Рихард Дюбель - Хранители Кодекса Люцифера

Вацлав почувствовал, как его поставили на ноги. Кто-то отряхнул ему камзол со спины. Он уставился в обеспокоенное лицо своего отца.

– Не ушибся?

– Я в норме, – прохрипел Вацлав и попытался вдохнуть поглубже.

Александра, похоже, решила, что лучшая защита – нападение. Когда в мозгу Вацлава еще только формировалась мысль о том, к какому выводу могут прийти их отцы, обнаружив их вдвоем в темном полуразвалившемся здании – одних безо всякого сопровождения, – она уже резко развернулась и выкрикнула:

– Да что на вас нашло, что вы решили так напугать нас?! Киприан Хлесль развел руками.

– В следующий раз мы непременно спросим у вас позволения. – Он широко улыбнулся.

Кто-то положил Вацлаву руку на плечо, и в поле зрения юноши появилось худое лицо кардинала.

Вацлав всегда знал дедушку Александры, очень доброжелательного господина со специфическим чувством юмора, на которого иногда находили приступы едкого сарказма, и потому испугался, увидев, как сверкают его глаза.

– И чем вы там занимались? – прищурившись, поинтересовался Мельхиор Хлесль.

Вацлав поймал на себе взгляд Александры. Он понял, что настало время принести себя в жертву во второй раз, поскольку данное им согласие разузнать для Александры о Генрихе Валленштейн-Добровиче было не чем иным, как жертвоприношением. Сказать, что ему действительно удалось что-либо выяснить, он не мог, ибо человек этот, похоже, был живым призраком.

– Это я виноват, – заявил Вацлав после небольшой паузы.

– Во-первых, это ложь, а во-вторых, вовсе не ответ на мои вопрос, – сухо произнес кардинал.

Вацлав бросил на отца умоляющий взгляд. Андрей высоко поднял брови и промолчал – он, похоже, тоже ждал ответа.

– Вы намекаете, что виновата я? – вспылила Александра. Вацлав поразился ее дерзости.

– Попридержите лошадей, юная дама, – прорычал Киприан.

Александра резко повернулась к нему.

– Так, значит, ты тоже наносишь мне удар в спину? Ты, мой родной отец!

– Вы там что-то разнюхивали? ~ Горящий взгляд кардинала вновь обратился на Вацлава. – Вы там что-нибудь нашли?

«Я выяснил, что Александра в кого-то влюбилась и что очень больно жить дальше, когда тебе разбивают сердце», – подумал Вацлав и отрицательно покачал головой.

– Вы сюда впервые пришли?

Вацлав кивнул, хотя эта ложь далась ему с трудом, потому что кардинал не сводил с него своих пронзительных глаз.

– Давайте отошлем их домой, – предложил Киприан. – Я вовсе не хочу втягивать в это детей.

– Я давно уже не ребенок, – хором возразили Вацлав и Александра.

– Киприан, дети… они часть всего происходящего. Все повторяется, как и в тот раз. Вспомни, ты тогда тоже не хотел понимать, что Агнесс находится в самом центре развития событий, пока чуть было не стало слишком поздно.

– И тем не менее… – начал Андрей и положил руку на плечо Вацлава.

Кардинал презрительно фыркнул и, покачав головой, сказал:

– Ну ладно. Но я бы хотел, чтобы ваш сын ответил мне еще на пару вопросов.

– Я бы тоже этого хотел, – к неудовольствию Вацлава, произнес его отец.

– Александра, ты проводишь своего друга к себе домой, – приказал кардинал Хлесль. – И не перечь мне. Останетесь там до тех пор, пока мы к вам не присоединимся.

Дерзость Александры была не настолько велика, чтобы снова возражать кардиналу. Вацлав видел, что внутри у нее все кипит, но она опустила голову и ответила: «Хорошо». С некоторым опозданием в мозгу Вацлава всплыл вопрос, почему кардинал назвал его другом Александры, а не ее двоюродным братом.

– Идем же, Вацлав! – выдернула его из задумчивости Александра. Вацлав уклонился от взгляда отца и присоединился к ней. Он занервничал, когда по блеску ее глаз понял, что ей все-таки удалось оставить последнее, слово за собой. Перед его внутренним взором встало свежее воспоминание о том, как он расшатывал доски, которыми была забита дверь в подвал. Она ведь не станет…

– Там внутри сундук, обмотанный цепями, – заявила Александра.

