Дельта чувств - Виктор Иванович Миронов

чтобы добыть покровительства Исиды и чтоб возвратить хитрый букет красивых цветов Мелькарту. Царица Ханна покровительство даст. Придёт и народ Исиды, гонимый нуждой, явится к поводырю – Владыке Надзора, и скажет ему: «Продай нам хлеб и семена, иначе будем проданы мы. Мы умираем от голода и не знаем, как жить дальше, если ты не продашь нам хлеба из твоих житниц!» Народ придёт на поклон, чтобы просить хлеба, так как у Мелькарта будут запасы.

Мальчик от удовольствия запрыгал на троне.

– Маменька! – воскликнул царь, – Ты тоже думаешь об Исиде, которая держится столь ужасных взглядов и любит мой храм не всей душой? – Мальчик отпил напитка перевоплощений. – Я думаю о Ань Ти о Кийи. Хора хочет, чтобы я послал войско против её храма и обагрил её кровью свой меч. Гай Мельгард требует этого два раза в день. Маменька, ты слышала, как хора убеждала меня, что скоро мы сумеем принуждать божков к верности без всякого кровопролитья, просто торговыми сделками? Превосходно! Превосходно! – воскликнул он, похлопывая подлокотник ладонью, другой же он поднёс чашу к губам. Но вдруг он стал серьёзен, он поднялся с трона и, в чём-то усомнившись, сел снова.

– Есть, маменька, одно затруднение, – сказало Солнце досадливо, – связанное со званием и должностью. Где для него вакансия? – мальчик развёл руки. – Штат войска укомплектован и все должности замещены. У нас оба суффета – Ханнон и Ханна, есть смотритель зернохранилищ, есть Великий Писец казначейства. Где же Солнцу взять должность, на которую я смог бы устроить Владыку Надзора? Маменька, где мне взять войско подобающее такому чину?

– Первопророк Эшмуна даст тебе ответ сообразно тому, что эта должность собой представляет, – ответила Ханна.

– Это пустяки, – небрежно отвечал Батбаал. – И в древности, а то и в более поздние времена между Мелькартом и смертными стоял посредник, и этот обычай Величеству естественен. Ежегодно назначают на весенних ауспициях Владыку Надзора. Он – Верховные Уста. Он начальник начальников и смотритель смотрителей, через которого передаётся воля Эшмуна наместникам его. Верховные Уста – это традиционно в границах красного рва. Мелькарту не надо находить затруднения там, где их на себя берёт Мелькарт.

– И, правда! – обескуражено воскликнул бог-солнце. – Моё Величество это знало, но забыло, потому что хора не напомнила мне об этом обстоятельстве, будто и нет надо мной Верховных Уст Мота.

И царь-солнце снова встал с трона «окна появления» с очень торжественным видом.

– Подойди ближе к Солнцу, – повелел Мильк, – Гай Мельгард: посланец и друг! Подойди ко мне, вот сюда, и слушай, что я тебе скажу! Но Бог боится тебя испугать. Поэтому Мелькарт просит тебя, возьми себя в руки, чтобы выслушать Солнце! Возьми себя в руки заранее, ещё до того, как царь скажет своё слово, чтобы потом не упасть в обморок от ощущения, будто тебя уносит на небо крылатый конь! Ты взял себя в руки? Ну, тогда слушай: мною назначен ты Владыкой Надзора! Ты Солнцем избран, тебя приближаю к себе и даю тебе величайшее из полномочий.

– Ты истолковал сны в точности так, как и нужно было их толковать, и после своего повеления ты не испустил дух, а это знак того, что плоть твоя сбережена, чтобы принять меры, вытекающие из твоего назначения. – Так отвечал царю-солнцу Гай Мельгард. – Ты истолковал господние хорние сны в полном соответствии с известной моему сердцу правдой, ты объяснил, почему отец мой – Абдмелькарт, просил меня, чтобы я называл его не Солнцем, а Владыкой Солнца. Ты открыл моей душе разницу между отцом на небе и отцом в небе. Ты мудрец, желающий привязать к престолу колеблющихся вождей. И поскольку мудростью тебя вразумил Дуумвир – муж разумный и мудрый, тебе самому нет никакого смысла искать другого поводыря поблизости или на стороне. Эшмун над храмом твоим – его словами держись.

– Город Смерти долго жил, – отвечал Мильк, – рядом с Эшмуном и Мот не умел и не умеет пугаться, потому что бог этот воплощён великим спокойствием, так учил меня Хор, ведь спокойствие – это способность быть ко всему готовым. В твоих руках будут города, и ты будешь перед их людьми. – Сказал Мильк с волнением. – Возьми по традиции, а верней, возвращаю тебе по традиции тобой отданное, вот это!

Мальчик порывисто вращал на сгибе пальца перстень, снял его и надел на руку Гай Мельгарда. В широкое золотое кольцо был вправлен овальный – удивительной красоты – светившийся, как ясное небо в лучах солнца, камень лазурит, на котором были выгравированы две геральдически расположенные соколиные фигуры, разделённые человеком и крылатый диск, на котором вырезано имя царя города – Мелькарт.

– Пусть оно будет знаком, – говорил Мильк, – наместнических твоих полномочий, и всякий, кто увидит этот перстень, пусть трепещет, и знает, что каждое слово, сказанное тобой – это всё равно, что собственное моё слово. У какого бы вождя ни была просьба к солнцу, пусть всякий из них идёт с ней к тебе и говорит сначала с тобой, ибо ты – мои Верховные Уста. И слову твоему, а значит и моему, все обязаны повиноваться и следовать советам Моих Уст потому, что с тобой пребывает моя мудрость и мой разум. Возьми мои полномочия, верши всеми делами моими. Пусть земля моя будет обильна, и сам ты процветай! Слово моё нерушимо, приказ мой свят и слова мои ни один бог не изменит.

– Так и будет, – ответил Гай Мельгард. – Это доставит Эшмуну бесконечное наслаждение!

– Здесь мы тебя никак не можем озолотить. У города нет приличной сокровищницы, из запасов, которых я наградил бы тебя золотом и серебром. Твоё слово, теперь сила! Ты увидишь, как это приятно!

К царю-солнцу подошёл первопророк Эшмуна. Он сказал:

– Я уста Эшмуна! Я вознесу тебя над всей землёй, без тебя никто не двинет ни руки своей, ни ноги своей. Но престолом я буду выше тебя, и я приобщу тебя к блеску и пышности пантеона моего трона! Ты будешь ездить на второй из моих колесниц, и мои скороходы будут бежать рядом с тобой, и провозглашать: «Внемлите и трепещите, это сын Отца стран!» Ты будешь стоять перед моим престолом, и у тебя будет неограниченная власть Мелькарта.

Иерофанты солнца качали головой, бормоча: «Это уж через край». Но Батбаал сейчас, как раз и хотел хватить через край. Выслушав, Мильк, хлопнул в ладоши.

– Эйхе! – крикнул он, учащённо дыша. – Мы едем! Царь-солнце огибает сегодня на золотой барке Красную Землю! Поторопитесь, это прекрасный приказ! Приготовьте чёрную барку – «Владычицу Звёзд», на которой я поплыву с Вечной