Путь воина - Арсений Евгеньевич Втюрин

class="p1">– Говоришь ты по-нашему, но говор твой какой-то странный. Видать, долго на чужбине был, коли речь твоя изменилась. – Он выдержал длинную паузу и продолжил: – Надеюсь, что вы плохого ничего не замыслили. Хоть я и староста, но неведомо мне, чем промеж Антоном и Аслауг дело закончилось. Про то, что твой молодой викинг ссору имел с братом девицы той, о том сам должен знать, коли друг ему.

– Да, сказывал он мне. О ссоре, обиде своей, друзьях бывших, его дважды от смерти спасших. И о тебе тоже. Знаю, что это ты, Пелг, ему оружие, еду и лодку свою дал, когда он из посёлка уходил. А что тут потом было?

– Слыхал лишь я, что Варг – брат этой девки Аслауг – крепко поругался со Строком. Помнишь его, Гирк? Он с нами тоже на побережье был! – Староста повернулся лицом в сторону вождя.

Увидев утвердительный кивок, Пелг продолжил:

– Строк был другом отца Варга, который погиб зимой на реке вместе со своей женой. Вот и пришлось ему стать для Аслауг, Варга и детей, у которых тоже нет родителей, отцом и учителем. Молодёжь раньше слушалась его и подчинялась, но теперь, похоже, выросла и хочет сама всё решать. А особенно Варг. Всё-таки этот парень сыном нашему первому вождю приходится. Но, видать, плохо поступил он с Антоном, коли так разозлил Строка.

– Мне нет дела до Варга и Строка. Расскажи, где Антон и Аслауг! – Великану надоело слушать болтовню старосты.

– Почто ты спешишь, воин? Мы тут привыкли делать всё медленно и спокойно. Жизнь наша лесная, неспешная.

– Не обижайся, староста, но некогда нам тут разговоры разговаривать, драккары недалече на реке стоят, а на них люди без дела ждут.

– Так и нечего мне сказать более. Антон ещё раз приплывал в посёлок, когда лодки с детьми и женщинами сопровождал в Холм. Помощи просил у Варга, но не получил её.

– А девушка? – Вран начал поторапливать Пелга.

– Ну а сестру Варг загодя отправил к родственникам своей матери Веньи. Сказывал, что те живут в пяти верстах отсюда на большом озере. Вот только что-то не верю я тем словам Варга. Знаю, что ещё прошлым летом после первого набега викингов племя родичей Веньи перебралось куда-то на другие реки в сторону восхода солнца.

– Выходит, никого из них в посёлке нет? – Терпение окончательно покинуло великана.

– Твоя правда, страшный человек, никого! Варг с молодыми друзьями и Строком на лодке уплыли к крепости, – по-прежнему невозмутимо ответил староста.

– Нам нечего делать тут, Гирк, пошли на берег! – Вран, не прощаясь с Пелгом, стремительно зашагал к реке, увлекая за собой вождя.

За ними увязался староста.

– А ты зачем на берег пошёл, Пелг? – удивился Гирк.

– Мне нужно убедиться, что вы отсюда уплыли! – честно признался староста.

– Мы не причиним вреда твоему посёлку и жителям, клянусь тебе в этом! – Слова Врана прозвучали негромко, но твердо.

– Всё же я хочу вас проводить! – Староста продолжал упорно топать позади, ни на шаг не отставая от них.

– Ладно, поступай, как знаешь! – Великан не стал спорить.

На берегу их встретил кормчий Хьёрт:

– Херсир! Мы думали, что ты с Гирком пробудешь в посёлке долго, а потому я приказал разбить лагерь. Людям нужно подкрепиться и поспать.

– Ты всё правильно сделал, Хьёрт, день у нас был очень длинным и тяжёлым, пусть воины отдохнут. Как только взойдёт солнце, сразу двинемся к крепости. Посмотрим, ждут ли нас там. Вот только староста посёлка будет недоволен, ему придётся до утра остаться с нами! – хохотнул великан и ткнул Пелга кулачищем в бок.

Рано утром два драккара, подняв паруса, двинулись вверх против течения в сторону города, оставляя на берегу одиноко стоящего старосту посёлка Пелга.

Мощная рука Врана, лежащая на рукояти бокового руля, уверенно вела флагманский драккар по центру бокового русла Вины. В кильватер ему следовал второй драккар, ведомый Хьёртом. Далеко впереди слева глаза великана уже угадывали очертания крепости.

– Ночью я думал о нашей реке, посёлках на ней, крепости Кагеля. Мой народ слишком мало знает об этой огромной стране. Кроме Вины, мы почти нигде не бываем! – Гирк перевёл дыхание. – У племени дикой рыси есть старец-шаман. Его называют Лекарем. Он живёт уже так долго, что никто не знает, сколько же ему лет. Говорят, близко к сотне. Он бывал в разных странах, плавал не единожды в Новогород, ходил по всем нашим рекам и может рассказать тебе много интересного. Старики баяли, что он даже дружен был с самим князем Волемиром.

– Как его найти? – неподвижно стоявший Вран сразу оживился.

– Посёлок рыси стоит на другом берегу реки, почти супротив нашего. Вот только жив ли тот старец, я не знаю.

– Что ж, взглянем на крепость, потревожим посадника Кагеля и поплывём искать твоего старца.

Великан резко повернул руль, меняя курс драккара и обходя Холм по широкой дуге.

– Ты что делаешь, Вран? Куда правишь?

– Смотри, от пирса отошли восемь лодий, они идут нам наперехват. Две лодьи остались у пирса. Откуда их столько у Кагеля?

– Это не его лодьи! Они крупнее, а паруса на них больше и совсем другого цвета. Похоже, к Кагелю пришла откуда-то подмога!

– Теперь уже нам придётся в страхе убегать от них! – великан подмигнул Гирку. – Ветер попутный, им нас не догнать. Зато будем знать, что город готов к войне и ожидает нашего нападения. Что ж, пусть ждут каждый день и страшатся внезапной атаки и неизбежной битвы!

Паруса всё больше и больше наполнялись ветром, стремительно унося драккары вниз по течению в дельту Вины.

Глава 26

Их выстроили в один ряд. Около сотни грязных, измождённых, уже ко всему равнодушных подростков с разным цветом кожи. Самому младшему из мальчиков на вид было шесть или семь лет, а старшему не более семнадцати. Остатки одежды в виде лохмотьев едва прикрывали щупленькие тела, не скрывая многочисленных кровоподтёков и ушибов.

Полтора десятка воинов, вооружённых лёгкими копьями и луками, охраняли это странное скопление детей, которые даже при большом желании не могли бы никуда сбежать. Руки каждого ребёнка были стянуты спереди кожаным ремнем и привязаны к одной длинной общей верёвке.

Все чего-то ждали под палящим солнцем, искоса бросая ленивые взгляды на сверкающую неподалёку речную гладь, такую манящую и такую недостижимую. Жажда давно мучила не только детей, но и стороживших их мужчин, уже проявлявших признаки явного нетерпения.

Но вот со стороны реки появилась большая группа людей, одетых в дорогие одежды светлых тонов. Впереди медленно шли два