Джек Кавано - Пуритане

Не успел Энди войти, как его мать издала сдавленный крик. Трясущейся рукой она указывала мужу на серебро. Лорд и леди Морган в смятении метнулись к сыну и схватили кубки. Повернувшись к гостям спиной, они пытались спрятать их в складках одежды.

— Эй, Перси! — оглушительно заорал один из гостей. — Чего это ты прячешь серебряные кубки?

Энди впервые видел этого человека. Пузатый, изрядно захмелевший, он сидел, развалившись в кресле.

— Тащи кубки сюда. Давай наполним их.

Лорд и леди Морган не шелохнулись.

— Дай мне кубки, — прошептала леди Эвелин, — я отнесу их к нам в комнату.

Лорд Морган оглянулся. Все, кто был в зале, — и слуги и гости — не отрываясь глядели на них. Перси Морган смачно выругался и внезапно наотмашь ударил Энди по лицу.

Такого бедняга не ожидал. Он отлетел к двери и ударился о деревянный косяк. От нестерпимой боли из глаз Энди посыпались искры, и он рухнул, как подкошенный. Книга и нож со стуком упали на пол.

Нанося удар, лорд Перси ослабил хватку, и два кубка со звоном покатились по полу. Леди Морган проворно опустилась на колени, попробовав скрыть их в складках юбки. Но муж остановил ее. Он нагнулся, подобрал с пола сосуды и громко произнес:

— Дамы и господа, возможно, я буду первым, нет, скорее, вторым, — он бросил уничижительный взгляд на Энди, который пытался встать, — кто продемонстрирует вам последнее пополнение фамильной коллекции. За счастье лицезреть эти серебряные кубки поблагодарите моего болвана-сына, Эндрю Моргана!

Лорд Морган швырнул кубки на стол и картинно зааплодировал, жестом приглашая присутствующих присоединиться. Словно в тумане, Энди видел, как все, не исключая слуг, хохоча, хлопают в ладоши.

— За что ты меня ударил? — крикнул он.

— Что?! — саркастически возвысил голос лорд Перси. — Оказывается, этот пентюх умеет разговаривать!

В комнате раздался новый взрыв смеха.

— За что ты меня ударил? — повторил Энди.

— Замолчи! Марш в комнату! — взвизгнула леди Морган. Скрестив руки на груди, она раскачивалась взад-вперед, как маленький ребенок, у которого болит живот.

— Нет! — не унимался Энди. — Я хочу знать, чем я заслужил такое обращение!

В отличие от Филиппа он редко пререкался с родителями. Но сегодня после одержанных за день побед в нем взыграла кровь.

— Он спрашивает, что он сделал не так! — в негодовании воскликнул лорд Перси. — Неужели кто-то еще, кроме этого олуха, не понимает, что он сделал не так?

В ответ послышались гогот и улюлюканье. Гости от души наслаждались представлением, которое оказалось куда забавнее, чем дуэт флейты и мандолины, услаждавший их слух во время ужина.

— Что ж, — подбоченясь, продолжал свое фиглярство лорд Перси, нимало не смущаясь тем, что выставляет сына на всеобщее осмеяние. Делая вид, что подает жалобу в «Звездную палату»[23], он произнес:

— Лорд-канцлер, — после чего отвесил низкий поклон своему пьяному толстопузому дружку, — господа члены Тайного совета[24] и лорд главный судья, — поприветствовал он воображаемых членов «Звездной палаты». — Я намерен доказать вам, что этот дурошлеп, публично продемонстрировавший пример непроходимой тупости, — и он кивнул в сторону Энди, — виновен.

Энди, почувствовал, как к горлу подступает тошнота.

— Он утверждает, что ничего не понимает, ваша честь, — продолжал лорд Перси, — и я готов признать это. Он действительно ничего не понимает. Он тупой, безмозглый болван!

Присутствующие одобрительно рассмеялись и, стуча пивными кружками по столам, заорали:

— Виновен! Виновен!

— Ближе к делу, отец! — крикнул Энди.

Лорд Морган поднял руку, требуя тишины.

— Ну что ж, перейдем к делу. Итак, я хочу задать обвиняемому вопрос. Случалось ли вам раньше путешествовать вместе с семьей?

— Разумеется!

— Разумеется, — насмешливо передразнил сына лорд Морган. — И кто в таких случаях выносил багаж из кареты?

— Мы с Филиппом, — тихо ответил Энди. Он понял, к чему клонит отец.

— На этот раз мне пришлось все делать самому. Я таскал вещи, пока мой безмозглый брат строил из себя рыцаря! — вставил Филипп. Язык у него заплетался. Надо полагать, он уже успел украдкой хлебнуть вина. Мальчишка просто не мог не поиздеваться над Энди при всей честной компании.

