Алексей Ремизов - Том 1. Пруд

С. 112. …бесы повинуются ему. — В этой связи см. след. отрывок из письма Ремизова жене от 26 июня 1904 г.: «Миф — сверхвозможное, сверхмогучее — на что смотришь снизу вверх. Мой Глеб — старец в "Пруду" это миф. У Горького — Лука. Мне Горький и близок за эту свою "лукавую" мысль» (На вечерней заре 2. С. 272).

…грозные молитвы его и исцеления считал надувательством.» — Ср. в «Петре и Алексее»: «Начался один из тех разговоров, которые так любил Петр — о всяких ложных чудесах и знамениях, о плутовстве монахов, кликуш, бесноватых, юродивых, о бабьих баснях и мужичьих забобонах длинных бород», то есть о суевериях русских попов. Еще раз должен был прослушать Алексей все эти давно известные и опостылевшие рассказы…» (Мережковский 4. С. 46–47).

С. 113. …использовать для дела… — Ср. в «Петре и Алексее» запись в дневнике царевича: «Монашество искоренить желают. Готовят указ, дабы отныне впредь никого не постригать, а на убыдые места в монастыри определять, отставных солдат» (Мережковский 4. С. 167; см. также с 182).

…и хитрее всяких других игр… — Пристрастие к игре в шашки — устойчивая деталь образа Петра I в русской литературе, начиная с Пушкина. См., например, в «Арапе Петра Великого»: «Государь был в другой комнате. Корсаков, желая показаться, насилу мог туда пробиться… <…> За одним из столов Петр играл в шашки с одним широкоплечим английским шкипером» (Пушкин А. С. Поли. собр. соч.: В 10 т. М.; Л., 1949. Т. 6. С. 30; ср.: Мереж ковский 4. С. 180).

С. 113...была для него археология… — Ср. о Н. А. Найденове: «Финансовые комитеты и комиссии, где он председательствовал, не мешали ему заниматься любимой историей и археологией» (Иверень. С. 40; см. также: Бурышкин П. А. Москва купеческая. М., 1991. С. 116–117).

…видел подрывание основ. — Ср. с отношением к религии и церкви Петра I в изображении Мережковского, — см., например, ответ царя на «афеистические» суждения своих сподвижников: «— Ну, будет врать! — заключил Петр, вставая. — Кто в Бога не верует, тот сумасшедший, либо с природы дурак. Зрячий Творца по творениям должен познать. А безбожники наносят вред государству и никак не должны быть в оном терпимы, поелику основание законов, на коих утверждаются клятва и присяга властям, подрывают» (Мережковский 4. С. 169; см. также с. 132).

Угодник — святой, угодивший Богу человек.

…Катерина-Околелая лошадка… — поминая в кн. «Подстриженными глазами» своего брата Виктора, Ремизов вспоминает также «о его кормилице, длинной и ноющей Катерине с прозвищем "околелая лошадка"» (С. 232).

Канонарх — монах-регент; при пении на оба клироса он объявляет глас, а затем слова канона.

…валялся за занавеской, — Ср.: «Однажды после обедни мы зашли к о. Михею, а у него случился желанный гость, лаврский канонарх Яшка, для "препровождения" времени Яшка дернул стакан "фуфырки" <…> Я на канонарха смотрел как и без фуфырки превращавшегося во время пения во что-то нечеловеческое <…>» (Подстриженными глазами. С. 215; см. также с. 133).

Обер (ober, нем.) — главный, старший.

С. 117. Херувимский — от херувим, один из высших ангельских чинов.

Требник — богослужебная книга с текстами треб, служб, совершаемых не в определенное время, а по просьбам прихожан.

С. 119. …припечатывали чертей на спину прохожим… — в кн. «Подстриженными глазами» (с. 52) Ремизов характеризует подобное занятие как одну из своих любимых детских проказ.

С. 123. Иван Купала (Иванов день) — 24 июля, день Усекновения главы Иоанна Предтечи; Ремизов родился в Купальскую ночь 1877 г.

…наткнулся на сочинения Достоевского. — По признанию Ремизова, первую свою книгу он прочел в 7 лет (см.: Подстриженными глазами. С. 147, 171; см. также: Кодрянская. С. 77). В кн. «Подстриженными глазами» писатель вспоминал; «До тринадцати лет я читал случайно, а между тем <…> вся наша бывшая красильня, начиная с матери, все мои братья упивались чтением. Детская литература прошла мимо меня. Но теперь книга стала для меня все: я читал на уроках, в перемену и дома вечером, пока не гасили свет. <…> «В лесах», «На горах» Мельникова-Печерского — первые из прочитанных книг, а попались случайно и за дешевку — на Сухаревке. Чувство мое было горячее» горящее — читал и не мог начитаться.

