Алан Савадж - Последний знаменный

Роберт объяснил ситуацию Монике.

— Дайте мне оружие, — попросила она. — Я раньше стреляла из ружья.

— Я думаю, лучше всего будет, если ты ляжешь на дно лодки, — ответил он.

— А в это время вы будете драться за меня? Зачем это вам, мсье?

— Я буду драться и за себя тоже, Моника. Моя безопасность, так же как и твоя, зависит от того, достигнем ли мы Тяньцзиня.

Люди Чжоу приготовили ужин, и после трапезы все отправились отдыхать, выставив часовых, хотя окрестности казались совершенно безлюдными; однако днем они миновали тлеющие развалины деревни — возможно, ее обитатели попытались отвергнуть требования «боксеров» предоставить им еду. Существовала и вероятность, что все население было эвакуировано ввиду приближения противника. Роберт спал чутко. Еще не рассвело, когда его разбудил Чжоу.

— Всадники, — сообщил он.

Роберт сел и прислушался к звону сбруи и звяканью оружия. Часовой, первым доложивший о шуме, указал вниз по реке.

— У «боксеров» нет кавалерии, — заметил Роберт. — То, должно быть, патруль варваров.

— Сомневаюсь, хозяин, — возразил Чжоу. — По-моему, это знаменные.

— Тогда надо договориться с ними, чтобы они нас пропустили.

Роберт поднял своих людей и призвал их проявлять миролюбие, если дело не дойдет до стычки. Затем они поели и стали ждать рассвета.

Когда рассвело, они увидели в полумиле отряд верховых знаменных, также ожидающих зари. Теперь десяток солдат во главе с капитаном приближался к сампану.

— Баррингтон! — Роберт встал на палубе. — Вы арестованы, — сказал капитан. — Вы должны вернуться с нами в Пекин.

— Чей это приказ? — поинтересовался Роберт.

— Это приказ вдовствующей императрицы. — Роберт нахмурился, пытаясь обдумать ситуацию. Мог ли гонец незамеченным обогнать их ночью? Капитан знаменных ухмыльнулся: — Телеграфная линия восстановлена, Баррингтон. До Янцуни, во всяком случае, вы не знали?

Такая возможность даже не приходила ему в голову.

— У меня на сампане двенадцать человек, — сказал он капитану. — Каждый вооружен магазинной винтовкой. И я бы просил пропустить нас.

Капитан был поражен:

— Вы отказываетесь подчиниться Цыси?

— В данном случае да. Отчаливаем, Шан.

Капитан сампана кликнул матросов, и они вышли на палубу отвязать канаты. Роберт подал знак Чжоу, чтобы он и его люди показались знаменным и продемонстрировали свое оружие.

— Вы бросаете открытый вызов Цыси, поэтому должны умереть, — предупредил капитан знаменных.

— Не сегодня утром, капитан. Разве что вы хотите умереть первым.

Капитан колебался недолго, но вскочил в седло и поехал к своему подразделению, сопровождаемый эскортом.

— Они сейчас на нас нападут, — предположил Чжоу.

Роберт кивнул.

— Выходи на стремнину, Шан, и пусть твои люди как следует поработают.

Взлетели в воздух весла, и сампан рванулся вперед. Моника вышла из-под тента и посмотрела вслед всадникам.

— Будет бой?

— Подозреваю, что да. Оставайся в укрытии.

Наблюдая, как знаменные седлают лошадей, он приказал Чжоу и его людям приготовиться отразить нападение. К этому времени сампан развил хорошую скорость. Затем, к удивлению Роберта, знаменные построились в колонну по четыре и галопом поскакали параллельно реке. Через несколько минут они скрылись за срезом берега.

— Они собираются остановить нас в Янцуни, — сказал Чжоу. — Там нам придется проходить под железнодорожным мостом.

— Да, — задумчиво согласился Роберт. — В нескольких милях отсюда слева, кажется, впадает река, не так ли?

— Это так. Но приток ведет в озеро, и оттуда нет выхода в реку.

— Мы тем не менее попытаемся уйти от преследования, — сказал Роберт. — Пройдя озеро, мы бросим сампан и пешком дойдем до реки. Там всего несколько миль до арсенала напротив Тяньцзиня.

Чжоу по-прежнему сомневался, но не решился спорить со своим хозяином. Они поплыли дальше вниз по реке и через час увидели протоку, уходящую влево от восточного берега. Шан переложил рулевое весло, и сампан начал поворачиваться. И тут взорам людей, находящихся на сампане, предстала шеренга знаменных, выстроившихся на дальнем берегу реки и целящихся в них. Роберт понял, что капитан знаменных разгадал его план, и тут раздался залп.

