Тень Химавата - Сергей Сергеевич Суханов

узкие улочки под защиту глинобитных заборов, заходили в пастады[217], стучались в дома.

Хозяева испуганно выглядывали наружу, но выслушав Мирона, тут же распахивали двери. Вскоре дом наполнялся жизнью, а из двора выбегал кто-то из сыновей со свертком в руках, чтобы сообщить надежным людям о начале восстания.

У Северных ворот разгорелась жаркая схватка.

Здесь саки не спали, поэтому напасть неожиданно не получилось. Заметив крадущихся людей, они подняли тревогу. Тогда греки, уже не таясь, выхватили оружие и бросились на врага.

Часовой размахнулся, чтобы рубануть акинаком подбежавшего диверсанта. Тот резко присел, пропустив меч над головой, а потом ткнул его кинжалом в живот.

Другой сак хладнокровно поднял подскочившего с мечом грека на копье, но тут же получил режущий удар под колено и с криком повалился на бок. Его прикончили выверенным уколом в шею.

Еще один дрался как сумасшедший, похоже оказался опытным воином. Уже двое греков корчились на земле, получив смертельные раны. Но вот в воздухе промелькнул нож, и сак, издав сдавленный хрип, рухнул лицом в грязь.

Диверсанты с трудом подняли балку, запирающую массивные створки. Те нехотя, со скрипом, разошлись в стороны. Один из греков упал, получив стрелу в спину. Товарищ выхватил факел из кольца, выскочил наружу.

Карийцы увидели, что у Северных ворот заплясал язычок пламени – условленный сигнал. Тогда они запалили сложенный у воды костер и поскакали к крепости. А вслед за ними к переправе уже мчалась конница Эрнака.

Город проснулся. Повсюду загорались огни. К агоре сбегались вооруженные чем попало греки. Многие сжимали в руке полученный от диверсантов меч.

В переулках и на площадях завязалась рукопашная схватка. Мужчины облепляли всадников словно мухи, стаскивали с лошадей, а женщины добивали их на земле лопатами и мотыгами. Дети подбирались к раненым сакам, наваливались гурьбой, тыкая в гада всем, что было под рукой – ножом, шилом, гвоздем…

Обезумевшие от ненависти, истерзанные и опозоренные жители Сиркапа жаждали одного – мести.

4

Утром следующего дня, когда они снова уселись на ковре, Санкарсан спросил:

– Что главное в астрологии?

– Звезды, потому что в переводе с греческого это слово означает «наука о звездах».

– Точнее.

Иешуа задумался.

– Звездный свет.

– Верно, – довольно заключил астролог. – А также солнечный свет, отраженный грахами, то есть планетами. Ты ведь заметил, что Луна меняет цвет?

– Еще как! Иногда она голубоватая, иногда с красноватым оттенком… Бывает даже серая, словно ее присыпали дешевой мукой.

– На самом деле свойства света, а значит, и окрас Луны зависят от невидимых глазом колебаний космоса.

– Вибрация Всеединого! – ахнул Иешуа. – Ты говоришь о том, что я когда-то узнал от Белшаццара, жреца бога Тота.

– Хорошо, – Санкарсан не мог скрыть радости, все указывало на то, что он имеет дело со знающим человеком. – Подготовленному человеку легче объяснить принципы джиотиш.

Он тщательно растер кисти рук, словно собираясь играть на струнном инструменте.

– Итак, свет любого небесного тела – маленькой Луны или огромного Солнца, близкого к нам Марса или далекого Сатурна – оказывает влияние на всех людей, на каждого человека в отдельности, а также на окружающую нас природу, в том числе и неживые объекты.

Иешуа вставил:

– Иначе говоря, одновременно на три плана вселенной: материю, мышление и дух, которые взаимодействуют согласно принципу Соответствия. Так учил великий Тот, которого греки назвали Гермесом Трисмегистом.

