Во дни усобиц - Олег Игоревич Яковлев
«Вовремя жена вмешалась. Мне бы от стрыя досталось на орехи! И всё из-за этого Фармана! – пронеслось у него в голове. – Да нет, не только из-за него. Все они тут, в Новгороде, меня недолюбливают! Вольные люди! Леготные грамоты!»
Он незаметно стиснул под столом десницу в кулак.
Глава 53. На Тимише
Кони мчались по ковыльной траве наперегонки с лёгкими шарами перекати-поля. Пыльные уста всадников иссохлись, руки почернели и измозолились от грубых поводьев, лица обжигал горячий ветер. Безлюдье царило на бескрайних просторах, всякая живность попряталась от знойных солнечных лучей, только четверо комонных бесстрашно неслись по шуршащей траве.
– Тимиш, – указал проводник-волох на мелькнувшую впереди посреди дикого разнотравья узкую ленточку реки.
– Приехали. – Коломан резко натянул поводья и, отплёвываясь, обернулся на слугу – высокого подростка в войлочной шапке. – Помоги сойти с коня!
Талец устало смахнул со лба пот и спешился вслед за королевичем.
Вчетвером они оторвались от остальной рати и не один час галопом скакали под палящим солнцем.
– За Тимишем на многие вёрсты – ничья земля. Селятся волохи[230], многие из них – данники печенегов, – разъяснял Коломан, указывая поданным слугой посохом на восток. – Отсюда они и налетают на наши сёла и города. Жгут, грабят, убивают народ. После них остаётся один пепел и дым.
– Знакомые дела, – мрачно кивнул Талец. Он осмотрелся по сторонам, задумчиво прошёлся по траве, взобрался на невысокий приречный холм.
Глубокая складка пробежала по челу молодца, он быстро спустился обратно и сказал:
– Есть у меня задумка, крулевич.
– Говори! – Коломан оживился. Он мыл руки и лицо водой из поданного отроком кувшина.
– Длани смозолил. – Морщась от боли, королевич взирал на свои истёртые в кровь ладони. – Кирие элейсон! Грехи тяжкие!
– За холмами, мыслю, надоть засадной полк поставить. С реки его не видать. И сторожи по степи рассыпать.
– Печенеги пойдут по шляху. – Коломан показал посохом на узкую пыльную дорогу, петляющую за небесно-голубой гладью Тимиша. – В этом месте есть брод.
– Тогда тут вот мы их и подстережём. Повадки степняков мне ведомы. Нападают они всякий раз кучей, лавой. Как бой завяжется, засадной полк выскочит – и печенегам в спину. Об одном тя прошу, крулевич: отряди меня в тот полк.
– Отряжу, – кивнул Коломан. – И не просто отряжу – во главу полка поставлю. Едем назад, к войску.
Слуга помог ему взобраться в седло. Опять, вздымая пыль, понеслись четверо всадников по дикому полю.
…К воинскому стану они подлетели уже вечером, в свете багряной зари.
– Барона Карла, воеводу Уголана ко мне в шатёр! – властно приказал Коломан, едва они спешились. – И ты, Димитрий, иди тоже.
Они сидели на кошмах друг против друга. Немецкий барон Карл, краснорожий пожилой немец, родом из Саксонии, облачённый в кольчугу, в бутурлыках[231] на ногах, смотрел на Тальца с нескрываемой неприязнью. Воевода Уголан, дикий косматый угр в кольчужном калантыре, хитровато щурил узкие глаза и кривил в усмешке сухие губы.
– Тако, как ваши ратники привыкли биться, отрядами-заступами, супротив печенегов не пойдёт, – говорил не спеша, взвешивая каждое слово, Талец. – Не люб мадьярам ближний бой – на мечах, на саблях. Токмо бьют ворогов издалеча, стрелами.
– Что в том плохого? – перебил Тальца Уголан. – Любой наш воин бьёт на лету жаворонка в небе.
– Вот слушаю тебя, воевода сильный и могучий, и дивлюсь: нешто[232] печенеги – жаворонки?! – Талец развёл руками и через силу рассмеялся.
– Дорогой герцог, не пристало вам слушать этого нечестивого схизматика! – возмутился барон Карл. – Положитесь на нас, немецких рыцарей. Мы разнесём в клочья всю эту печенежскую сволочь! Доблестные германцы не раз крушили разрозненные толпы дикарей! В трудные часы они всегда были опорой вашего покойного отца, короля Гезы!
