Потерянные души Уиллоубрука - Эллен Мари Вайсман

— Вчера вечером, — ответила она. — После часа ночи. Но я уже сказала об этом детективу Нолану. — Сложив на груди руки, она переводила взгляд с врача на следователя и обратно. — Может, кто-нибудь из вас скажет мне, что мы здесь делаем? Вы уже нашли Уэйна Майерса?

— Если хотите ответов, следуйте за мной. — Доктор Болдуин двинулся по коридору, Нолан пошел за ним.

Выругавшись про себя, Сейдж последовала за ними в лифт, пахнущий горячей резиной и затхлой смесью кислого молока и застарелой крови. Через несколько секунд он остановился, распахнув двери в пустынный коридор. Нолан и Сейдж пошли за врачом мимо закрытых дверей с табличками «Лаборатория», «Электрошоковая терапия», «Лоботомия». Сейдж старалась не глядеть на них, устремив взгляд строго вперед и пытаясь не думать, что происходит внутри. Наконец доктор Болдуин остановился у стальных дверей с надписью «Морг», и у нее перехватило дыхание. Сколько моргов нужно Уиллоубруку?

— Розмари там? — спросила она. — Вы нашли на теле улики, которые помогут схватить убийцу?

— Нет, — сказал доктор Болдуин, затем открыл одну из дверей и прошел внутрь.

— Жди здесь, — велел Нолан, следуя за ним.

Отойдя на несколько шагов, Сейдж прислонилась к стене, чувствуя облегчение оттого, что ей, по крайней мере, не придется смотреть на очередное мертвое тело. Затем до нее донеслась отвратительная вонь формалина, сочащаяся из-под дверей, и Сейдж, вспомнив, где находится, отошла от стены. Находиться в больнице Уиллоубрука было само по себе неприятно; ей не хотелось ни до чего дотрагиваться, не хотелось, чтобы хоть какая-то часть ее тела — ни пальто, ни кожа, ни волосы — была доступна яду, пропитавшему кирпичи и раствор. Сунув руки в карманы, она принялась расхаживать по коридору. Доктор Болдуин, вне всяких сомнений, показывает Нолану труп. Но чей? И почему так долго?

Наконец детектив вышел из дверей и, не говоря ни слова, зашагал по коридору к лифту. Доктор Болдуин следовал за ним по пятам. Сейдж поспешила вдогонку.

— Это Эдди? — спросила она.

Нолан нахлобучил шляпу.

— Нет, не Эдди.

— А кто?

— Уэйн Майерс.

Глава двадцать третья

Снова очутившись в грузовом лифте, Сейдж принялась глубоко и размеренно дышать, пытаясь справиться с дурнотой и замешательством, от которых шла кругом голова. Уэйн мертв. А значит, они вернулись к исходной точке.

— Где его нашли? — спросила она у доктора Болдуина, чье бесстрастное лицо было невероятно бледно.

— Служитель морга обнаружил его утром в морозилке, — ответил тот.

— Как он умер? — Ее взгляд метался между ним и Ноланом. — Его убили?

— Стопроцентной уверенности нет, ответил Нолан. — Но очень похоже на то. Пока что можем сказать, что ему перерезали горло. Он в жутком состоянии, так что могут быть и другие повреждения, которых мы пока не можем определить. — Он обратился к доктору Болдуину: — У многих сотрудников есть ключи от морга?

Врач задумчиво сдвинул брови.

— С уверенностью сказать трудно. Сюда имеют доступ санитары, которые перевозят трупы, некоторые врачи и больничные уборщики.

Лифт с рывком остановился, двери раскрылись. Сейдж торопливо вышла и остановилась в тускло освещенном коридоре, ожидая доктора Болдуина.

— Не понимаю, зачем мне надо было заходить внутрь, чтобы узнать о смерти Уэйна Майерса, — сказала она, когда тот вышел. — И вы вроде что-то хотели сказать насчет Эдди?

Детектив Нолан встретился глазами с Болдуином, и между ними словно установилось молчаливое, но не ясное ей понимание: озабоченность или сочувствие. Беги, промелькнуло у нее в мозгу. Но бежать было некуда. И нужно все-таки узнать, при чем тут Эдди.

— Думаю, лучше будет, если я вам покажу, — сказал доктор Болдуин.

* * *

Мокрый снег на улице прекратился, ветер улегся. Завидев Нолана и Сейдж, приближавшихся к нему по стоянке, сержант Кларк завел машину. Как только они уселись, подошел доктор Болдуин и постучал в окошко. Нолан опустил стекло.

— Следуйте за мной к тринадцатому блоку, — сказал врач. — Поставим машины за левым крылом, и я впущу вас через служебный вход.

Сейдж напряглась.

— К тринадцатому? — переспросила она. — Зачем нам туда?

— Поймете на месте, — ответил доктор Болдуин.

Прежде чем она успела что-то добавить, он развернулся и направился к своей машине.

— Вот в это здание я не пойду, — заявила Сейдж Нолану. — Вы меня не заставите.

— Дело твое, — ответил он. — Но единственный способ узнать, кто убил твою сестру и отчима, — это помочь мне понять, что в самом деле тут творится.

Подъехав к нужному зданию, Кларк припарковался за левым крылом рядом с машиной Болдуина.

— Ждите здесь, — бросил ему Нолан. — Мы быстро.

Он вышел и распахнул ее дверцу, но Сейдж замерла на заднем сиденье, собираясь с духом. Образы шестого блока и так будут преследовать ее до конца дней. А если в блоке тринадцать еще хуже? А если доктор Болдуин и впрямь собирается снова запереть ее?

Следователь наклонился и посмотрел на нее через открытую дверцу:

— Идешь?

Она кивнула и вылезла, направившись за ним в конец здания. Доктор Болдуин провел их по коридору мимо металлических дверей, часть из которых были открыты. В одной комнате у дальней стены, как покоробленные цирковые повозки, сгрудились промышленного размера бочки антисептика и тележки уборщиков со швабрами и щетками. В другой вдоль стен стояли шкафчики, табельные часы и практически пустая стойка для хронометражных карточек.

Проходя поворот, ведущий к изолятору, Сейдж почти ожидала увидеть там Уэйна с его мерзкой ухмылкой, готового замотать ее в смирительную рубашку и уволочь в туннели, чтобы перерезать горло.

Но Уэйн мертв. Так кто же там прячется вместо него?

В дальнем конце коридора они подошли к двустворчатым клепаным дверям с табличкой: «Взрослое отделение D».

— Я думал, Уиллоубрук предназначен для детей, — заметил Нолан.

— По большей части так и есть, — подтвердил доктор Болдуин, отпирая двери. — Но дети растут.

Он распахнул одну створку двойной двери и придержал ее, и на них сразу же хлынул знакомый смрад фекалий и антисептика вкупе с кошмарными звуками: бормотанием, стонами и криками. Сейдж с трудом удерживалась от порыва повернуться и броситься бежать.

Миновав сестринский пост и свернув влево, доктор Болдуин остановился у двери с табличкой «Кабинет».

— Подождите здесь, — сказал он, отпирая дверь и пропуская их внутрь.

Внутри в центре помещения, похожего на небольшую приемную, стоял выщербленный стол, окруженный четырьмя деревянными стульями; еще три стула примостились у стены под картиной с изображением пруда посреди лужайки с полевыми цветами.

Через несколько минут доктор Болдуин вернулся; за ним шел санитар, ведя за руку молодого человека. Парень прошаркал в приемную с опущенными глазами на