Новые миры взамен старых - Ирина Владимировна Скарятина

них проходит перевоспитание и получает уход как раз в этом профилактории. До революции всем проституткам вместо обычных паспортов, которые в те времена были обязаны иметь все добропорядочные граждане России, в полиции выдавали так называемые "жёлтые билеты". Помимо того, что проститутки были снабжены подобными билетами, которые клеймили их как "нечистых", их фотографировали, а затем эти карточки помещали в специальные альбомы для ведома полиции. (Судя по тем снимкам, женщины были на редкость невзрачны. Я просмотрела с полдюжины таких альбомов и насчитала всего тридцать двух более-менее миловидных).

Изучая перед революцией медицину, я часто общалась с ними, особенно когда наш класс водили в Калинкинскую больницу для личного ознакомления с социальными недугами. Хотя женщины и там проходили курс лечения, это было старое и мрачное место, а в данном профилактории всё гораздо веселее, там проводятся всевозможные полезные мероприятия, чтобы заинтересовать и занять пациенток. Как только те по собственной воле поступают в учреждение, они получают там необходимую заботу, учатся и работают на прикреплённой небольшой текстильной фабрике. Каждая женщина получает зарплату в зависимости от её выработки – от девяноста шести рублей и выше, в то время как работницы ударных бригад имеют в месяц вплоть до ста восьмидесяти. Проживание и питание стоят пятьдесят, а тем, кто приходит в обносках, выдают свежую одежду, стоимость которой затем вычитается из их заработка.

Специальные медицинские кабинеты для лечения различных социальных болезней расположены прямо рядом с общежитием, так что пациенткам не нужно обращаться в общий диспансер. Помимо постоянных дежурных врачей и медсестёр, их еженедельно для консультаций проведывают профессора. Для неграмотных обязательно начальное образование, и в зависимости от степени их знаний они делятся на разные группы, где возраст учащихся варьируется от четырнадцати до сорока пяти лет. Имеются также образовательный, художественный, литературный, музыкальный и театральный кружки. Последний находится под эгидой не кого-нибудь, а такого авторитетного учреждения, как Московский художественный театр. Любому таланту уделяется повышенное внимание и поощряется его развитие. Одна молодая женщина только что получила приз за свои стихи, которые были опубликованы и одобрительно восприняты критиками, другая собиралась присоединиться к оркестру, тогда как на публичное выступление третьей в качестве танцовщицы вовсю продавались билеты. Лучшие из ударниц получают в виде поощрения разные поездки: на Чёрное море, на Кавказ, на Волгу – в зависимости от того, что им больше нравится.

Любой проступок разбирается судейской комиссией, и высшей мерой наказания является отчисление.

"Но если они хотят вернуться, обещая вести себя хорошо, мы принимаем их назад", – сказал доктор, который показывал нам окрестности.

Однако все ли они покинут профилакторий, радикально изменившись к лучшему, ещё предстоит выяснить. Пока я сидела в одном из помещений общежития, прибыла группа туристов со своим экскурсоводом, и некоторые пациентки сразу же проявили несказанный интерес к высокому красивому молодому немцу с розовыми щеками и золотистыми кудрями. Парочка девушек ободряюще подмигнула ему, когда думала, что никто этого не видит, а одна, к его нескрываемому смущению, даже сунула в его руку маленькую, торопливо нацарапанную записку.

"Это то свидание, на которое я бы не советовала ему являться, – пробормотала моя подруга-врач. – Оказывается, все пациентки могут выходить отсюда в определённые дни на какое-то количество часов, и именно тогда я не прочь бы проследить за ними и посмотреть, что они делают. В сущности, – задумчиво добавила она, – я собираюсь когда-нибудь так и поступить".

"О, вы ошибаетесь, – укоризненно сказала одна из медсестёр. – В большинстве случаев они на самом деле полностью перевоспитываются. Когда они вылечиваются и покидают нас, – повернувшись ко мне, продолжила она, – им дают работу на разных фабриках, хотя ещё долгое время они продолжают находиться под наблюдением наших врачей. За последние полгода здесь побывало несколько сотен, и все они чувствуют себя хорошо и трудятся. Сегодня же у нас сто тридцать пять обитательниц".

Уходя, мы остановились на пару минут в приёмной, чтобы послушать некоторые объяснения, даваемые туристам директором профилактория. Когда он закончил, низенькая пожилая англичанка, которая сосредоточенно ему внимала и усердно делала подробные записи, вдруг встала и робко спросила: "Извините, пожалуйста, но что такое проститутка? Права ли я, полагая, что это бедная вдова с ребёнком и без работы?"

Этот поразительный вопрос вызвал вздох изумления, за коим последовала волна еле сдерживаемого смеха. Бедная старушка, осознав, что сказала нечто ужасное, густо покраснела и села, тогда как директор, прочистив горло, повернулся к одной из медсестёр и прошептал: "Вы ей объясните". Затем, поднявшись, довольно резко заявил, что ему больше нечего сказать и встреча закончена.

"Хотела бы я взглянуть на записи этой леди. Они, вероятно, бесценны – настоящее исследование по психологии!" – с некоторой завистью заметила моя подруга, когда мы пошли по людной улице. И вдруг резко остановилась.

"Послушай, – вскричала она, – у меня идея! Я вернусь и поговорю с ней, и, возможно, она мне их покажет. Ты не возражаешь, если я тебя покину?" И, не дожидаясь моего ответа, поспешила прочь.

Было время вечерни, и, проходя мимо знакомой старой церкви – одной из старейших в Москве, —и узрев, что она открыта, я зашла внутрь. Из-за низкого сводчатого потолка и совсем узких окон с толстыми железными решётками там было уже темно, и только зелёные и красные лампады да несколько восковых свечей горели пред старинными иконами. В этом слабом свете паства, состоявшая в основном из старушек в чёрных платках, казалась похожей на призраков, и у меня вновь возникло странное ощущение, что я, внезапно покинув настоящее, вернулась в прошлое. А когда усталый старый священник принялся тихим голосом молиться за усопших, эта иллюзия стала полной.

Цель большевизма

Каждый раз, возвращаясь в СССР, я поражаюсь темпу тамошней жизни и переменам, которые происходят с такой невероятной быстротой. Это постоянное движение вперёд на каждом этапе существования является одной из главных причин, по которой рассказывается так много разных запутанных и даже противоречивых историй о том, что творится в моей родной стране, столь не похожей ни на одну другую на свете. Например, кто-нибудь, не приезжавший в Союз несколько лет, делится наблюдениями, которые были совершенно правдивы, скажем, в 1928-ом году, но сейчас уже совершенно устарели, а потому должны быть классифицированы соответственно и положены на полку как исторический антиквариат. И именно по этой причине, когда кто-либо описывает СССР, крайне важно точно определить, о каком периоде он говорит. Это первые дни революции, красного террора и послереволюционного хаоса? Или период сознательного разрушения, который был неизбежен, дабы, сметя отжившую систему и начав