Фиона Макинтош - Золотые поля

При мысли о том, что нечто подобное могло бы иметь место в Пендине в субботу вечером, Джек улыбнулся. Здесь же, в крошечном поселке в Южной Индии, девушки разряжены как картинки, а кавалеры с напомаженными волосами и в смокингах поражают воображение. Некоторые из них к завтрашнему утру уже будут работать в нескольких тысяч футах под поверхностью земли, но пока что кругом блеск и веселье.

Столы и стулья сдвинули в одну сторону. Завтра, во время розыгрыша бинго они послужат другой цели, пока же за ними сидели те, кто постарше, главным образом матери семейств и их приспешники, объединившиеся ради общей цели и развлечения. Как часовые на посту, они следили за своими юными дочерьми и племянницами, кружащимися в танце. Их задача заключалась в том, чтобы не допустить задержки руки какого-нибудь джентльмена на скромно обнаженном плече или спине. Что касается пар, решивших прибегнуть к оригинальному предлогу пойти подышать свежим воздухом, то на такой случай бдительные стражи тут же посылали вслед чьего-нибудь папашу или дядюшку, каковые, притворно любуясь красотами, тащились следом и расстраивали планы. Женщины постарше обменивались новостями, главным образом замечаниями по поводу нарядов и холостяков, но больше всего сплетничали по поводу друг друга.

Джека не часто приглашали на эти танцы, но он получал удовольствие от их посещения, когда приходил с кем-нибудь, обычно по просьбе Неда или в качестве гостя семьи Уокер. К сожалению, сегодня Брайант не был уверен в том, насколько желательно его присутствие. Он знал, что утратил расположение Джеральдины, и чувствовал себя смутно обиженным. Джек встречался с ней всего дважды. Первый раз, когда Нед уговорил его сопровождать ее на танцевальную вечеринку на шахте, а второй — просто в составе большой компании, решившей сходить в кино. То, что Джеральдина его пригласила, сложилось само собой. Отказать ей было бы неучтиво. Он не реагировал на дальнейшее проявление интереса с ее стороны, с симпатией относился к Гарольду Уокеру, уважал доктора и не имел намерения поступать плохо ни с одной из его дочерей.

Джек вздохнул и поискал глазами стол Уокеров. Можно не сомневаться, тот будет одним из самых больших. Ах, вот. Брайант двинулся к столу, стараясь не задевать танцующих. Больше всего ему хотелось перейти в тот угол зала, где мужчины постарше курили, отдыхали от женских сплетен и любовались хорошенькими девушками, выделывающими замысловатые па на полу, натертом для скользкости мелом. Вместо этого Брайант искал Флору Уокер, чтобы засвидетельствовать ей свое почтение.

С момента прихода в зал Айрис и Нед кружились практически беспрерывно.

— Но должна же я потанцевать с Айвеном, — простонала она.

— Пожалуйста, не поощряй его, — отвечал Нед, разворачивая ее и в танце уводя от того места, где стоял Айвен Чалмерс и в упор смотрел на них. — Айрис, я готов танцевать с тобой весь вечер.

— Ты привлекаешь к нам внимание, — хихикнула она.

— Ну и пусть. Я хочу, чтобы все мужчины в этом зале уразумели, что на танцах в следующую пятницу им не на что надеяться.

Теперь девушка рассмеялась уже открыто.

— Нед, ты едва знаком со мной.

— Я знаю тебя, Айрис. Мне известно, что ты самая…

Внезапно она отвлеклась, посмотрела через его плечо и промурлыкала, не отводя взгляда от кого-то:

— Кто это?

Нед повернулся и безошибочно распознал фигуру Джека.

— Почему мой смокинг не смотрится на мне так же? — простонал он и улыбнулся.

— У него он белый, для крутых. А вы в своих черных отстали от времени. Кто это?

— Джек.

— Пойдем познакомимся, — предложила она.

Нед не был готов отпускать ее. Он знал, что невинные танцы с ней — максимальная близость, которая будет ему доступна до того момента, когда он сделает предложение, и вот Джек уже прерывал первую попытку.

— Может, после этого танца?

— Да уж, — протянула она непонятно. — Люди правы. Вы с ним составляете странную пару.

— У нас гораздо больше общего, чем ты можешь себе представить, — заявил Синклер, отчаянно отгоняя образ мертвого Брента, лежащего на полу.

— Ты это уже не в первый раз говоришь.

Он театрально вздохнул и выпалил, поражаясь собственной дерзости:

— Мы оба — потрясающие любовники!

— Придется поверить тебе на слово, Эдвард Синклер! — Айрис посмотрела на него, и ее глаза расширились в поддельном ужасе.