– Точно! – воскликнул астролог. – Мы понимаем друг друга. Вся ведическая религия построена на единстве реальности. Далее… Перемещаясь по небу, грахи пересекают условные прямые линии, соединяющие далекие звезды и Землю, при этом они оказываются внутри того или иного раши, или, по-гречески, «созвездия». Граха отражает свет звезд так же, как атман отражает свет Брахмана.

Иешуа улыбнулся, закивал головой, восхищаясь точностью и красотой сравнения.

Санкарсан продолжил:

– Суммарный свет, который попадает на Землю в каждой точке ее траектории, влияет на жизнь людей. За многие века существования джиотиш астрологи составили таблицу расположения грах в раши. Свет вечен, а значит, комбинации повторяются. По этой таблице можно предсказать будущее. Например, мы знаем, что, когда Шани входит в Рохини, а греки сказали бы «Сатурн входит в Тельца», велика вероятность засухи. Ведь так уже было! Поэтому заранее запасаемся зерном и другим провиантом. Естественно, предсказание содержит долю погрешности, ведь не бывает ничего абсолютно схожего.

Иешуа смутился.

– В Эрец-Исраэль гадание считается волхованием, то есть колдовством, за него полагается казнь камнями.

– Ты в Бхаратаварше, здесь можно, – мягко возразил Санкарсан. – Мы все так живем… Брахманы перед свадьбой заказывают джанма-кундали, то есть личный гороскоп жениха и невесты, чтобы понять, будут они счастливы вместе или нет… Да и вообще по гороскопу жить намного легче: простолюдин заранее знает, в какой день хорошо зачать ребенка или приступить к строительству нового дома, а махараджа ждет особого расположения грах для объявления войны соседнему царству.

Санкарсан пододвинул к ученику поднос с финиками: голод обостряет чувства, но притупляет мышление.

Он не умолкал.

– Каждый орган человеческого тела лечится с помощью растений и минералов. Астролог знает, какие именно снадобья, в каких пропорциях и в какой день лучше всего подходят для противодействия дурному свету грах. Риши – или «Видящие свет» – помогут выбрать мантру и узнать подходящий момент для жертвоприношения…

Время неумолимо бежало. Свежее утро сменилось душным, ленивым полднем. Но даже обедая, друзья не прекращали беседу.

– Посвятивший себя садхане, другими словами, духовному пути, выбирает себе гуру из числа риши. Твой гуру – это я. Кстати, неплохой выбор, – Санкарсан подмигнул Иешуа. – А чем хороший гуру отличается от плохого?

Иудей ответил улыбкой.

Астролог довольно заявил:

– Тем, что не перегружает память ученика заумными рассуждениями и цифрами. Лучший способ запомнить науку – это миф или легенда.

И он рассказал историю о том, как Солнце вместе с Луной раздавали планетам дома для управления. Солнцу хотелось показать великодушие и щедрость, а Луна из зависти к его могуществу во всем ему подражала. Поэтому каждая планета получила по два созвездия.

Первым к ним обратился Меркурий, как планета интеллекта и общительности, его примеру последовали остальные. Сатурн – самая удаленная от Солнца планета – получил свой дом последним.

Солнцу и Луне осталось всего по одному дому.

Затем Санкарсан объяснил, что главным светилом в джиотиш считается Солнце. Оно управляет созвездием Льва. Каждая планета руководит частью человеческого сознания. Солнце – это дух. Луна отвечает за эмоции человека. Меркурий – за мышление. Венера порождает желания, которые реализуются Марсом. Юпитер преобразует действия в мудрость. Сатурн порождает самоограничение и сдержанность.

Так они и жили, день за днем обсуждая тонкости астрологии. Бхарат учил иудея шести видам джиотиш – от умения наблюдать за Солнцем, Луной и планетами до искусства делать правильные выводы на основе этих наблюдений, а также производить точные расчеты.

За время, проведенное в доме Санкарсана, Иешуа узнал, что работа астролога заключается не только в изучении планет и совершении необходимых для составления