Когда Восходит Солнце - Hori

девушку, которая только этого и добивалась. Сказал, чтобы не фантазировала, а сам уже складывал картинки красивой миниатюрной девушки с зелёными глазами в белом подвенечном платье.

Прошла любовь, завяли помидоры.

Прости, Адик. Любетской Дмитрий любил Адарию, Марианну и игру в гольф, а Белов Игорь Юрьевич-зеленоглазую вредину, работу и поздние прогулки.

Но каждый день с девушкой проходил как бои за власть. Эта бойкая палка так и хотела поставить себя наверх главенства, на второй ступени поставить отца, и в самый низ-его. Она скидывала его контейнеры с обедом со стола, красила рубашки чернилами и перемешивала сахар и соль, чтобы он случайно посолил кофе или посластил макароны.

Сергей Леонидович был в бешенстве. Он уводил дочь к себе в кабинет чуть ли не пинками, и оттуда доносились ужасные крики. Редко, но бывало, что он её бил. Игорь слышал звуки ударов, которые сопровождались вскриками девушки.

Он едва сидел на месте, и ещё труднее ему давалось делать вид, что он ничего не слышал. Парень сверлил взглядом зеленоглазую, глазки которой были красными от слёз. Она заметно поджимала губы и морщилась, когда садилась за стол или ложилась спать.

Пару дней назад он стал случайным свидетелем разговора Кати со школьной знакомой. Она спрашивала, как понравиться парням, что их привлекает, а что-отталкивает. Такая наивная девочка, она считала, что чтобы понравится мальчику, она должна что-то менять в себе. На самом деле мы выбираем именно тех, кого видим настоящим и открытым. Редко парни соглашаются на фальш отношений, считая себя богами с высоким эго — или как Игорь: согласиться, чтобы увидеть все стороны личности. Фальш и реальность. А потом сравнивать.

Дослушать он не успел. В кармане так не вовремя зазвонил мобильник. Хотя, что тут ожидать — Демидов никогда вовремя не звонит. Была бы воля Игоря, и он бы вообще с ним не общался.

— Какого чёрта ты всё ещё не выехал?! У неё выступление через час! — орал он так, будто к уху приложили рупор. — Сейчас же! Немедленно! Чтобы через пол сама ты и она были на месте! Или вас обоих к стене и на расправу, ясно тебе?!

— Конечно. Я же не глухой.

— Ты ещё мне тут попаясничай! Екатерину за руку и в машину!

Игорь вздохнул. Такие разговоры ему не причиняли удовольствия и уже никакие деньги не могли бы его удержать, если бы не дочь этого шабутного. Двигаясь к ней спокойно, в чёрном костюме и с пистолетом в чехле сбоку, он чувствовал себя в Американском фильме. Он-такой крутой плохой парень, она-отличница и пай-девочка.

— Ты что здесь делаешь?! — закричала она не хуже своего родителя, но у него был приказ. Фантазии снова рухнули. Он сжал её запястье и с силой потащил к выходу. — Да ты совсем?! Отпусти сейчас же!

— Сергей Леонидович отдал приказ. Я выполняю.

— Я укушу тебя, если ты меня не отпустишь!

Он резко остановился, из-за чего девчонка налетела на него и отскочила. Правда, не далеко: рука Игоря всё ещё сжимала запястье. Он посмотрел в её глаза и голос сорвался на хрип.

— Попробуй. — отозвался он и девушка дёрнулась.

А он, оказывается, страшный. Весело.

* * *

Они опоздали. Когда чёрная затонированная “Мазда” подъехала к месту, до начала оставалось десять минут. На крыльцо выбеж начальник уголовной полиции собственной персоной и стал распекать их на чём свет стоит. И вот он почти дошёл до мысли, что прямо сейчас их придушит за такую безответственность, когда парень просто дёрнул Катю за локоть в сторону здания.

— Мы опаздываем, Сергей Леонидович. Сейчас не лучшее время выясненять отношения. — бросил он равнодушно, искоса глядя на мужчину, который превратился просто в бомбу замедленного действия.

Да, Катюш, с отцом тебе не фортит.

Как и обещал Сергей Леонидович-им досталось. Свою дочь строгий отец высек тонким прутом с яблони, а Игорю просто надавал пощёчин и подзатыльников, наорал трёхэтажным матом и урезал зарплату в этом месяце. Тут бы в пору повозмущаться, но вместо мыслей мозг подкинул события, произошедшие сегодня: Сергей Леонидович за ухо проводит дочь до середины коридоры, заставляет её встать на колени и поднимает футболку. Она инстинктно пытается закрыться, но мужчина не даёт.

— Игорь, ну-ка сюда. Подержи её, чтобы не вскочила.

Парень крепко сжимает костлявые плечи подростка, которую просто колотит от страха. Придерживая одной рукой ткань футболки и тем самым оголяя спину, второй рукой, в которой зажат тот самый прут, Сергей Леонидович не особо сильно, но с каким-то едва уловимым свистом опускает на спину дочери череду ударов. Игорь пытался не считать и вообще закрыть глаза, но всё равно мозг сосчитал. Сказался технологический профиль его личности. Двенадцать раз. После он получил приказ отнести Екатерину в спальню и проследить, чтобы она уснула.

С тех пор он просто прекратил жаловаться на неё. Да, может она и виновата, но для ребёнка такое избиение-жестоко. Игорь не понимал, что чувствует к ней, но понимал, что защищать её — дело его чести. И защищать, похоже, надо от родного отца девушки.

В ту субботу он сидел у искусственного камина со свежей газетой. Кресло мирно покачивалось, шуршал ковёр, был девятый час зимнего вечера. Екатерине пол месяца назад исполнилось пятнадцать, она лежала спиной на ковре и читала книгу про каких-то путешественников из Южного Залива.

— К свету повернись, зрение испортишь — прозвучал сзади командный голос. Сергей Леонидович вернулся домой.

Девушка перевернулась на живот, немного двинулась к свету от камина и продолжила читать, не обращая внимания на отца. Он, в прочем, тоже на неё не особо смотрел. Иногда, глядя на эту семейку, становилось вообще не понятно, как они живут. Он прожил тут почти три месяца, но так и не понял их взаимоотношений.

— Игорь, отойдём на пару слов — начальник кивнул головой в сторону коридора. Он встал, они прошлись до двери, оделись и вышли на улицу. Парень достал тонкие дамские сигареты и закурил, дыша холодным морозным воздухом. Скоро Новый год.

— Что по показателям массы? — спросил мужчина, глядя куда-то вдаль, сквозь мир и всё живое.

— Вес почти не набирается. Я подозреваю, что она что-то принимает. Может, какие-то таблетки.

— Комнату на наличие подобного осматривал?

— Да, но не исключено, что она может хранить это не дома. Ещё не каникулы, и она каждый день ходит в школу.

— Ты прав. Над этим подумаю. Сейчас о другом.

Он вздохнул, ещё пару секунд глянул в небо и переместил свои карие глаза на него.

— В понедельник я обязан явиться в участок