Фраза была бы забавной, если бы не пугающая реакция на нее окружающих. Трое мужчин одновременно выпрямились, словно их всех разом хлестнули кнутом. Казалось, Андрей и Киприан мгновенно помолодели, им будто снова стало по двадцать лет – столько же, сколько было Вацлаву. Кардинал же, наоборот, посерел лицом. Киприан сделал к ним шаг, заставивший Вацлава отступить, но кардинал Мельхиор сдержал его. Он шаркая подошел к ним и встал прямо перед Александрой. С лица девушки исчезло выражение триумфа, и теперь она была обычной маленькой испуганной девочкой, слишком высоко забравшейся на дерево и не знающей, как же ей теперь спуститься обратно. Кардинал выглядел бы вполовину менее грозным, если бы он подскочил к ним или закричал. Казалось, что он идет так медленно лишь потому, что ему нужны силы, дабы держать себя в руках. Если бы у него сдали нервы – именно такое ощущение было у Вацлава, – то он бы налетел на них с Александрой, как безумный.

– Сундук, – повторил Мельхиор Хлесль.

– Возможно, никакой это не сундук, – быстро вставила Александра. Сделав шаг назад, она налетела спиной на Вацлава и невольно сжала его руку своими холодными пальцами. – Может, мне просто показалось. Может, это вообще только куча камней, которые скатились с крыши. Я, признаться, четко не разглядела, что это. Я увидела только большую тень, не более.

– Эта тень вот уже четыреста лет нависает над человечеством, – произнес кардинал каким-то чужим голосом.

Киприан неожиданно подошел к нему. Александра смотрела на отца, как утопающий смотрит на человека, который может его спасти. Он кивнул ей и повернулся к Мельхиору.

– Что же ты наделал, дядя Мельхиор? – спросил он, и Вацлав почувствовал, что при этих словах Александра задрожала.

Кардинал Хлесль взял фитиль, который он поджег от фонаря на карете, и попытался зажечь лампу, скатившуюся по лестнице в подвал. Вацлав, извинившись, забрал у него фитиль и сам зажег лампу.

Кардинал кивнул ему. Его лицо по-прежнему было серым. Вацлав поднял обе лампы повыше, посмотрел в испуганное лицо Александры и направил луч на отца и Киприана, осторожно спускавшихся к подвалу. Вверх взметнулась пыль, от которой он закашлялся.

– Достаточно, – произнес Киприан. Он протянул руку к одной из ламп и нырнул в образовавшуюся дыру.

– Вы с Александрой останетесь здесь, – приказал Андрей и взял вторую лампу, чтобы последовать за Киприаном.

Кардинал Мельхиор протиснулся мимо Вацлава. Александра снова стала рядом с ним, будто неожиданная темнота заставила ее подвинуться к нему поближе. Они переглянулись и последовали в проход за ушедшими мужчинами. Никто не стал отправлять их назад.

Разумеется, это был сундук. Цепи поблескивали в свете ламп.

– Почему ты мне ничего о нем не рассказала? – шепотом спросил Вацлав. Александра пожала плечами.

– Вы знали, что кайзер Маттиас не имеет ни малейшего представления о ценности библии дьявола, – обратился Андрей к кардиналу Мельхиору. – Существовала опасность того, что он просто выбросит ее вместе с остальными, якобы бесценными диковинками. Я и сам первые несколько месяцев после смерти Рудольфа долго ждал, что вот-вот услышу о неожиданной находке.

– Я боялся, что если Книга попадет в руки немного разбирающемуся в древних легендах алхимику или знахарю, то он очень быстро поймет, что у него всего лишь копия, – ответил Мельхиор.

– И что тогда охота за библией дьявола вспыхнет с новой силой. – Киприан покачал головой. – А я был достаточно наивен, чтобы думать, что мы решили эту проблему раз и навсегда. Почему вы мне ничего не рассказали о своих опасениях? – Потому что мы не хотели вырывать тебя из благословенного неведения, – слабо улыбнувшись, сказал Андрей. – Среди нас троих именно ты – точка опоры. Мы не хотели волновать тебя без нужды.

Даже по лицу кардинала мелькнула улыбка.

– Впрочем, мы с ним об этом предварительно не договаривались, – заметил он.

– Прекрасно. – Киприан вздохнул. – Может, есть еще что-то такое, о чем вы двое умалчивали, считая меня чересчур глупым?

– Земля – это шар, – предложил Андрей.

– Это невозможно, – возразил Киприан.

Вацлав переводил взгляд с одного собеседника на другого. После первого испуга на реакцию кардинала любопытство взяло верх над страхом. А еще его занимало то обстоятельство, что Александра снова взяла его за руку, как будто это само собой разумелось. Обмен шуточками, похоже, немного разрядил обстановку и помог расслабиться ее отцу и кардиналу. Киприан медленно обвел лампу вокруг сундука.

– Выглядит нетронутым.

Андрей взял замок, державший вместе цепи, и встряхнул. Затем посветил на него своей лампой. Вацлав и Александра подошли поближе и стали смотреть ему через плечо.

– Он, по крайней мере, не новее цепей, – наконец констатировал Андрей. – Я ведь не думаю, что у кого-то из присутствующих здесь господ есть ключ?