Исаак Башевис-Зингер - Сатана в Горае. Повесть о былых временах

И он вытащил из-за пазухи пачку пергаментных листов.

Внезапно реб Мордхе-Йосеф растолкал всех, кто стоял у него на пути, с силой отшвырнул костыль, бросился вперед, как бешеный зверь… и тяжело рухнул на пол. Еще долго он бился в судорогах и причитал:

— Спасайтесь, евреи! Зло пришло в этот мир!.. Спасайтесь!..

Глава 10

САББАТИАНЦЫ И ИХ ПРОТИВНИКИ

Евреи во всем мире, во всей Польше и в захолустном Горае разделились на две враждующих стороны: на сторонников Саббатая-Цви и на их противников. Всюду горит адский огонь раздора. В ярмарочные дни одни проклинают других, трубя в синагогах в рог и зажигая черные свечи. Из городов изгоняют раввинов или увозят их на телегах, запряженных волами, уважаемых людей подвергают публичной порке. Бесчисленные гонцы ходят по дорогам, разносят настоящие и поддельные письма. Странствующие пророки и проповедники говорят каждый свое. В Люблине случилось несколько кровавых побоищ в синагогах и ешивах, и польские солдаты вынуждены были наводить порядок. Во Владимире мясники убили раввина, который запретил есть в пост десятого тевета. В Хрубешове саббатианцы оказались в меньшинстве, их стали избегать, как прокаженных, и вымазали им двери дегтем, чтобы никто не переступал их порога. К тому же запретили продавать им еду, пока они не покаются. Тех немногих, кто одумался, заставили надеть рубище и посыпать голову пеплом. Они лежали на полу у дверей синагоги, били себя в грудь и громко каялись в своих грехах, а каждый, кто входил или выходил, пинал их ногой или плевал в лицо… Были в Польше и те, кто пытался установить мир, но их быстро втянули в ссору, и пламя разгорелось еще сильнее. Вожди Израиля боялись, что множество народу отойдет от еврейской веры, как караимы в былые времена. Рассказывали о евреях, которые крестились целыми семьями. Ходили слухи, что в Вильно, в Иерусалиме и в других городах многие покончили с собой.

Но и среди саббатианцев тоже не было единства.

Одни считали, что праведным должен стать весь народ. Они без конца постились и не прикасались к женщинам, не менее ста раз в день упоминали Саббатая-Цви, вырезали его имя на дверях, ставнях, изголовьях кроватей и даже на собственных телах. Они верили, что Саббатай-Цви живым вознесся на небо, а стамбульский отступник, взявший в жены измаильтянку, — это сатана. Другие же доказывали, что Мессия, прежде чем раскрыться, должен спуститься к демонам и вывести оттуда сияние святости, как объясняют комментарии «Зогара». Ведь и пророк когда-то сказал: «И к преступникам причислен был»[37]. Значит, утверждали они, весь народ перед освобождением должен предаться греху, и старались сбить с пути всех от мала до велика. Они предавались разврату, ели свинину, нарушали законы субботы. В Щебрешине кто-то из евреев сбрил бороду и пейсы. В Краснике ночью взломали синагогу и испортили свитки Торы, стерев в них имя Божье. Оскверняли миквы, чтобы евреи ложились с нечистыми женщинами. Потомкам священников подбрасывали в дома человеческие останки[38]. Заходили к соседям и исподтишка капали в посуду свиным жиром, чтобы вся еда стала трефной. Резник из Крешова оставил на лезвии ножа зазубрину, чтобы мясо животных, которых он режет, было падалью. Он же делал в городе обрезание и умышленно не удалял у новорожденных крайнюю плоть. Когда это заметили, решили воздать резнику по заслугам, ночью окружили его дом, но он сумел бежать. С тех пор никто его не видел. Чтобы усилить вражду и ненависть, саббатианцы использовали клевету, распускали слухи, разрушали семьи. В пятницу вечером устраивали поджоги, чтобы евреям пришлось осквернить святость субботы. Подбивали женщин на разврат, крали деньги из кружек для пожертвований и покупали у христиан церковное вино. Дошли до того, что стали вызывать души умерших и заниматься колдовством.

Захолустный Горай совсем обеднел, пришел в полный упадок, но и здесь раздоры разгораются день ото дня.

Реб Мордхе-Йосеф, реб Гудл и кое-кто еще теперь раскаиваются в том, что последовали за лжемессией. Благочестивый реб Гудл носит рубище и по ночам стегает себя ремнем, чтобы искупить грех. С утра и до вечера он постится, поддерживая силы только кусочком хлеба и головкой чеснока. Реб Мордхе-Йосеф ходит по домам и проклинает бывших единомышленников. Он рассказывает о разрушении, которому они подвергли еврейские общины, перечисляет их преступления, предупреждает, что их надо остерегаться, ибо они нечисты. Только о Рейхеле он не говорит ничего плохого. Реб Иче-Матес повесил на себя тяжелую цепь, сидит на верхнем этаже в доме тестя и что-то пишет. Он не ходит на общественную молитву и вообще редко появляется на улице. Никто не знает, чем он питается. Ему приносят еду, но он отказывается от нее. Ходят слухи, что он создает голубей по «Сейфер-Йециро».