Музыка закончилась. Девушка обвила его руку своей и потребовала:

— Пошли! Представь меня. Я заинтригована.

Нед покорно повел Айрис к Джеку. Его друг беседовал с Гарольдом, и Синклер внутренне взмолился, чтобы Брайант обращался с ней в своей обычной бесцеремонной манере. Более того, внезапно ему захотелось, чтобы Джек пребывал сейчас в самом дурном настроении.

Внезапно внимание Уокера было отвлечено.

— Ага, вот и они, — сказал он.

Джек повернулся. Слова застряли в него в горле, когда восхитительная темноволосая, темноглазая красавица подплыла к ним рука об руку с Недом.

Гарольд Уокер поцеловал ее в затылок.

— Ты так чудно танцуешь шейк, дорогая.

— Спасибо, папа. До чарльстона нам обязательно надо выпить. Здесь сегодня так тепло.

Зачарованный Джек смотрел, как она театрально обмахивается ладонями.

— Привет, — произнесла девушка, поражая его своей веселой улыбкой.

На мгновение ему почудилось, будто он исчез. Она и не заметит, что Брайант смотрит на нее во все глаза.

— Кто-нибудь нас все-таки познакомит?

— Привет, Джек, — сказал Нед. — Позволь представить тебе Айрис Уокер. Айрис, это Джек Брайант, мой очень хороший друг.

— Наконец-то, — произнесла она, протягивая руку. — Я так много слышала о вас, мистер Брайант. Enchantée[23].

Джек взял девушку за руку. Он нисколько не сомневался в том, что уставился на нее неприлично откровенным образом. Внезапно у него сбилось дыхание. Все вокруг как будто исчезло в каком-то тумане. Время остановилось. Внутри пузыря этого мгновения были лишь он и Айрис, ее лицо в форме сердца, с ямочками на щеках и ослепительной улыбкой, глаза, сверкающие озорством и кокетством.

Пузырь лопнул, когда Нед произнес:

— Это по-французски, Джек. Айрис выучила его в Лондоне.

Джек быстро собрался с мыслями, прокашлялся, тоже улыбнулся ей, даже наклонился и поцеловал руку.

— Взаимно, мисс Уокер. По правде сказать, Нед мне все уши прожужжал о вас.

Все рассмеялись.

Не заметил ли кто-нибудь, что ее рука задержалась в его и что он не спешит ее отпускать? Джек не осмеливался посмотреть на Неда.

— Возможно, позже вы потанцуете со мной? — поинтересовался Брайант.

— Почему бы не сейчас? — спросила она.

— Э-э, Нед, ты не возражаешь?

— Спрашивайте не Неда, а меня, — поправила Айрис.

Джек бросил взгляд на друга, глаза которого сузились в щелку, и почувствовал, что попал в ловушку. Или он позволит девчонке принизить его, или рискует навлечь на себя гнев Неда.

— Не желаете ли потанцевать, Айрис? — улыбнувшись, произнес Брайант с театральным поклоном, призванным убедить Неда и всю семью Уокер в том, что он просто ведет себя как рыцарь.

— Спасибо, Джек. Похоже, начинается вальс. Мой любимый танец.

Через несколько секунд она оказалась в его бережных объятиях и плавно закружилась в танце. Айрис была миниатюрная и изящная. Он чувствовал себя медведем, держащим в руках фарфоровую куколку, и как ни старался не смотреть на нее во все глаза, но был абсолютно околдован. Ее шелковистая кожа оказалась безукоризненной. У многих девушек англо-индийского происхождения она отличалась смуглостью, у Айрис же была лишь мягко-золотистой, не бледной, но и не желтоватой, без веснушек или родинок. Девушка была совершенна, с легкими движениями, мягким голосом.

Джек вдруг с внезапным ужасом осознал, что она ждет от него ответа на какой-то вопрос, и промямлил:

— Прошу прощения?

— Джек, вы даже не слушаете. Меня предупреждали, но я не думала, что вы отвлечетесь настолько быстро.

— Простите. Я просто дивился вашей удивительной красоте, — ляпнул он, хотя и не намеревался говорить это вслух.

— Что ж, в таком случае можете молчать и отвлекаться сколько вам угодно, — хихикнула она.

Брайант нахмурился.

— Джек, вы косноязычны?

— Наверное. Я не привык к такой прямоте.

— Насколько я слышала, вы привыкли к одному только восхищению.

Он пожал плечами. К нему отчасти вернулось душевное равновесие.

— Я так не сказал бы.

— А многие говорят.

Он решил переместиться на не столь опасную территорию и спросил:

— Как вы себя чувствуете после возвращения?

— Странно, удивительно, утомительно, весело.

— Все сразу?