Врата бога. Ашшур в гневе. Часть первая - Вадим Барташ

– Мы будем их ждать…

 Послы ещё кое-что обсудили с князем, поклонились ему и удалились.

 Их миссия была успешно выполнена.

***

 Приморье, находившееся на крайнем юге империи и отделённое от основной её части Вавилонией и несколькими халдейскими княжествами, да ещё и населённое теми же халдеями, без особого труда могло отделиться и стать независимым владением. В Дур-Халдайе даже не было уже четвёртый год ассирийцев, небольшой гарнизон которых в количестве пятисот пеших воинов и сорока конных, великан Бел-ибни, муж сестры Великого царя, вывел в Урук. Влиятельные и знатные мужи провинции поддержали князя и признали его независимым правителем, однако Набуэль, в отличии от многих своих сподвижников, пребывавших в эйфории и считавших, что восстание сводного брата Ашшурбанапала обязательно увенчается успехом, так не думал. Он критически мыслил и многое знал.

 Ну, во-первых… на севере и западе основные участники антиассирийской коалиции фактически уже проиграли борьбу. Лидия, разгромленная киммерийцами, вновь признала верховенство над собой ассирийцев. Псамметих безнадёжно застрял у Ашдода, и теперь даже не предвиделось, когда он сможет двинуться дальше в глубь Азии.

 От мидийцев было мало пользы, так как над ними нависала извечная для них угроза – скифское царство Ишкуза, надёжный союзник Ассирии.

 Ну и второе… империя ещё была достаточно сильна и ни один из её противников по одиночке с ней не имел никаких шансов справиться, а из-за того, что многие союзники Шамаша на самом деле до сих пор выжидали и не вступали в настоящее противостояние с Великим царём или как арабы и халдейские княжества не представляли серьёзной военной силы, то царь Вавилонии оказывался в очень непростом положении.

Но Набуэль всё равно встал на его сторону. Князь отдал распоряжение готовиться к выступлению и после этого прошёл в бассейн, который располагался во внутреннем дворе его резиденции в Дур-Халдайе.

***

 Был полдень и стояла неимоверная жара. Красавчик с головой занырнул в воду. Ему всегда нравилось плавать, и он это делал с большим удовольствием, тем более он плавал превосходно, так как родился и вырос на берегу моря. Друг Набуэля, финикиец Абимилькат, капитан триремы «Баал», всегда подчёркивал, что князь в этом похож был на истинного финикийца, которые все поголовно любили море и в воде с малых лет себя чувствовали более уверенно, чем даже на суше. Вода была для Набуэля его стихией. Проплыв от края бассейна до другого его края несколько раз, князь вылез из воды и стал вытираться полотенцем, которое ему принёс раб. Набуэль тщательно и неспешно вытирался и раздумывал обо всём, и тут он услышал за спиной, как кто-то плюхнулся в воду. Кто-то ещё надумал в его бассейне искупаться, хотя рабам запрещалось это делать.

 Набуэль раздражённо обернулся. Возле бассейна валялась чья та одежда, а в самом бассейне уже плавала совершенно нагая девушка.

 Набуэль в ней сразу признал Хилину.

 Она помахала ему рукой.

– Э-э-эй, Красавчик, привет, привет!

– Что это ты надумала прийти в бассейн? – спросил её князь.

– Да вот, соскучилась по воде… Да и жара нестерпимая у вас на юге! В Ниневии не так жарко… ну а зде-есь… Трудно такой зной переносить! Он изнуряет! И я к нему не настолько привычная!

 Хилина собрала свои волосы в тугой узел на затылке. Сейчас на ней не было даже набедренной повязки и иногда, если она переворачивалась на спину, то засвечивался её лобок, который она тщательно выбривала. Она совершенно не стеснялась своей наготы. Да и вообще она ничего и никого не стеснялась. Хилина обожала привлекать к себе внимание, потому что знала, что у неё безупречное тело и очень нежная кожа, и изгибы и выпуклости её совершенного тела приковывали внимание мужчин всех возрастов и по-прежнему их сводили с ума. Больше того, я скажу, что тело Хилины у них всегда вызывало похоть. И то, что ей это нравилось, Хилина не считала нужным скрывать. И потом, она сейчас прежде всего стремилась вновь завлечь в свои сети прежнего любовника, халдейского князя, и намеренно ему демонстрировала всю себя. И словно при этом говорила: «посмотри, от чего ты отказываешься!».

 Хилина поближе подплыла к Набуэлю.

– И долго ты намерена плавать? – спросил он её.

– Да, не-ет. Я уже собралась выходить…

– Что-то быстро ты наплавалась?!

– А что? Я освежилась! И мне уже достаточно! В следующий раз поплаваю подольше. Я это дело тоже люблю. Не забывай, князь, ведь моя мать- не чистокровная ассирийка, а наполовину гречанка… И она была родом с Кипра. А там для всех женщин вода не чужая стихия!

 Хилина подплыла к самому краю бассейна, туда, где находился Красавчик, и протянула руку:

– Помоги мне…

 Набуэль помог ей выбраться из воды и хотел передать своё полотенце, но тут же очутился в её объятиях.

– Что-то всё-таки вода у тебя в бассейне прохладная, любимый… Рабы плохо подогрели её… Нерадивые они у тебя… Видно ты их не наказываешь, и они у тебя совсем распустились… Согрей сейчас меня… – последние слова Хилина произнесла уже шёпотом и с неподдельной страстностью. Желание Хилину переполняло. И этого нельзя было не увидеть.

 «Вот же навязчивая потаскуха!» – с досадой подумал про неё князь. А Хилина не отступала от своего прежнего возлюбленного и продолжала проявлять завидное упорство. Она про себя думала: «Ну и пусть сердце Красавчика захватила лидийка, но она, Хилина, лучше всех знает, как ему доставить физическое удовольствие, и значит рано или поздно, но он будет только её!»

– Мне не до тебя сейчас… – произнёс князь. Он очень хотел отвязаться от прежней подружки, но она и не подумала от него отставать.

 Она опустилась на колени перед ним и крепко обвила его торс, и тут же расстегнула у князя ремень и стала усиленно возбуждать любимого. Хилина знала, что ей делать и всё закончилось тем, что они прямо у бассейна занялись любовью.

 Точнее это Хилина принудила князя заняться ею.

Прямо на мокрых плитках.

***

 Под Уром стояла двадцати пятитысячная вавилонская армия, возглавил которую генерал Набунацир. Он не случайно считался наиболее опытным и удачливым вавилонским военачальником, и именно ему Шамаш поручал очистить от ассирийцев весь север Вавилонии и захватить важнейший стратегический центр Куту. Теперь этот генерал должен был взять приступом два других крупных города, которые ещё оставались верны Великому царю и в которых находились пятнадцать тысяч ассирийских воинов. Ими командовал губернатор Урской области, родственник царя великан Бел-ибни.

 Осада этих городов длилась четвёртый месяц. Ассирийцы упорно защищались. Набунацир предпринял уже три штурма Ура и