Живущий Правдой - Сергей Анатольевич Шаповалов

Явились бездельники! Хотите получить хорошую подачку? Спойте-ка мне гимн Ваалу, и не козлиным нытьем, а чисто, так, чтобы душа моя возрадовалась и узрела лик Ваала Всемогущего.

– На похоронах твоих споют, там и узришь.

Паитси огрел его по лбу посохом с такой силой, что даже прочное дубовое древко треснуло пополам. Бесчувственного управителя оттащили в кусты. Мнимые жрецы тихо проникли во двор. Из кухни доносился веселый грохот посуды и аппетитное шипение масла. В покоях ярко горели светильники. Слуги носились с кувшинами и подносами, накрывая праздничный стол. Амени остановил одного из слуг.

– Подскажи, где господин. Я с поручением от верховного жреца.

– Господин в своих покоях.

Амени направился в дом.

– Чего надо? – остановил его сторож.

– Послание из храма, – вновь соврал Амени.

– Господин принимает важного гостя. Подожди.

– Слушаюсь.

Паитси подкрался сзади, набросился и придушил сторожа.

Заговорщики все впятером ворвались в дом. Но комната главы торговцев оказалась пуста. Недопитое вино осталось стоять среди подносов с фруктами на изящном каменном столе.

– Куда он делся? – Хармхаб заглянул за ширму, где обычно стояла кровать. И там пусто.

– Тихо! – призвал Паитси. Все замерли. – Тайная дверь. – Он указал на еле заметную щель в стене. – Внизу глубокий подвал. Меня там держали, пока не отвезли на мельницу, – вспомнил бывший пленник.

Заговорщики подкрались к двери. Хармхаб припал глазом к щели. Крутая каменная лесенка вела в темноту. Заговорщики, стараясь не шуметь, спустились по узкому проходу и очутились возле второй двери. Пахло сыростью и старым вином. Сквозь приоткрытую створку пробивался неяркий свет. Хармхаб разглядел просторный погреб, заставленный большими керамическими кувшинами.

– Очень маленькая плата за такую работу, – Хармхаб узнал голос старшего торговца. Вскоре он и сам вышел на свет.

– Убить кучку бродяг? Ты считаешь, я мало заплатил? – негодовал его собеседник. На этот раз Хармхаб почувствовал, как лицо наливается кровью от гнева. Небнуфе! Его голос.

– Он имел при себе особый знак: анх, обвитый коброй. Только великая каста дарует такой знак своим посланникам, да и то – не всякому. Вот он! – Торговец повертел перед носом Небнуфе крест жизни, тот самый, что Аменнеф вручил Хармхабу, а Хармхаб передал Паитси.

– И что из того? Ты же выполнил его просьбу: дал оружие и колесницы. Мой слуга с воинами Азиру перебил их всех в пустыне. Теперь осталось за малым: умертвить оставшихся.

– Ты со мной не искренен, – упрекнул его старший торговец. – За дурака держишь?

– Откуда такое недоверие? – натянуто засмеялся Небнуфе.

– Думаешь, я не знаю, кто тот посланник? Уж очень он похож на Хармхаба.

Небнуфе вздрогнул, но все же совладал с собой.

– Может, он похож на полководца? Насколько мне известно: Хармхаб находится в Куши и занимается армией. Что ему здесь делать? Сам подумай.

– Встречать сына Суппилулиумы.

– Ты и это знаешь? – Глухо произнес Небнуфе. Улыбка сошла с его лица.

– Тир – особый город, и люди здесь особые. Нам известно все, и обмануть нас невозможно. Но мы покладистые – всему знаем свою цену.

– Продажны! – сквозь зубы процедил Небнуфе.

– Как будет угодно, – не смутился торговец. – В Тире не живут землепашцы и пастухи, даже ремесленников мало. Мы все здесь – хитрые торгаши. Мы покупаем и продаем, но нас нельзя купить, и мы сами не продаемся. Я тебе оказал услугу, хочу получить за работу и назначаю плату. Не устраивает цена – прощай! Нам не о чем говорить. Сегодня праздник, и я сильно занят.

