к застекленному шкафчику, взял из него стеклянную банку и поставил ее на верстак у стены. Затем переключил рубильник на второй машине, и банка разлетелась на куски.

— Неплохо, правда? — улыбнулся он. — Разумеется, речь идет о дистанционном использовании, когда нужно причинить серьезный ущерб неким объектам, находящимся на большом расстоянии. Мне эта работа не очень интересна, но военным она пригодится. Тут все дело в особом способе передачи энергии. Меня же интересует реакция некоторых людей на высокочастотные импульсы. Точнее — людей и животных. И эту тему я держу в секрете от руководства, которое дает нам деньги на исследования.

Маклин положил руку на другой рубильник второй машины.

— Вы ничего не заметите, — сказал он. — Это сигнал вызова, который слышит Цербер. Люди его не воспринимают.

Мы молча подождали несколько минут, затем я услышал, как пес скребется в дальнюю дверь. Маклин впустил его.

— Молодец, молодец. Хорошая собака. Лежать!

Он повернулся ко мне с улыбкой:

— Ничего особенного. Цербер был в другом крыле здания. Но мы уже приучили его подчиняться командам, которые подаются издалека. Очень полезно в случае опасности.

Он посмотрел на часы и пробормотал:

— Может быть, миссис Янус меня простит? Сейчас всего лишь четверть десятого. Мне не терпится продемонстрировать вам свое достижение.

Он улыбнулся совсем как школьник, и улыбка неожиданно оказалась такой заразительной, что я не мог не улыбнуться в ответ.

— Что вы собираетесь сделать? — спросил я.

— Попросить миссис Янус позвать ее маленькую дочку к телефону. Если она уже спит, придется ее разбудить.

Он произвел какие-то манипуляции с установкой, затем мы снова подождали пару минут. Зазвонил телефон. Маклин подошел к аппарату.

— Алло! Прошу простить меня, миссис Янус. Это всего лишь эксперимент. Простите, что разбудил ее. Да, пожалуйста, дайте ей трубку. Привет, Ники. Нет, все хорошо. Возвращайся в кроватку. Спи спокойно.

Он повесил трубку, а потом погладил Цербера, разлегшегося у его ног.

— Дети, как и собаки, очень быстро приучаются, — сказал он. — Или скажем так: у них сильно развито шестое чувство, то самое, которое помогает воспринимать эти сигналы. У Ники, как и у Цербера, есть свой призывный звук на определенной частоте. А то, что она отстает в умственном развитии, делает ее превосходным исследовательским материалом.

И он погладил свой компьютер, как раньше гладил собаку. Затем с улыбкой взглянул на меня:

— У вас есть вопросы?

— Разумеется, — сказал я. — Во-первых, я хотел бы знать, в чем именно задача исследования? Вы пытаетесь доказать, что определенные высокочастотные сигналы не только обладают деструктивным потенциалом, но и могут быть использованы для управления рецептивными механизмами мозга животных — и даже человека?

Я заставлял себя говорить спокойно, хотя внутри у меня все кипело. Если в Саксмире занимаются подобными экспериментами, то нет ничего удивительного в том, что Маклина со товарищи считают психами.

Он задумчиво посмотрел на меня и сказал:

— Пожалуй, можно сказать, что «Харон Второй» доказывает именно это. Но моя цель состоит в другом. И скорее всего, министерство ждет большое разочарование. Нет, я стремлюсь достичь куда более масштабной цели.

Немного помолчав, он положил руку мне на плечо:

— Давайте оставим на сегодня в покое обоих «Харонов». Выйдем на воздух, подышим.

Мы вышли через ту дверь, в которую Маклин впустил пса, и оказались в другом коридоре — с черным ходом. Маклин отодвинул засов, и мы попали на улицу. Дождь уже закончился, воздух был холоден и свеж, небо усыпано звездами. Вдали, за полосой песчаных дюн, слышался шум прибоя, перекатывавшего гальку на пляже.

Маклин повернулся лицом в сторону моря и глубоко вдохнул. Потом поднял голову и поглядел на звезды. В ожидании, когда он заговорит, я закурил.

— Вы когда-нибудь сталкивались с полтергейстами? — спросил Маклин.

— Это те, которые стучат по ночам? Нет, не приходилось.

Я предложил ему сигарету, но он покачал головой.

— То, что вы сейчас видели — я имею в виду разбившуюся банку, — это, в сущности, то же самое. Высвобождение электромагнитной энергии. Миссис Янус неоднократно сталкивалась с тем, что вещи ни с того ни с сего вдруг разлетаются на куски, — задолго до того, как я научил этому «Харона». Кастрюли и разные чашки-плошки так и летали по домику, где живет семья Януса. Причина заключалась, разумеется, в Ники.

Я не верил своим ушам.

— Вы имеете в виду девочку?

— Да.

Засунув руки в карманы, он принялся расхаживать передо мной туда-сюда.

— Конечно. Сама она ни о чем не ведала, — продолжил Мак. — Как, впрочем, и ее родители. Тут все дело во взрыве психической энергии, чрезвычайно сильном в ее случае как раз из-за умственной неполноценности. А поскольку она к тому же единственная выжившая из пары однояйцевых близнецов, ее энергия удваивается.

Это было уже чересчур, и я поневоле рассмеялся. Маклин резко повернулся ко мне и спросил:

— У вас есть лучшее объяснение?

— Нет, — признался я, — но все-таки…

— Вот именно! — прервал он меня. — И ни у кого нет и не было. А между тем сотни, тысячи сообщений о подобных «аномальных феноменах» говорят о том, что почти каждый раз где-нибудь неподалеку находился ребенок или тот, кого считают умственно отсталым.

Он снова начал ходить взад-вперед. Я пристроился рядом, а пес вслед за нами.

— Ну и… — поторопил его я.

— Ну и напрашивается вывод, что у каждого из нас есть потенциальный источник энергии, которая ждет, когда ее высвободят. Можете называть ее шестой силой. Эта сила действует таким же образом, как и высокочастотный импульс, который на ваших глазах был выпущен из «Харона». Вот вам и объяснение телепатии, ясновидения и вообще всех так называемых психических феноменов. Энергия, которую мы получаем с помощью электронного прибора, ничем не отличается от энергии, которой обладает дочь Януса. Только с одной оговоркой: на сегодняшний день первой мы управлять можем, а второй — нет.

Я понимал, о чем речь, но