Потом все позабылось, и не как вытесненное, а нагрузом других, по чувству памятных: Достоевский, Толстой, Салтыков, Лесков, Гончаров, Тургенев, Писемский и много позже Гоголь» (с. 73). «Достоевский действовал на меня до содрогания, а Толстому мне хотелось подражать и в письме и в жизни» (Встречи. С. 250).

С. 124. …они разыгрывали своего Конька-Горбунка… — Ср.: «…мной всегда владело безотчетное влечение к зрелищу и театру. <…> А театр — единственное, что я видел в раннем детстве. "Конек-Горбунок" и "Волшебные пилюли" — в Большом театре и "Макбет" — в Малом. Но и этого было довольно, чтобы заиграть самому.

И почему-то — или боялись, что подожжем, другого объяснения не придумаю — наш домашний театр попал в индекс вместе с игрою в бабки (проломить голову свинчаткой неудивительно!) и торчанием в фабричных корпусах (наслушаться всяких историй немудрено!). И так как это было запрещено, оно особенно и привлекало <…>. Найденовские фабричные были на нашей стороне, и театр из наворованных досок сооружался в самом скрытом уголке бесконечного найденовского двора.

Не всегда сходило с рук, бывали случаи беспощадного истребления в разгар работы, но еще хуже, когда театр прекращался во время представления. Разыгрывались водевили, сцены Лейкина и неизвестных авторов. <…> Я играл женские роли. И это как-то повелось. <…> Исполняя женские роли в нашем театре, я имел еще одну обязанность. Я всех гримировал. Средства были незамысловатые: жженая пробка, печная сажа и малярная краска. <…> Состав зрителей нашего театра: найденовские фабричные, пололки с Всехсвятского огорода и монахи Андрониева монастыря» (Подстриженными глазами. С. 88–90). См. также: «Я <…> вспомнил <…> наши домашние спектакли, мои выступления — я играл добродушных пьянчужек, но особенно отличался в женских ролях, мой голос чаровал…» (Иверень. С. 100–101).

С. 125. …16 августа торчала гимназия… — 15 августа — окончание Успенского поста (1-15 авг.). «А 23-го или 25 августа, смотря по календарю, начиналась учебная страда» (Дон-Аминадо. Поезд на третьем пути. М., 1991. С. 11).

С. 126. …шинели и курточки ни на какую стать… — в кн. «Подстриженными глазами» не раз вспоминается «работа знаменитого портного с Костомаровки Павла Павлыча, по прозвищу Поль Уже» (С. 46.), который шил братьям Ремизовым «гимназические куртки и шинели на рост» (С. 52).

С. 127. Тучки небесные, вечные странники!.. — Начальная строфа стих. М. Ю. Лермонтова «Тучи» (1840).

С. 128. …на каторге театр устраивали… — подразумевается гл. XI («Представление») части 1 «Записок из Мертвого дома» Ф. М. Достоевского.

С. 131. …видя в нем свою породу огорелышвескую. — Ср. в кн. «Иверень»: «Старики служащие сколько раз уверяли меня, что я "вылитый дядюшка" и как хожу и повороты, и как всматриваюсь и прислушиваюсь. Пусть они правы, почему нет? — тут ничего необыкновенного — я похож на мать, стало быть не в Ремизовых, а в Найденовых. Но не могу я поверить, что мой голос хоть чем-нибудь напоминает этот единственный страшный голос, какой только мне приходилось слышать» (С. 42); в кн. «Подстриженными глазами» Ремизов называет Н. А. Найденова «мой двойник» (С. 218).

…не спускал Коле ни одной шалости. — Ср. с мотивом «тайной любви — явной ненависти» в изображении Мережковским взаимоотношений между царем Петром и царевичем Алексеем, например: «Словно положен был на них беспощадный зарок: быть вечно друг другу родными и чуждыми, тайно друг друга любить, явно ненавидеть» (Мережковский 4. С. 257).

С. 132. Воздвижение — церковный праздник Воздвижения Честного Креста в воспоминание обретения византийской царицей Еленой Креста Господня, воздвигнутого ею на поклонение, 14 сентября.

С. 133. …весь грех приписывала лекарствам. — Очевидная отсылка к событиям, описанным в романе «Братья Карамазовы» и связанным со смертью старца Зосимы. Особенно значимым здесь является упоминание о лекарстве, отсылающее к сцене у гроба старца: «В кресла не сяду и не восхощу себе аки идол поклонения! — загремел отец Ферапонт. — Ныне людие веру святую губят. Покойник, святой-то ваш, — обернулся он толпе, указывая перстом на гроб, — чертей отвергал. Пурганцу от чертей давал. Вот они и развелись у вас, как пауки по углам. А днесь и сам провонял. В сем указание Господне великое видим» (Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч.: В 30 т. Л., 1976. Т. 14. С. 303).

С. 134. Паникадило — большая люстра или подсвечник в церкви.