– Хорошо, хорошо! – сдался Небнуфе. – С собой у меня нет столько золота, сколько ты запросил. Но я раскрою тебе одну тайну. Я скрытно вел переговоры с Суппилулиумой. Мы поделили все земли от Кадеша до Джару…

– Вы поделили? – усмехнулся торговец и недоверчиво спросил: – Но ты-то тут при чем?

– Подумай сам: юный правитель ушел на запад, не оставив наследника; Эйя готов предаться в руки пеленальщикам – старик долго не протянет; кости Хармхаба сейчас глодают шакалы. Кто взойдет на трон Обеих Земель?

– Не высоко ли замахнулся?

– В настоящее время мой Дом самый могущественный на берегах Хапи.

– Предположим! И если тебе удастся?

– Когда стану правителем, я могу наделить особыми привилегиями торговцев из Тира и снизить размер податей, – с жаром пообещал Небнуфе. – Только вы будете иметь право торговать с Кемет древесиной.

– Ну, подати мы и так не платим… Привилегии… особые… Насчет торговли кедром надо подумать.

– Не тяни. Где женщины? – нетерпеливо требовал Небнуфе.

– Я их спрятал.

– Убей.

– Убить? – все хитрил старший торговец. – Может, я ошибаюсь, но чайка прилетела с моря и нашептала, что одна из них дочь Эхнейота. Ты предлагаешь мне совершить непростительный грех: поднять руку на Дочь Солнца. Такой грех очень дорого стоит. Я опять вынужден поднять цену. И не хочу ждать, когда ты наденешь корону Обеих Земель. А может вообще не наденешь.

– Ты много знаешь, – согласился Небнуфе. – Очень много знаешь. – Неуловимое движение, из горла старшего торговца фонтаном брызнула кровь. Он свалился на каменный пол, хватаясь за шею. Глаза выражали удивление. По телу пробежала последняя судорога. Небнуфе плюнул в посиневшее лицо торгаша. – Кого ты из себя возомнил, шакал?

Небнуфе бросился шарить по всему погребу. Он переворачивал кувшины, ощупывал стены, ворошил солому. Наконец рука его на что-то наткнулась. Он отодвинул хлам, заваливший тайную дверь, и распахнул ее. За дверью оказалась ниша, закрытая прочной металлической решеткой. Небнуфе чуть не закричал от радости. Меритре и Нессемут находились внутри. Бедные девушки сидели прямо на каменном полу, прижавшись друг к другу.

– Вот вы где! Птички в клетке! – Довольно произнес он. Огляделся. На глаза ему попалась куча соломы, что подкладывают под кувшины. Он сгреб солому к решетке, туда же набросал каких-то досок и потянулся за факелом.

– Остановись! – Потребовала Меритре. – Если ты посмеешь нас убить, тебе не будет покоя в загробной жизни.

– Не пугай, – усмехнулся Небнуфе. – Сегодня ты ответишь за все: за смерть моих братьев, за разгромленный Хутуарет, за мои унижения. А я скоро буду правителем, Сыном Солнца, Богом. А вы здесь зажаритесь.

– Не спеши!

Небнуфе вздрогнул и обернулся. Лицо его перекосил ужас.

– Хармхаб? – он как-то сгорбился, потерял уверенность в движениях.

– Нет – его призрак. Открой клеть и выпусти женщин.

Небнуфе беспрекословно подчинился. Меритре бросилась в объятия Амени, а Расесси обнял свою жену.

– Мы все слышали, что ты тут наговорил, правитель, – зло усмехнулся Хармхаб. – Сам себе язык отрежешь или помочь?

Руки предателя тряслись, глаза испуганно бегали.

– Что вы со мной намерены делать? – совладал он с собой. – Я важное государственное лицо.

– Готовься к смерти, – безразлично ответил Хармхаб и вынул свой хеттский меч.

– Послушайте, вы не сможете вырваться из города. У меня в порту стоит корабль. Я могу вас вывезти морем, – хоть как-то пытался спастись Небнуфе.

– Мы все сможем, – разочаровал его Хармхаб. – И за корабль спасибо. Обязательно воспользуемся, но без тебя.

– Вы же не будете убивать беззащитного, – Небнуфе совсем побледнел. – У меня в руках анх. Я под защитой Амуна. –