— Назад! — закричал Роберт, видя, что протока слишком узка и они окажутся слишком близко к противнику, чтобы вести бой. Один из людей Чжоу уже получил пулю и упал на дно лодки, крича от боли. Даже сквозь рев команд Шана Роберт разобрал стрекот пулемета Гочкисса и почувствовал дрожание сампана, когда град пуль обрушился на деревянный корпус. Мгновенно судно начало наполняться водой и крениться на один борт. Пули достали еще двоих людей в лодке: один был убит и поплыл по реке вниз лицом.

— Мы тонем! — закричал Шан.

— Гребите к дальнему берегу, — оборвал его Роберт.

Моника выглянула из-под тента:

— Здесь полно воды.

— Ты ранена?

— Нет. Со мной все в порядке.

— Тогда не поднимай голову.

Гочкисс продолжал стучать, а наполненный водой сампан развернулся вокруг своей оси. Его вынесло на стремнину. Чжоу и двое оставшихся в живых его людей укрылись за планширом и храбро отвечали на огонь, но все матросы Шана попрыгали за борт. Они знали: сампан не дойдет до западного берега.

Роберт убрал револьвер в кобуру.

— Покинуть лодку, — приказал он оставшимся. — Плывите к берегу. — Затем наклонился под тент, где Моника, стоя на коленях по бедра в воде, смотрела на него округлившимися глазами. Как ни странно, она не выглядела испуганной. — Нам придется плыть, — предупредил он ее.

— Я не умею плавать. Оставьте меня, мсье, и спасайтесь.

— Живее! — Он схватил ее за руку, и она не успела возразить, как Роберт перемахнул через перила и прыгнул за борт, увлекая ее за собой. Они ударились о воду, подняв столб брызг. Роберт сразу же перевернулся на спину и, держа Монику за плечи, энергично работая ногами, поплыл к берегу, постепенно сносимый течением. Некоторое время сампан заслонял их от знаменных, которые продолжали стрелять по тонущему судну, быстро погружающемуся в воду. Через несколько секунд оно скрылось под водой с булькающим звуком, оставив на поверхности только водоворот; тент оторвался и поплыл вниз по течению.

К этому времени течение уже снесло Роберта ниже позиций знаменных. Но они и без того были заняты теми членами экипажа, которые поплыли к ближнему берегу и были теперь окружены и арестованы. Бедные, они почти неизбежно будут казнены, но Роберт не мог сейчас им ничем помочь: он должен был позаботиться о Монике. Она старалась совсем не шевелиться, в очередной раз полностью вверяя ему свою жизнь несмотря на то, что до сих пор все его усилия обезопасить ее оставались безуспешными. Наконец его ноги коснулись дна, и в следующий момент они уже оказались в кустах, растущих вдоль воды. И очень вовремя, так как их заметили, и вслед им прозвучало несколько выстрелов.

Роберт прикрыл девушку своим телом и прижал ее к земле, любое шевеление могло их выдать. Еще несколько раз выстрелив наугад, знаменные опять обратили все свое внимание на членов экипажа сампана.

— Нам необходимо вскарабкаться на берег, — объяснил он ей. Наверху виднелись деревья и кусты. — Если они тебя заметят, то будут стрелять. Спрячься за деревьями и жди, пока я тебя разыщу. — Он взглянул на нее. — Готова?

— Пожалуйста, не оставляйте меня, — попросила она.

Он улыбнулся.

— Никогда. Давай! — Роберт подтолкнул ее за бедра вверх. Моника достигла вершины склона и, благоразумно не поднимаясь на ноги, быстро перекатилась и исчезла из поля зрения. Он наблюдал, как она скрылась за деревьями. С противоположного берега не отреагировали, там знаменные готовились конвоировать связанных пленных и садились на коней.

Роберт последовал примеру Моники и скатился в кусты позади девушки.

— Несчастные люди, — пожалела она слуг Роберта. — Их всех перебили?

— Скорее всего так. Или скоро перебьют.

— И все из-за меня, — удрученно сказала она.

— Все из-за меня. Они были моими слугами.

— А что станет с нами? — спросила девушка.

— Мы должны попытаться добраться до низовьев Ханьхэ. Сейчас мы не на том берегу обеих рек, текущих к Тяньцзиню, который нам нужен, поэтому давайте раздобудем какую-нибудь лодку. Но до темноты придется сидеть здесь. — Она через листву деревьев взглянула на солнце — еще далеко даже до полудня. — Да, ждать придется долго, — подтвердил он ее наблюдение. — И мы можем немного проголодаться. Первое, что бы я предложил — снять одежду. Я пойду вон туда.

Роберт отполз от девушки на некоторое расстояние, снял рубашку и панталоны, нашел солнечное местечко, где можно было расстелить одежду и согреться самому. Затем он проверил револьвер и патронташ; они, похоже, в порядке — значит, Роберт мог защитить себя и Монику. Пока мог. Многое будет, однако, зависеть от того, станут ли знаменные переправляться через реку у Янцуни, а затем прочесывать западный берег в поисках спасшихся. Но на это уйдет время. Сейчас же...