Лорд Морган вновь поднял руку:

— А тебе, болван, я слова не давал! — оборвал он своего младшего отпрыска и, обращаясь к Энди, спросил: — Потрудись объяснить нам, почему мы вместе с твоим братом таскали вещи, в то время как кругом было полно здоровенных слуг?

Энди понял: отец выиграл. Даже малым детям было известно, что гостиничные слуги частенько выступали в роли наводчиков. Они встряхивали дорожные сундуки, прислушиваясь, не звенят ли внутри монеты, а еще определяли содержимое багажа по весу и форме. Если им казалось, что у постояльцев есть деньги или драгоценности, они сообщали об этом своим пособникам, и те подстерегали незадачливых путешественников на дороге. Чтобы этого не случилось, сыновья лорда Моргана всегда выносили из кареты свои сундуки сами.

— Я не подумал… — робко начал Энди.

— Он не подумал! — радостно возвысил голос лорд Морган. — Это первое здравое высказывание за долгие годы!

— Прости, я действительно оплошал! — закричал Энди.

— Теперь он просит прощения, — повернувшись к «суду», лорд Морган скроил недовольную гримасу, — да теперь половина английских разбойников выстроится вдоль дороги в Винчестер и будет драться за право ограбить меня!

Энди повернулся, чтобы уйти, но лорд Морган схватил его за руку.

— Мы еще не закончили, — сказал он. — Я хочу знать, как тебе удалось забрать кубки, ведь я не назвал имя ювелира.

— Первым делом я отправился в лавку Карадоса.

— Но там их не было, верно?

— Да.

— И как повел себя Карадос, когда ты спросил его о заказе, который он не выполнял?

— Он разозлился…

— Разозлился?

— Да, ужасно разозлился. Сказал, что больше не намерен иметь с тобой дела.

Лорд Морган задумчиво погладил подбородок.

— Понятно, — протянул он. — И как же ты узнал, кто сделал кубки?

— Мистер Карадос подумал, что ты отдал заказ Саймону Борсу.

Лорд Морган поморщился:

— Борсу! Но ведь и у него не было кубков?

— Не было, — смущенно подтвердил Энди. — Один из продавцов мистера Борса сказал, что ты заказал кубки Гарету.

— Таким образом, уважаемые судьи, дамы и господа, — провозгласил лорд Морган, — теперь не только половина английских грабителей ждет не дождется меня, но и половина ювелиров Стрэнда не захочет иметь со мной дела! За какие грехи Господь послал мне такого сына?

Раздался новый взрыв хохота.

Энди решил, что с него хватит. Конечно, он зря выставил серебряные сосуды на всеобщее обозрение и зря уехал из Виндзора, не выслушав отцовских наставлений, но ему очень хотелось, чтобы эти люди знали, чего ему стоило привезти кубки в целости и сохранности.

— А ты не хочешь спросить, почему я опоздал? — закричал Энди. — Почему моя одежда изорвана и грязна? Откуда у меня на голове рана?

— Так это еще не все! Теперь нам поведают о захватывающих дух приключениях! — воскликнул лорд Морган, обращаясь к своим благодарным слушателям. Он уселся на край стола и скрестил руки на груди. — Что ж, пощекочи нам нервы рассказом о своих подвигах.

— Так вот, — начал Энди, — едва я выехал из Лондона, на меня напали.

— Напали? Кому же пришло в голову напасть на болвана, который едет из Лондона, держа перед собой книгу, на которой выставлены четыре серебряных кубка?

Гости загоготали.

— Ведь в Лондоне это самое обычное дело! — невозмутимо добавил лорд Морган.

При этих словах его толстый приятель свалился от смеха с кресла.

— Кубки лежали в сумке! — пытаясь перекрыть раскаты хохота, Энди перешел на крик. — На меня напали грабители. Двое… Один ударил меня по голове. Они пытались отобрать кубки, но я не позволил им это сделать.

В зале воцарилась тишина.

— Полагаю, ростом они были не меньше семи футов[25], — съязвил лорд Морган.

— Нет, не были, — Энди понял, что дело проиграно.

— Что ж, расскажи нам о злодеях, — попросил отец. — Это были зрелые люди?

— Один.

— А второй?

— Это были старик и девочка.

— Таков мой сын, истинный рыцарь! — воскликнул лорд Морган. — Одной левой он отбил нападение превосходящих вражеских сил, состоящих из девчонки и старика!

— У них был нож! — запротестовал Энди и поднял нож так, чтобы все могли его увидеть.

— Поведай мне, — попросил отец, — как тебе удалось справиться с этими негодяями?

Энди объяснил, как он защищался книгой епископа. Он поднял книгу и вонзил в нее нож, чтобы показать, как глубоко тот вошел внутрь.