– Наш дорогой барон, вероятно, забыл, как улепётывал от одной такой нестройной толпы. Вместе с лучшими германскими воинами, – насмешливо заметил Коломан. – Нет, Димитрий прав. Нужно собрать все наши силы в кулак и ударить по проклятым грабителям! – Коломан гневно стиснул пальцы.
Лицо его исказила судорога боли – кровавые мозоли давали о себе знать.
– Дозволь продолжить, крулевич, – попросил Талец и, уловив одобрительный кивок Коломана, промолвил: – В засадной полк, разумею, выделить надоть лучших мечников. Чтоб перенять печенегов у брода, не дать им уйти, взять в полон жён их и детей. Новые христиане будут, новая паства вашему папе, новые подданные крулю. Вели собирать людей. Мыслю, полк мой должон сей же нощью на Тимиш уйти.
– Правильно думаешь, – согласился королевич. – Иди. И да помогут нам Бог и Божья Матерь!
Он перекрестился на икону Богоматери, знаком велел всем выйти, опустился на колени и зашептал молитву.
…Над степными курганами всходило золотистое солнце. Тишина царила вокруг, только журчал на дне оврага ручей да щебетали в дубравах и перелесках пробудившиеся птицы. Талец, прикрываясь ладонью от солнца, глянул за реку. По пыльной дороге катились шары перекати-поля, на ветру колыхались высокие цветки подсолнечника, мелькнул в траве пушистый хвост степной лисицы – корсака.
Талец неторопливо спустился в овраг. Там стояли осёдланные кони, вокруг них смуглолицые угры играли в зернь и шумно спорили. На Тальца смотрели с насторожённостью и опаской, замолкали, когда он подходил, знали: этот молодой русс в большой милости у королевича Коломана.
Громко зашуршала трава, раздался топот копыт и плеск воды в реке. К Тальцу подлетел, резко осадив статного буланого коня, волох из сторожи. Голову всадника покрывала чёрная баранья шапка, туловище и плечи облегал лёгкий жупан[233], на поясе бряцал широкий кривой меч.
– Воевода, печенеги идут к броду. За рекой слышен скрип телег. Большая рать движется.
Талец подозвал начальников отрядов – сотников и десятников, коротко приказал:
– Изготовьтесь к бою. Костры потушите, оседлайте коней. Будем сожидать. Дам знак, налетим!
Молча слушали его опытные бывалые воины с посечёнными саблями лицами. За плечами у каждого из них была не одна битва, и многие с явной неохотой подчинялись велениям никому не ведомого юнца.
«Жаль, короля Ласло нет тут с нами», – вздыхали они про себя, с сомнением думая об уродце Коломане, который поставил их под начало молодого иноземца, ещё ничем не проявившего себя в жаркой сече.
Прячась в высокой траве, Талец и его люди затаив дыхание смотрели на шлях. Вот заклубилась вдали пыль, поднялись в воздух стаи галок и воронья, раздался так хорошо знакомый Тальцу скрип несмазанных колёс. Нестройной толпой, лавиной растекались по степи всадники на низкорослых конях, в мохнатых шапках, в кожаных доспехах, некоторые – в броне и юшманах. С дикими гортанными воплями и
Откройте для себя мир чтения на siteknig.com - месте, где каждая книга оживает прямо в браузере. Здесь вас уже ждёт произведение Во дни усобиц - Олег Игоревич Яковлев, относящееся к жанру Историческая проза. Никаких регистраций, никаких преград - только вы и история, доступная в полном формате. Наш литературный портал создан для тех, кто любит комфорт: хотите читать с телефона - пожалуйста; предпочитаете ноутбук - идеально! Все книги открываются моментально и представлены полностью, без сокращений и скрытых страниц. Каталог жанров поможет вам быстро найти что-то по настроению: увлекательный роман, динамичное фэнтези, глубокую классику или лёгкое чтение перед сном. Мы ежедневно расширяем библиотеку, добавляя новые произведения, чтобы вам всегда было что открыть "на потом". Сегодня на siteknig.com доступно более 200000 книг - и каждая готова стать вашей новой любимой. Просто выбирайте, открывайте и наслаждайтесь чтением там, где вам удобно.