Реб Гедалья и Лейви все еще управляют Гораем. Они отлучили от общины реб Мордхе-Йосефа и его помощников, запретили подходить к ним ближе чем на четыре локтя. Из синагоги они унесли множество книг и сожгли их или закопали, оставив только каббалистические сочинения. Они подговорили своих сторонников избить реб Мордхе-Йосефа. Парни выследили его за баней, когда он отошел туда испражниться. Там они набросились на него, опрокинули на землю, вываляли в дерьме. Они пинали его ногами, пока реб Мордхе-Йосеф не затих. Только через несколько часов управляющая миквой обнаружила его и привела в чувство. Его одежда была пропитана кровью, оба глаза заплыли. Пару дней спустя избили реб Иче-Матеса, чтобы вынудить его развестись с Рейхеле, хотя в Горае нельзя написать разводное письмо, потому что у здешней реки два названия. Реб Гедалья не стал, как положено, ждать девяносто дней, а уже назавтра повел Рейхеле под свадебный балдахин. Так он в открытую нарушил закон Торы.

С тех пор Горай все быстрее падал в бездну, ведь теперь люди не сомневались, что каждое преступление — это ступень наверх, и совсем погрязли в грехах. Только единицы стояли в стороне и наблюдали, как сатана танцует на улицах города.

Страшные события происходят в Горае. Рассказывают, что по ночам саббатианцы собираются в укромном месте и в темноте, не зажигая свечей, совокупляются с чужими женами. Реб Гедалья втайне от Рейхеле прячет в доме блудницу-христианку, которую ему прислали из Замостья. На груди под талесом он носит медный крестик, а в кармане иконку. По ночам ему является Лилит со своими служанками. Накануне субботы он надевает красные одежды и тюрбан, как турок, и идет с учениками к заброшенному замку. Там они служат сатане и кланяются глиняному идолу, а потом пляшут вокруг него с факелами в руках. Сам рабби Йосеф дела Рейна[39] является туда в образе черного пса. Потом они заходят в замок и устраивают трапезу: зубами отрывают куски от живых птиц и пожирают с кровью. После трапезы отцы ложатся с дочерьми, братья с сестрами, сыновья с матерями. Нейхеле расхаживает между ними голая, а потом, на глазах у всего сборища и собственного мужа, совокупляется с извозчиком…

Горай стал городом порока, проклятым Богом и людьми. Старики боятся выйти из дома, ведь их дети тоже примкнули к саббатианцам, кидают камни в несогласных, вбивают гвозди в их скамьи в синагоге, чтобы старики порвали одежду, могут отрезать на улице цицес, калечат их коз. Как-то раз залезли на крышу и вылили в трубу ведро помоев, испортив хозяину посуду и еду. Дошло до того, что пишут друг на друга доносы властям, портят товар в лавках. В опасности даже дети. На окраине города парни подкараулили женщину, когда она возвращалась из миквы, и попытались ее изнасиловать, но она закричала, и насильники разбежались. Даже в окрестных деревнях говорят, что евреи предали свою веру и уподобились цыганам и лесным разбойникам. Попы подначивают темный народ, предсказывают, что скоро правоверные христиане поднимутся и перебьют всех евреев с женами и детьми, так что от них, не дай Бог, и следа не останется…

Глава 11

СВЯТОСТЬ И СКВЕРНА

С тех пор как до пророчицы Рейхеле дошли слухи, что Саббатай-Цви надел тюрбан, святые ангелы перестали ей являться. Ночью она часами лежит в кровати и ждет, что в ней пробудится пророческий дар. Она шепчет имена ангелов, мысленно взывает к их князю Метатрону, читает молитвы, пока силы не покидают ее. Но ответа нет. Еще недавно к ней приходили Вирсавия и Авигея и раскрывали ей тайны Торы. В полусне ей являлся Иосиф во всем своем великолепии и водил ее по небесным чертогам. Он показывал ей райский сад, врата ада и все триста десять миров, которые унаследуют праведники. После этого она вставала утром усталая, с болью в ногах. А теперь Рейхеле спустилась на низшую ступень. Она так несчастна, что не может съесть даже кусочек пряника, который подносит ей Хинкеле, или пригубить сладкого вина. Она перестала омывать руки, благословлять и молиться, хотя молитва осталась у нее в сердце. Ее горячее тело день ото дня становится все холодней, часто покрывается липким потом. Коротко постриженные волосы колются и причиняют боль, щеки ввалились, под огромными глазами темные круги. Нёбо пересохло, язык распух, челюсти сводит, будто она съела что-то очень кислое, ноги не слушаются, у нее пучит живот…