Врата бога. Ашшур в гневе. Часть первая - Вадим Барташ

можно ниже поклонился Великому царю и, получив разрешение, заковылял к выходу.

 Обрадовался ли он своему назначению?

Он был ему удивлён и его переполняли смешанные чувства. Однако волю Великого царя необходимо было выполнять неукоснительно.

***

 То, что увидел карлик в полевом лагере под Кальхой, его не разочаровало. Туда стягивались действительно отборные воинские части. Это касалось и колесничих отрядов, и полков тяжёлой пехоты. А вот конница оказалась только на треть ассирийской, а на две трети состояла из наёмников, по большей части набранных среди киммерийцев, скифов и отчасти касситов. Мардук-апла-иддин тут же провёл смотр всех подразделений, а потом собрал в своей новой ставке старших офицеров. Среди них были опытные генералы, такие, как Син-ариба, Шульман, Луллайя и Эриб-адад, за плечами которых имелось не одно сражение, а было и несколько молодых, среди последних выделялся Белшарицар. Это всё были коренные ассирийцы и им явно не по нраву пришлось то, что Великий царь поставил над ними иноземца, да ещё такого с виду убогого, но воля повелителя не обсуждалась никогда, иначе можно было прослыть смутьяном, а то и того хуже- на тебя навесили бы ярлык бунтовщика со всеми вытекающими последствиями. Как Великий царь решил, так значит и должно быть!

Генералы стояли толпой и между собой тихо переговаривались. Но вот карлик поднял руку ладонью к верху, все притихли, и он заговорил:

– До подготовки к выступлению остаётся меньше месяца… А точнее – двадцать один день. Сколько ещё должно подойти полков и откуда их ждать? – обратился карлик к Эриб-ададу.

 Про этого генерала можно было сказать, что он был самым опытным из присутствующих старших офицеров. Ему перевалило за шестьдесят семь, и он больше всех негодовал от назначения карлика, да ещё к тому же и вавилонянина по рождению, которому досталась должность командующего. Как будто среди ассирийских генералов не нашлось достойных кандидатур! Но внешне он никак не показывал своих чувств и держался учтиво. Эриб-адад только вначале войдя в шатёр командующего невольно усмехнулся, так как вид сидевшего в кресле карлика был действительно забавным. Впрочем, Мардук-апла-иддин от этого не впадал ни в какие комплексы и его это нисколько не смущало.

 Эриб-адад запнулся, попытался согнать с лица ехидную ухмылочку, и только потом ответил:

– Собрано больше половины полков… Примерно 65 тысяч воинов. А должны подойти ещё из Сирии и из Харрана. В установленные сроки мы соберём всех. Я уверен, что задержки не будет…

– А задержек и не должно быть… – заметил карлик. И тут же он задал новый вопрос: – А как обстоят дела с продовольствием?

 Эриб-адад ждал этого вопроса и честно говоря его опасался. Однако необходимо было на него тоже отвечать, и ассириец нервно откашлялся в кулак и произнёс:

– До самой границы с Вавилонией склады заполнены зерном, а также маслом… в общем всем, что необходимо для наших воинов, – генерал, после этих слов, запнулся и только через какое-то время, не поднимая глаз, продолжил, – ну а в Вавилонии будем кормиться с того, что соберём у местных. Ну и, конечно, кое-что повезём с собой в обозе.

– Я лично проверю всё что подготовлено! – подчеркнул Мардук-апла-иддин. – Воины Великого царя не должны голодать! Это я думаю каждому понятно…

 Присутствующие старшие офицеры молча закивали головами. Кто бы это утверждение осмелился бы оспорить?!

 Мардук-апла-иддин умело скрывал своё честолюбие. Внешне он выглядел добродушным и незлобивым человеком, и мало кто догадывался какие бури иной раз бушевали внутри этого тщедушного и такого уморительного тельца.

 Карлик внимательно оглядел генералов и счёл необходимым высказаться ещё:

– Вавилония – это прежде всего страна городов. И поэтому важное значение в предстоящем походе будут иметь стенобитные машины, катапульты и передвижные башни. Они должны быть подготовлены до конца месяца. И испытаны. Я проведу лично их испытания! А теперь… А те-еперь я готов выслушать соображения каждого из вас… Я слушаю! Только говорите по очереди.

 И поменяв позу, потому что у него затекли короткие ножки, не достававшие до подставки, Мардук-апла-иддин терпеливо выслушал всех подчинённых.

 Ну а на следующий день он отправился в Ниневию, чтобы предстать перед Великим царём и подробно обо всём ему отчитаться.

***

 В Ниневию едва-ли не каждый день поступали всё более тревожные вести с Юга. Ашшурбанапал прекрасно понимал, что каждый новый день передышки позволял Шамашу и тем, кто его поддерживал, усиливаться. У Шамаша появлялось всё больше сторонников. Он действовал напористо, продуманно и крайне расчётливо. И если ещё несколько месяцев ничего не предпринимать, то тогда он станет окончательно полновластным хозяином почти всей Южной Месопотамии. И поэтому Ашшурбанапал с нетерпением ждал возвращения из полевого лагеря Мардук-апла-иддина.

И вот, наконец-то, карлик проковылял в апартаменты Великого царя.

– Когда армия будет у тебя готова? – сразу же спросил карлика-горбуна Великий царь. У ног Ашшурбанапала как всегда примостилась его любимица, чёрная пантера Лилит, которая вновь его сопровождала повсюду. Она никак не отреагировала на вошедшего карлика и только лениво зевнула.

– Государь, через две с половиной недели мы выступаем, – ответил Мардук-апла-иддин и опасливо покосился на пантеру.

– Я хочу знать, как ты намерен действовать?

– Это прежде всего зависит от того, что же предпримут бунтовщики. Шамаш может выступить против нас в открытую и попытается в удобном для него месте дать сражение. А может побояться этого и пожелает спрятаться за мощными укреплениями Вавилона и других крупных городов.

– И какую на твой взгляд, генерал, он выберет тактику?

– Я полагаю, что он всё-таки попытается нам дать сражение.

– Почему ты так думаешь?

– Ему опасно выпускать из своих рук инициативу. Так что я склоняюсь больше к тому, что нам вероятнее всего вначале придётся с ним встретиться на поле боя…

 Ашшурбанапал потрепал за загривок любимую пантеру и продолжил расспрос карлика:

– А как ты оцениваешь армию бунтовщиков?

– Конечно же, бунтовщики слабея. Но нам нельзя себя этим успокаивать. В первом же сражении с ними нам важно их не просто победить, а в пух и прах разгромить. Разгромить безоговорочно! И тогда многие, кто ещё колеблется и выжидает к кому же примкнуть, не станут переходить на сторону Шамаш-шум-укина. Ну а после того, как мы нанесём поражение его армии, он наверняка спрячется в Вавилоне. И вот тогда… То-огда, я думаю…

– Государь! – в апартаментах появился Ишмидаган, Главный глашатай, на которого Лилит совсем по-другому отреагировала. Она приподняла голову и сердито зарычала.

– Фу-у-у! Фу-у-у!– осадил её Ашшурбанапал. – Си-и-идеть!

 Ишмидаган был возбуждён и буквально вихрем ворвался к Великому царю.

– Ну, что случилось? – приподнял раздражённо брови Ашшурбанапал.

– Мне только что сообщили, государь, пала Кута.